Без шума и пыли - Леонид Влодавец

— Отсюда сарай как на ладони, — сказала Милка. — Если этот вдруг выберется

— враз заметим.

— Ни хрена он не выберется, — мотнул головой Юрка, — легче, блин, зубами подкоп выкопать…

— Это точно! — ухмыльнулась напарница. — Вполне можно было всем уехать. А то сиди да скучай, дожидайся у моря погоды…

— Если б еще было на чем сидеть, — проворчал Таран. — Надо было из «буханки» хоть одно сиденье сюда притащить. А теперь хрен — заперто!

— Может, в других балках что-нибудь нашарим? — предположила Милка.

— Другие торцами к сараю стоят, не присмотришь так, как отсюда.

— Ну тогда перенесем сюда! — энергично заявила Мила. — Пошли!

Ежась от моросящего дождика, перебежали к соседнему балку. Там даже столика не уцелело, к тому же часть пола была выломана и окна побиты. Перескочили к третьему. С этого не только пол, но и часть обшивки ободрали, да и с крыши посдирали покрытие. А вот в четвертом, куда заходили уже безо всякой надежды «что-нибудь нашарить», совершенно неожиданно обнаружили старинный дерматиновый диван, без спинки и валиков, облезлый и потрескавшийся, но вполне пригодный для того, чтоб сидеть на нем.

— То, что доктор прописал! — констатировала Милка. — Взяли!

Конечно, диван оказался тяжелый, и для того, чтоб перетащить его из вагончика в вагончик, пришлось попыхтеть, тем более что двери были узкие. Но зато, когда дотащили, настроение сильно улучшилось. По крайней мере, комфорту прибыло.

— Во, — порадовалась Милка, усаживаясь, — сидеть иногда приятно, если не в тюряге! Пожалуй, и прилечь можно, если надо!

И хмыкнула, подмигнув Тарану.

Юрка уселся и сказал:

— Прилечь хорошо после сытного обеда и где-нибудь дома. А то, блин, это мороженое и сок — одно расстройство, а не жратва.

— Это ты прав, — кивнула Милка, которая сама любила покушать. — Калории в мороженом, конечно, есть, но я бы сейчас пару котлет с картошечкой навернула. Ну, ничего, на ужин-то нас доставят, я думаю?

— Я лично, — вздохнул Юрка, — морально готовлюсь к завтраку. Меня этот звонок Ляпунову именно на такую мысль настраивает. Что-то у них не склеилось, по-моему!

— Фиг его знает, — мрачно произнесла Милка. — Наше дело сидеть и ждать. Хотя на фиг это нужно — неизвестно. Клиент и так, блин, никуда не денется.

— Ну, оставлять его просто так, конечно, нельзя, — возразил Таран. — Мало ли, еще зайдет кто-нибудь, а он выть или орать из-под земли начнет.

— Ни хрена его оттуда не услышат, — хмыкнула Милка. — Просто Серега решил перестраховаться или Птицын так приказал. А мы тут скучать будем, не жравши.

— Куда денешься, жизнь такая…

— Да уж, как видно, никуда не деться. Серега приятного вечера пожелал…

Помолчали. За окном моросил дождь, на обрывах карьера шумел облетающей листвой лес, гнусно-серые облака тянулись по небу, затянутому мутной пеленой. Тоска! Ностальгически вспоминалось лето, особенно жаркий июнь, когда Юрка был в отпуске и купался по три раза в день.

— Чего грустишь? — Милка положила Тарану на плечо тяжелую лапу. — Скучать — это не воевать, верно? Служил бы в нормальной армии — так небось ползал бы сейчас по горам, «духов» зачищал. А так — вроде и служишь, а вроде и нет.

— Нам и без «духов» возни хватало…— проворчал Юрка. — Вот так уже настрелялся за эти четырнадцать месяцев!

— Да, блин, есть что вспомнить! — кивнула Милка. — Кажется, всего ничего времени прошло, а кажется — лет сто, не меньше…

Да, четырнадцать месяцев назад они еще не знали друг друга и не представляли себе, сколько придется испытать за этот относительно короткий отрезок времени.