Гран-при для убийцы - Чингиз Абдуллаев

В кабинете находились заместитель командующего пограничнымивойсками республики, начальник республиканской таможни, сам министрнациональной безопасности, трое его сотрудников и два офицера израильскихспецслужб, прилетевшие вместе с Райским, который находился здесь же.

— Все ясно, — подвел итог министр национальной безопасности.— Сегодня ночью мы должны арестовать террориста и передать его нашим гостям.Все документы уже согласованы, остается только провести операцию задержания ваэропорту. Где это лучше сделать? — спросил министр у руководителя местногоотделения безопасности в аэропорту.

— Когда он пройдет таможенников, — пояснил тот, — он долженбудет проследовать через металлоискатель, и мы наверняка будем знать, что унего нет оружия. Он пройдет к стойке, где стоят служащие компании,регистрирующие билеты на рейс. И наш человек подаст нам сигнал. Тогда мы его иарестуем.

— Он очень опасен, — быстро вставил Райский, — средипассажиров вполне может оказаться его вооруженный сторонник. Необходимопредусмотреть возможность постороннего вмешательства.

— Аэропорт будет оцеплен, — пообещал министр, — мы пошлемтуда дополнительно еще двадцать человек. Предупредим органы полиции ипограничников.

Ваш террорист будет арестован уже сегодня ночью, можете вэтом не сомневаться.

Как только он покажется в аэропорту, он обречен.

— Нужно обратить особое внимание и на его груз, — напомнилгенерал Райский, — если он попытается что-либо сдать, следует немедленно изъятьэтот груз. И вообще тщательно проверить багаж всех пассажиров.

— Сделаем, — пообещал руководитель таможенного комитета, — яскажу, чтобы проверяли все, вплоть до личного досмотра, если понадобится.

— Нет-нет, — улыбнулся Райский, по-русски он говорилсвободно, даже лучше некоторых своих собеседников, — главное — не перегнутьпалку. Чтобы террорист ничего не заподозрил.

— Правильно, — поддержал его министр, — проверите весь грузеще раз после задержания террориста. Как только его арестуют, мы вывезем его внашу тюрьму, а потом через несколько дней вы сможете забрать его с собой вИзраиль.

Наш изолятор находится в самом здании, внизу, под нами.Поэтому можете не волноваться.

— Я бы хотел, чтобы он оставался в отдельной камере, —попросил Райский.

— Вообще-то у нас с этим сложно, — честно признался министр,— свободных камер практически нет. Но мы обязательно что-нибудь придумаем.

— Он очень опасен, — еще раз предупредил Райский, — малоарестовать его. Нужно сделать так, чтобы он не сбежал.

— При мне из нашей тюрьмы еще никто не сбегал, — нахмурилсяминистр.

Уже позже, когда Райский вышел из кабинета в сопровождении несколькихсвоих офицеров, он обернулся к одному из них:

— Что он имел в виду, когда говорил о побегах из ихвнутренней тюрьмы?

— При прежнем министре отсюда сбежало сразу несколькочеловек, в том числе и бывший министр обороны, — пояснил офицер, который былвыходцем из Баку, — после этого вокруг здания сделали решетку и усилили охрану.

— А где сейчас прежний министр безопасности?

— В этой тюрьме.

— А сбежавший министр обороны?

— Там же.

Райский пожал плечами.

— Мне иногда трудно бывает понять логику внутренних событийв бывших республиках Советского Союза. Павел, вы действительно знали Дронго доотъезда в Израиль?

— Я уехал десять лет назад, но уже тогда он был довольноинтересным человеком. Он часто уезжал в непонятные командировки, и в городеговорили, что он работает в какой-то международной организации. Теперь японимаю, что именно тогда происходило. Но я и не думал, что это именно Дронго.Я ведь уехал еще до всех этих событий, в восемьдесят седьмом.

— Я с ним встречался в прошлом году, — откровенно призналсяРайский.

Они сели в автомобиль, выделенный для их делегации.

— Он вам не понравился? — спросил Павел.

— Мне он показался достаточно экстравагантным, — хмуропризнался Райский, — давайте лучше поездим по городу. К стыду своему долженпризнаться, что я не был в этом городе ни разу в жизни.

— Договорились, — засмеялся Павел, — я покажу вам все лучшиеместа.

Уже около полуночи в аэропорту все было готово к аресту.Нескольких сотрудников службы безопасности переодели в таможенников ипограничников. За стойку компании, где оформляли пассажиров, также встал одиниз офицеров Министерства национальной безопасности. Все было готово к приемутеррориста.

В половине первого началась регистрация. Внешне она проходиласпокойно.

Многие пассажиры были утомлены ночным бдением и довольновяло проходили таможенный и пограничный контроль. Райский сидел в комнатеначальника службы безопасности, ожидая, когда наконец его позовут. Его офицеры,владевшие русским и азербайджанским языками, смешавшись с толпой провожающих,внимательно наблюдали за пассажирами.

Без десяти час к стойке подошел невысокий мужчина и подалсвой паспорт и билет. Оформлявший документы сотрудник службы безопасности сразуувидел знакомый номер паспорта и уже известную фамилию. Он подал знак стоявшемуневдалеке своему напарнику. Тот передал по цепочке. В кабинет руководителяслужбы безопасности вбежал один из сотрудников. Запыхавшись, он произнес:

— Он оформляется.

Райский тяжело вздохнул. До самого последнего момента он неверил, что Ахмед Мурсал появится в аэропорту. Он не верил в подобную удачу.

— У него большой багаж? — спросил генерал.

— Два чемодана. Их уже проверили, — доложил сотрудник.

.

— Идемте, — поднялся Райский и направился из кабинета. Заним поспешили остальные.

Если бы давали премию за идеальный арест, ее бы в этот вечерполучили азербайджанские спецслужбы. Кто-то позвал незнакомца, а когда онобернулся, ему молниеносно на руки надели наручники, и окружили сразу несколькочеловек.

— Вы арестованы, — громко сказал старший офицер службыбезопасности, руководивший группой захвата.

Генерал Райский сделал несколько шагов к арестованному,чувствуя непривычное волнение.

Взглянул на того…

— Это не он, — быстро сказал генерал, — мы взяли не того.

— Что? — обернулся к нему руководитель группы захвата.

— Это не он, — сдерживая раздражение, повторил генерал. —Кто вы такой? — спросил он по-английски у арестованного.