Дворец вожделений - Лора Джо Роулэнд

Сано удивленно отшатнулся, когда сёгун назвал место, которое они с Янагисавой только что нашли на архивной карте. Его рот непроизвольно открылся, а глаза полезли на лоб. Он взглянул на канцлера и увидел, что тот потрясен столь же сильно.

— Как вы узнали? — Янагисава во все глаза смотрел на сёгуна.

— Служанка Суйрэн пришла в себя. Я, э-э, поговорил с ней. — Он захихикал от удовольствия, глядя на изумленных Сано и Янагисаву, его слуги прятали улыбки. — Она рассказала мне, как, э-э, похитители обсуждали свой маршрут.

Сано и Янагисава обменялись удивленными взглядами. Сано меньше всего ожидал, что их господин проявит подобную самостоятельность. Суйрэн сообщила такую важную информацию, а он практически снял ее со счетов!

— Что ж, — сказал Янагисава, приходя в себя, — теперь, когда мы знаем, кто такой Царь-Дракон и где его искать, позвольте мне, ваше превосходительство, отправиться с войсками для спасения госпожи Кэйсо-ин.

— И тут вы опоздали! — возликовал сёгун. — Я уже выслал войска, и они находятся на пути к Изу.

Удивление Сано перешло в ужас. Кроме угрозы Царя-Дракона убить заложниц, если его будут преследовать, у Сано была и другая причина противиться участию в деле армии. Солдаты Токугавы неплохо поддерживали порядок, держа народ в страхе и усмиряя уличных смутьянов. Но большинство из них не имело боевого опыта. Их командиры управляли боем только на тренировочных площадках. Сано не поручил бы войскам миссию, требующую первоклассной выучки и знания стратегии. Дойдя до Изу, они не станут утруждаться переговорами об освобождении заложниц, а просто нападут на остров. Даже если их будет гораздо больше обороняющихся, наемники «Черного Лотоса» перебьют немало солдат Токугавы и продержатся достаточно долго, чтобы Данносин успел убить госпожу Кэйсо-ин и остальных женщин. Есть только один путь предотвратить катастрофу.

— Прошу у вашего превосходительства разрешения участвовать в походе на Изу, — сказал Сано.

— Я тоже, — присоединился к нему Янагисава, и Сано подумал, что канцлер тоже увидел в действиях сёгуна угрозу жизни заложниц. Кроме того, он хотел стать героем и вернуть себе расположение господина.

— Зачем это? — злорадно осведомился сёгун. — Войска, э-э, управятся и без вас. Лучше вам, э-э, остаться здесь и заняться своими обязанностями, которыми вы, э-э, манкировали в последнее время. Сано-сан, разве у вас нет преступлений, которые нужно расследовать? И, Янагисава-сан, я уже устал единолично управлять государством. Ваша помощь была бы мне полезна.

Сано и Янагисава переглянулись, уверенные, что обязательно должны ехать в Изу, иначе разразится катастрофа.

— Позвольте поздравить вас с мудрым и своевременным решением, ваше превосходительство, — начал Янагисава.

Пока сёгун горделиво расправлял плечи, Сано продолжил:

— Но мы опасаемся возможных неприятностей.

— Э-э? — нахмурился сёгун.

— Войска не подготовлены к подобным непростым операциям, — пояснил Янагисава.

— А командиры ничего не знают о Данносине, — добавил Сано.

— Они не готовы к его решимости отомстить начальнику полиции Хосине или умереть, — сказал Янагисава.

— Осада толкнет Данносина на убийство вашей матери, прежде чем войска вырвут ее из рук похитителя, — вторил Сано.

Пораженный ужасом, сёгун уставился на Сано и Янагисаву и поник, как воздушный змей, потерявший ветер.

— Я никогда, э-э, не задумывался над этим, — пробормотал он и, упав на колени, сжал руками голову. — Что я наделал? — От страха голос его стал совсем тонким. — Из-за моей поспешности моя мать обречена?

Слуги отвернулись, чтобы не видеть его унижения. Сано сочувствовал сёгуну и не хотел обижать своего господина, но времени угодничать не было.

— Еще не поздно исправить вашу ошибку, — сказал он. — Просто пошлите нас в Изу.

— Мы опередим войска и не позволим им подвергнуть опасности госпожу Кэйсо-ин, — вступил Янагисава.

— Мы доставим ее домой целой и невредимой. — «И Рэйко, и Мидори вместе с ней», — подумал Сано.

— Да! Да! Чего вы ждете? — спохватился сёгун и замахал руками, словно отгоняя Сано и Янагисаву. — Езжайте немедленно!

Выходя из комнаты вслед за Янагисавой, Сано оглянулся — сёгун осел на своем возвышении, закрывая лицо руками и скорбя о собственной поспешности.