Последние ритуалы - Ирса Сигурдардоттир

В полицейском участке Тора чувствовала себя неуютно. Она размышляла, могут ли ее лишить адвокатской практики за злоупотребление своим положением и вопиющий конфликт интересов. Вряд ли подобное предусматривается законом, но если нет, то законодательство надо усовершенствовать. Как можно представлять семью убитого и в то же время стать адвокатом предполагаемого убийцы? Маттиас остался с Элизой. Он взял на себя задачу сообщить новость фрау Гунтлиб и обосновать их неожиданное решение. Возможно, он будет аргументировать тем, что это даст Торе шанс поговорить с убийцей напрямую и получить ответы на оставшиеся вопросы. Тора ему не завидовала и мысленно пожелала удачи. Трудно добиться понимания от страдающего мигренью.

— Здравствуйте. Задержанный вас ждет.

Тора не заметила, как к ней подошел сотрудник полиции.

— Спасибо, — сказала Тора и встала. — Мы с ним будем разговаривать наедине или предполагается, что я буду присутствовать при допросе?

— Он дал показания, но от присутствия адвоката отказался. Ситуация была затруднительной, поскольку при таких серьезных обвинениях мы обычно без адвоката не допрашиваем. Однако задержанный настаивал, и в конце концов мы вынуждены были принять его условия. После дачи показаний он попросил о встрече с адвокатом. С вами.

— Маркус Хельгасон здесь? — поинтересовалась она. — Можно переговорить с ним до того, как я увижу Халлдора?

Полицейский отвел ее в кабинет коллеги.

Тора поздоровалась с Маркусом, перед которым на столе стояла все та же кружка с эмблемой «Манчестер Юнайтед».

— Я надолго вас не отвлеку. Просто посчитала нужным встретиться, прежде чем пойду к Халлдору.

— Конечно, — ответил Маркус, но по его тону было очевидно, что он не слишком рад.

— Полагаю, вы не забыли, что я связана обязательствами с семьей Гаральда Гунтлиба?

Маркус отстраненно кивнул.

— Я оказалась в довольно щекотливом положении, — продолжила Тора, — и, если можно так сказать, сижу по обе стороны стола.

— Да, это именно так. По этой самой причине мы настойчиво уговаривали Халлдора изменить свое решение, но он не хотел и слушать. В его глазах вы вроде Робин Гуда. В убийстве он не сознался. Наверное, думает, что вы поможете ему выкрутиться. — Полицейский зло усмехнулся. — Предупреждаю, у вас ничего не выйдет.

Тора осталась безразлична к его пренебрежению.

— То есть вы считаете, что он виновен?

— Абсолютно. Его причастность подтверждают новые и неопровержимые данные. Они сделали это вместе. Друзья детства! Самое занятное, если уместно так выразиться, что доказательства мы получили в один и тот же день из двух независимых источников. А я всегда прислушиваюсь к совпадениям, — с довольной улыбкой заявил он.

— И это произошло недавно?

— Вчера днем. Нам позвонили двое, оба в связи с убитым, и оба предоставили сведения и улики, которые не только удостоверяют виновность Халлдора, но и реконструируют общую сцену убийства.

— А кто эти люди, если не секрет?

— Вы узнаете их имена, но не сейчас, а попозже.

Тора пожала плечами.

— В общем помещении дома, где жил Гаральд, — продолжил Маркус, — обнаружили коробку со всякими мерзостями. В ней находился лоскут кожи с контр…

— С контрактом об изъятии его глаз, — спокойно перебила Тора. — Об этом я знала.

Лицо полицейского побагровело.

— И почему же вы не сообщили полиции? А что еще вы от нас скрываете?

— Сказать по правде, мы с Маттиасом выяснили это только сегодня, да и то лишь как подозрение. У нас нет доказательств, которые, похоже, есть у вас. — Тора уклонилась от ответа на второй вопрос.

— Вы обязаны были нас проинформировать! Закон еще никто не отменял, — возмущался Маркус.

— Мы бы непременно это сделали, — чуть раздраженно заметила Тора. — Сегодня воскресенье, ну зачем беспокоить вас в выходной из-за какой-то догадки. Мы хотели сделать это завтра. — Она изобразила самую милейшую из своих улыбок.

— Хорошо. Надеюсь, это правда. — Полицейский немного успокоился, однако смотрел на нее скептически.

— А какие еще мерзости вы нашли в коробке?

— Два пальца, кисть руки, ступню и ухо. — Он уставился на нее, почти готовый к объявлению, что Торе и об этом известно, но по выражению ее лица понял, что нет. — Мы считаем, они принадлежали разным людям, — произнес Маркус.

— Что?! — Тора испытала настоящее потрясение. Ей было известно только про палец, найденный в помещении факультета, но с Гаральдом не связанный. Что же это такое происходит?! — Вы намекаете на массовое убийство? Или на серийное? Маньяк коллекционировал части тел своих жертв?

— В настоящий момент мы не знаем. Ваш клиент тоже говорит, что ничего о содержимом коробки не знает. Но он лжет. Я всегда вижу, когда лгут.

— Хорошо, какие у вас есть доказательства? Только контракт, якобы подписанный Халлдором?

— Да, — ответил Маркус. — И еще стальная звездочка с ботинок Гаральда, которые были на нем в ночь убийства. Ее нашли в щели под порогом студенческой комнаты отдыха. Из этого можно сделать предположение, что тело тащили через дверь. Заметьте, Халлдор бывал в этой комнате. Так что убийство, несомненно, совершили там. Кроме того, там же обнаружена испачканная кровью чайная ложка. С нее сняли отпечатки, и оказалось, что пальчики принадлежат Халлдору. А кровь — Гаральда. По крайней мере по предварительным результатам.

— Чайная ложка… — удивленно повторила Тора. — С пятнами крови… И как вы это связываете с делом?

Маркус избежал прямого ответа.

— Смотритель здания, или кто он у них там, передал ложку декану факультета, и тот немедленно принес ее сюда. — Полицейский укоризненно посмотрел на Тору. — В отличие от некоторых он решил не ждать до понедельника.

— Я все-таки не понимаю, как сюда вписывается ложка, испачканная кровью, и почему ее обнаружили только сейчас. Вы же обыскали здание полностью!

— Предполагается, что этой ложкой вынули глаза убитого. Что до смотрителя… — Маркус запнулся, и Тора поняла, что попала в больное место. — Конечно, мы все обыскивали. Почему не нашли ложку — неизвестно. Но мы обязательно выясним причины.

— Итак, у вас есть контракт и чайная ложка с пятнами крови, — сказала Тора, наблюдая, как Маркус взад-вперед раскачивается на стуле. У него в загашнике явно есть что-то еще. — Честно говоря, вряд ли это доказывает виновность Халлдора. Насколько я помню, у него есть алиби.

— Вы про бармена? — презрительно усмехнулся Маркус. — Мы поговорим с ним повторно. Не падайте в обморок, если после небольшого давления его показания станут разваливаться. — Он посмотрел на нее свысока. — К тому же у нас есть еще одна улика против вашего клиента. Точнее, две улики.