Месть ей к лицу - Марина Серова

Он не стал меня задерживать, хотя, если честно, в глубине души я все-таки на это немного надеялась. Настроение мое было слегка подпорчено, однако виду я не подала. Прощаясь, он потянулся губами к моей щеке, но я изобразила, что не поняла смысла его движения, и ускользнула. Нет так нет, а неопределенные отношения мне ни к чему.

* * *

Сидя в уютном салоне своего «Ситроена», я думала о том, что собираюсь ввязаться в крайне опасное дело. Теперь, когда нас со Станиславом разделяло расстояние, мне было не совсем понятно, почему я согласилась. Безусловно, я испытывала симпатию к этому человеку, и у меня возникло желание ему помочь. Он мне нравился, очень сильно нравился.

«Так почему, Танюша, ты ему сразу не согласилась помочь? – поддел меня внутренний голосок. – Испугалась?»

Я ничего ему не ответила, а мысленно показала язык. И правда, почему я потащилась к этому парню домой? Проведать его захотелось, узнать, как себя чувствует? Если честно, то я и не предполагала даже, что он снова начнет говорить об этом деле, хотя такие мысли у меня возникали. Но мне казалось, он немного поостыл и отказался от этой идеи. Оказывается, нет. И в этот раз ему, хитрецу, все-таки удалось меня уговорить.

«И что это ты так быстро сдалась, Танюша?» – снова вылез ехидный голосок.

А вот так вот, взяла и сдалась. Отказаться от дела значило в данном случае прервать отношения, а мне этого не хотелось. К тому же мне светила достойная оплата, хотя в данном случае эта причина стояла на сорок третьем месте, ведь дело было слишком опасным.

Но имелась еще одна причина – основная. Причем совсем дурацкая и, с точки зрения непосвященного человека, даже нелепая – это азарт.

Как-то раз старый знакомый сказал мне, что моя профессия – это моя болезнь, и, немного посмеявшись, я была вынуждена с ним согласиться. Опасное дело тем и привлекало меня, что было опасным. Ведь что-то заставляет некоторых людей, скажем, садиться за руль автомобиля и нестись с бешеной скоростью по трассе «Формулы-1», прекрасно понимая, что одно неверное движение может стоить им жизни. Играть с огнем – опасно, но тот, кто с ним не играет, по-моему, и не живет вовсе.

Лично для меня лишить свою жизнь непредсказуемости и риска всегда было равносильно полному перекрытию кислорода. Тем более в активе у меня имелось немало качеств: без ложной скромности могу сказать, что обладаю и рассудительностью, и быстротой реакции, я не труслива, уверена в себе и к тому же обаятельна, что тоже немаловажно, когда имеешь дело с мужчинами.

В конце концов, я могу в любой момент остановиться, почувствовав, что опасность слишком близка.

Добравшись наконец до дома, я решила, что взяться за это дело мне все-таки стоит. И, осознав это, я почувствовала, что настроение мое буквально подпрыгнуло вверх – кажется, последующие несколько дней обещали быть интересными и жаркими, несмотря на то что за окном было около нуля и весна еще только-только начиналась.

Облачившись в домашний халат, выпив чашечку свежесваренного кофе и съев парочку бутербродов с сыром, я устроилась с ногами в кресле и решила обратиться к гаданию. Не пугайтесь, я не достала карты Таро, хотя было дело, я и ими пользовалась, но от подобного гадания у меня пошатнулось здоровье, поэтому я раз и навсегда отказалась от общения с ними. Есть другой интересный и куда более безвредный способ посоветоваться с таинственной силой – а именно магические кости. Голова от них не болит, бесы не нападают, а советы они способны дать потрясающие. Кроме того, моя романтическая натура вполне была довольна их сходством со скандинавскими рунами.

Высыпав из бархатного мешочка три магические косточки, я мысленно спросила их, стоит ли мне лезть в это дело и смогу ли я с достоинством вылезти из него.

После чего кинула кости на журнальный столик.

Вышли цифры «3 + 21 + 25».

«Вы займетесь благородной работой, не заметной для окружающих».

Ну что ж. Настоящие герои всегда обречены на безвестность. Но ведь существует поговорка «Риск – благородное дело», и именно она мне отчего-то вспомнилась. Значит, риск будет моим спутником. Вот и хорошо, риска я не боялась. Иначе мне нечего было бы делать в моей профессии. Если бы я была обычной девушкой, я бы тихо сидела в качестве адвоката в какой-нибудь конторке, и жизнь моя сводилась бы к разрешению конфликтов между мужьями и женами. Я бы, наверно, умерла там от тоски уже на второй день.

«И что это ты, Танюша, сразу не согласилась на это опасное дело, раз так любишь риск. А теперь сидишь тут и хорохоришься сама перед собой», – снова не остался в долгу мой противный внутренний голосок.

«Заткнись», – только и сказала я ему.

Константин Ломов был журналистом и работал в отделе криминальной хроники газеты «Тарасовский проспект», а криминальные структуры являлись прямо-таки его специализацией. Да и вообще, он был не совсем обычным журналистом. Ломов является настоящим папарацци, причем на редкость удачливым.

Я познакомилась с ним несколько месяцев назад, во время расследования одного дела, и тогда, по воле случая, мне довелось оказать ему услугу, и не пустяковую – мой приятель Володька Кирьянов обнаружил Ломова полумертвого, избитого так, что живого места на теле не оставалось. А избили его все те же «авторитеты», которых он выслеживал двое суток для того, чтобы сделать скандальные снимки. Тогда ему это не удалось – вместо пряника он получил кнут, и с некоторой натяжкой, но я все же могла сказать, что этот человек обязан мне жизнью. Ведь это я его тогда спасла от обморожения, а может быть, и от смерти. В салоне собственного автомобиля я привезла его в свою квартиру, отогрела, пригласила к нему знакомого врача Сан Саныча. Так что, я думаю, он мне не откажет. Да и услуга, в общем-то, требовалась от него пустяковая – просто рассказать мне все то, что он знает об одном из своих «подопечных». А он наверняка о нем знает почти все, в этом я была уверена: Ломов на то и Ломов, чтобы знать все о всех местных бандитах. Такая у него работа.

Взяв сотовый, я нашла в своих контактах номер Константина. Нажав на кнопку соединения, стала слушать долгие протяжные гудки. Только бы он не исчез в очередной раз в погоне за скандальными фотографиями. Мне никто не отвечал, с каждым гудком мои надежды таяли. Уже собравшись дать отбой, я вдруг услышала на том конце слегка раздраженный мужской голос – знакомый хриплый низкий бас:

– Слушаю!

– Костя, привет.

– Привет, – произнес он неуверенно, видимо, не узнав меня по голосу. Это было неудивительно, ведь мой тембр, в отличие от тембра на том конце, был среднестатистическим, а к числу близких знакомых отчаянного папарацци я не относилась.

– Это Татьяна Иванова, помнишь меня?

Он некоторое время молчал, вспоминая.

– Это которая частный детектив? Припоминаю… Кажется, однажды вам удалось спасти меня от верной смерти.

– Кажется… Только, пожалуйста, на «вы» не надо.

– Как хочешь. Ты, наверное, по делу?