Неподражаемый доктор Дарвин - Чарльз Шеффилд

Дарвин дожевал засахаренную айву и с самым довольным видом потер руки.

— Что ж, тогда мы имеем дело не с медицинской проблемой, а с чем-то куда более интересным и захватывающим. Видите ли, тогда получится, что Анна и впрямь видела, как на Кросс-Фелл что-то происходит. А это для меня интереснее всего — будь то демоны, феи, хобгоблины или просто какие-то людские бесчинства. Идемте, все необходимое для проверки у меня наверху. Нам потребуется около часа, так что как раз успеем закончить к ужину.

Когда они ушли, Джейкоб Поул вернулся к окну. Венец все нарастал — теперь он напоминал огромного серого зверя, притаившегося на вершине Кросс-Фелл и готового броситься на окрестные земли. Полковник вздохнул.

— Людские бесчинства? — повторил он, обращаясь к Анне Текстон. — Надеюсь, только не это. С демонами, гоблинами и всем прочим я уж как-нибудь смирюсь — если только сокровище Одирекса и впрямь существует. Уж лучше золото и упыри, чем ни упырей, ни золота.

— Сегодня? Вы, верно, шутите!

— А почему бы и не сегодня, мистер Текстон? Гора одета Венцом, ночь ясная, луна как раз всходит. Самое подходящее время для полночных гостей!

Ричард Текстон озабоченно покосился на массивный живот Дарвина, не зная, в какие слова облечь свои сомнения.

— Думаете, человеку вашего возраста…

— Сорок шесть, — вставил доктор.

— …Вашего возраста мудро лезть в гору, да еще ночью? Вы уже не так молоды, а подъем крайне тяжел. А вы не такой уж… гибкий, так что…

— Да, я толст, — без обиняков заявил Дарвин. — И считаю это признаком здоровья. Хорошее питание гонит любой недуг. Миром правит простой закон: ешь или будешь съеден. И пусть стройностью и подвижностью я уступаю людям помоложе, зато у меня крепкое сложение и ни одной болезни, кроме подагры. Вот увидите, мы с Джейкобом отлично справимся.

— Полковник Поул тоже собирается с вами?

— А вы попробуйте его удержать! Правда, Джейкоб? Он жаждет подняться туда с того самого момента, как еще в Личфилде услыхал волшебное слово «сокровище». Ни дать ни взять зеленый юнец, которому не терпится залезть на свою первую… гм… лошадь.

— Я это заметила. — Анна Текстон улыбнулась Дарвину. — И спасибо, доктор, за то, что смягчили ваше сравнение применительно к дамским ушам. А теперь, если уж вы решительно намерены покорить Кросс-Фелл, вам надо как следует собраться в дорогу. Что вам дать с собой?

Дарвин склонил голову и улыбнулся беззубой улыбкой.

— Миссис Текстон, я всегда замечал, что по части практической сметки ни один мужчина женщинам и в подметки не годится. Нам потребуется еда, потайные фонари, теплые одеяла и кремень с трутом.

— Ни распятия, ни оружия? — спросил Ричард Текстон.

— Ночью на вершине оружие причинит больше вреда нам, чем кому-либо другому. Что же до распятия, я лично не раз убеждался, что оно обладает поистине чудотворной силой — для тех, кто и так уже в него верит. Итак, куда именно на гору нам лучше идти?

— Раз уж вы так твердо собрались, — неожиданно заявил Текстон, — то и я с вами. Не могу допустить, чтобы вы бродили по горам в одиночестве.

— Нет. Вы должны остаться тут. Не думаю, что нам потребуется помощь, но, если я вдруг ошибаюсь, мы сможем положиться только на вас. Мы посигналим вам — три вспышки будут означать, что нам нужна помощь, четыре — что все хорошо. А теперь каким маршрутом нам все-таки идти? Так, чтобы нас не замечали, а мы бы подобрались поближе к месту, где вы видели огоньки?

— Подойдите к окну, — позвала Анна Текстон. — Видите вон тот скальный выступ, похожий на клюв орла? Лучше всего сесть в засаду именно там. Когда появляются горные демоны, огоньки как раз поблизости. И ближе к рассвету они снова туда возвращаются. Правда, от выступа вам не будет видно место, откуда эти демоны возникают, так что следите за окном моей спальни. Если они появятся, я зажгу свет. Тогда обогните скалу и держите на запад. Примерно через четверть мили увидите огоньки — это оно и есть.

Не успела Анна договорить, как по дому пронесся звон гонга, призывающего к столу.

— Надеюсь, — добавила молодая женщина, — вы сумеете заставить себя хоть немного поесть — представляю, как вы нервничаете в предвкушении ночной вылазки.

Эразм Дарвин изумленно воззрился на нее.

— Хоть немного? Миссис Текстон, я уже час как с живейшим предвкушением дожидаюсь ужина. Умираю с голоду. Прошу вас, ведите. А приготовления к вылазке можно будет обсудить и за столом.

— Эразм, жаль, мы не захватили с собой хронометра. Интересно, который час? Должно быть, мы уже провели здесь три или четыре часа, не меньше.

— Сейчас немногим больше полуночи — если луна придерживается обычного расписания. Не мерзнете?

— Не очень — благодаря одеялам. Здесь холодней, чем у ведьмы под юбкой. И долго нам еще ждать? А если они решат вообще не появляться? Или погода переменится?

— Значит, мы лезли сюда и мерзли понапрасну. Без луны нам их ни за что не выследить. Попросту убьемся в темноте.

Друзья кутались в одеяла. Дыхание вырывалось из губ белыми облачками пара. В лунном свете далеко внизу отчетливо вырисовывались серебристо-черные очертания деревни Милберн. Особняк Текстона располагался в стороне от прочих домов. На первом этаже горели лампы, верхний был погружен во тьму. На земле между Дарвином и Поулом стояли два потайных фонаря; если не открывать боковые створки, свет их шел только наверх.

— Хорошо, что дом виден без всяких там биноклей. — На славу приложившись к бренди, полковник спрятал медную фляжку под пальто. — Постоянно держать их на такой холодине — то-то было бы весело. Если здесь и впрямь водятся демоны, им без хорошей порции адского пламени не обойтись — вымерзнут. Черт побери эти тучи!

Он снова бросил взгляд на луну, то и дело проглядывающую в просвет между облаков. И вдруг почувствовал, как Дарвин дергает его за рукав.

— Вот оно, Джейкоб! — выдохнул доктор. — В спальне. Теперь ждем сигнала.

Они напряженно ждали. Свет в окне потускнел, зажегся и потускнел вновь. После довольно долгой паузы свет вспыхнул снова и больше уже не гас.

— В обычном месте, где Анна и рассчитывала, — подытожил Дарвин. — Мигните фонарем, чтобы Текстоны знали, что мы поняли их сигнал. И пойдемте скорее, пока луна еще освещает дорогу.

Узкая каменистая тропинка огибала пик, петляя меж осыпей и отвесных обрывов. Осторожно и тихо продвигаясь вперед, друзья вынуждены были глядеть одновременно под ноги и наверх. Внезапно Джейкоб Поул, идущий первым, остановился.

— Вон они, — прошептал он.

В трехстах ярдах впереди, там, где неровные, туманные края Венца скатывались вниз по скалистым уступам, мерцали и подрагивали четыре желтых факела. Рядом с каждым двигался большой сгусток синевато-зеленого фосфоресцирующего марева.