Продавец проклятых книг - Марчелло Симони

Золотые росписи на потолке, освещенные этим огнем, искрились и сверкали во всем своем великолепии. Чуть ниже потолка сидели на скамьях десятки людей в масках. Игнасио повернулся кругом. Его взгляд скользил по аркадам, останавливаясь по очереди на каждой из этих грозных теней. Среди них были мужчины и женщины всех возрастов. И на всех, кроме масок, были длинные черные плащи.

Вивьен поднял руки.

Толпа задрожала и воскликнула:

— Аве Доминус!

Оглушенный этим воплем, Игнасио в ужасе упал на колени. Люди в черных плащах уже спускались с галерей, окружая торговца. Кольцо толпы все теснее сжималось вокруг него. На секунду Игнасио увидел Вивьена. На его бывшем товарище была мерзкая красная маска. Вивьен заговорил, и его слова вонзились в ум Игнасио, словно лезвие бритвы.

— Теперь ты будешь мне помогать, хочешь ты или нет! Это приказ Доминуса!

На Игнасио надели цепи и потащили прочь.

Тучный Генрикус Теотоникус спустился со скамейки базилики одним из последних. С трудом двигаясь, расталкивая толпу, он шел к человеку в красной маске. Генрикус должен был срочно поговорить с ним. По пути он внимательно вглядывался в нового Доминуса сквозь прорези своей золотистой маски, подбирая подходящие слова для разговора. Оказавшись рядом с Красной Маской, Генрикус спросил:

— Как поступить с заключенным, мой господин?

— Это не ваше дело. Только я знаю, какие вопросы ему задать, — холодно ответил Красная Маска. А потом смерил Генрикуса с головы до ног внимательным взглядом и добавил: — А вы заботьтесь о том, чтобы оставаться мне верным, как были верны до сих пор. Верьте мне. Я буду соблюдать договоры.

Генрикус Теотоникус сделал шаг вперед и смиренно склонил голову. Ему тяжело дался этот почтительный поклон.

— Хотя бы возьмите с собой комиссию из вольных судей, чтобы они были свидетелями допроса. В случае отказа вам, возможно, понадобятся пространные объяснения, чтобы успокоить недовольных.

— Вы что, намекаете на заговор? — раздраженно спросил Красная Маска.

— Мой господин, умоляю вас, не говорите со мной враждебно. Я лишь выражаю желания ваших сторонников, — поспешил сказать Генрикус Теотоникус.

На самом деле ему хотелось говорить с этим маленьким монахом совсем по-другому. Сципион Лазарус слишком много о себе мнит. Если сейчас этот человек стоит здесь с Красной Маской на лице, то лишь благодаря ему, Генрикусу.

— Я уже говорил, книга — только мое дело. Я займусь книгой один и в уединенном месте. Других условий не приму. Если со мной что-нибудь случится, никто уже не сможет вызывать ангелов, будьте в этом уверены. Однако свое обещание я выполню, на этот счет не опасайтесь. Выгоду получим мы оба. А вы пока успокойте своих встревоженных товарищей.

Генрикус Теотоникус согласился, но недовольно поморщился под маской. Пока ему остается только подчиняться.

Вивьен знал, что многим обязан этому человеку.

Генрикус имел большое влияние и пользовался уважением. Еще до того, как убить Додико, Вивьен договорился с Генрикусом, что займет должность Красной Маски, и легко смог его убедить, сыграв на подавленном честолюбии Генрикуса и на его ненависти к Додико. Но теперь претензии толстяка стали гораздо больше. Он уже перешел к вежливым угрозам.

Вивьен освежил в памяти свои планы. Отделение Святой Фемы в Венеции было слабым и не имело во главе сильного вождя с личным обаянием. Он сумел приобрести доверие этих людей тем, что пообещал поделиться с ними могуществом, которое даст ему книга. Но это доверие легко потерять, если он не получит ощутимых результатов.

Размышляя об этом, он подошел к трем вольным судьям, которые ждали его на расстоянии:

— Берите арестованного и держитесь в стороне от остальных. Мы уходим.