Наперегонки с убийцей - Алексей Макеев

Мерное звучание работающего на полную мощность двигателя «Пежо» прервали позывные мобильного аппарата полковника.

Гуров сбросил скорость, скользнул взглядом по голубоватому отражению правого ряда дороги в зеркале заднего вида и перестроил автомобиль в соседнюю полосу. Его рука плавно переместилась с рычага переключения передач на полочку под приборной доской. Нащупав трубку телефонного аппарата, полковник не спешил нажимать на кнопку «вызова-ответа». Он все еще находился под впечатлением недавнего разговора с Крячко, который до сих пор отзывался в нем приступами добродушного смеха и непроизвольной улыбкой, растягивающей уголки губ.

– Здравия желаю, товарищ генерал! – иронично отрапортовал Гуров, прикладывая трубку к уху.

– Отставить! – вполне серьезно подхватил Орлов.

В его голосе проскальзывали привычно благодушные оттенки. Генерал обладал тонким чувством юмора, поэтому при возможности не отказывал себе в удовольствии пошутить. В трубке слышались звучные выдохи страдающего одышкой грузного человека.

– Так точно, Петр Николаевич. Есть отставить…

– Полковник Гуров, вы позволяете себе… официальный тон в обращении к начальству… при исполнении служебных обязанностей, – в том же ироничном ключе продолжил генерал, но уже через секунду осекся. – Ты за рулем, что ли, Лева? Что там у тебя гудит в трубке?

– Да. Я недалеко от аэропорта, на МКАД. Все-таки решил мотнуться до Домодедова сам. Хочу поговорить с их летчиком, который вел вчерашний рейс, и проверить этот дурацкий звонок с угрозами.

– А что сам-то? Почему у меня лучшие сотрудники уголовного розыска мотаются по всей Москве, в то время как могли бы сидеть спокойно у себя в отдельном кабинете? У тебя что, напарника, что ли, нет на служебном автотранспорте?

– Это Крячко-то? – Гуров снова искренне заулыбался, вспомнив разговор с Крячко. – Это мать Тереза, Петя. Это не напарник.

– Не понял? – Генерал не ожидал такого поворота разговора и искренне удивился.

Гуров изложил Орлову в двух словах его разговор с Крячко. Орлов внимательно все выслушал, не разделив, однако, в полной мере эмоций полковника.

– Я понял, Лева. Не завидую тебе, – понимающе отозвался Орлов. – Ответственный сотрудник уголовного розыска. Ценный работник. Готов на все, лишь бы выполнить свой долг.

– Здесь скорее человеческий фактор… – начал было Гуров, но голос в трубке не дал ему договорить.

– Ой, Лева, – внезапно засуетился Орлов. – Ты все еще едешь? Я что-то заболтался с тобой, прости. Тормози. Ты мне нужен. Я что-то не сообразил вовремя тебя остановить.

Гуров немного сбавил скорость, но не остановил машину.

– Послушай, мне надо не больше двух часов. Я уже закрыл бы эту позицию. Уверен, что там ничего серьезного. Передадим в пятнадцатый отдел сегодня же.

– Лева, я серьезно. Ты мне нужен для более значимых вещей. Я не знаю, что там с летчиками… Ну, ерунда – так ерунда. Не суть важно. Хотя я еще раз тебе говорю, что это дело наверняка связано с бандой Заикина… Это был не простой звонок… Но это не сейчас. Приезжай в управление. Срочно. Через сколько будешь?

Гуров хорошо знал голос своего некогда сослуживца, а теперь начальника – генерала Орлова, и по ноткам легкого беспокойства, то и дело проскальзывавшим в его интонациях, понял, что у Орлова появился серьезный повод обсудить с ним нечто.

– Тридцать минут дашь? – спросил он, отжав сцепление и переключив скорость.

– Давай, пойдет. Жду. – Трубка отозвалась короткими гудками.

Полковник развернул свой «Пежо» в противоположном направлении. Через двадцать пять минут он поднимался по ступеням, ведущим в здание Главного управления уголовного розыска.

Энергичной походкой, лихо завертев пропеллер пропускающего устройства, Гуров прошел внутрь здания. У кабинки лифта скопилось довольно много сотрудников управления, желающих без особых усилий подняться на верхние этажи. Гуров подождал около лифта с полминуты, затем развернулся на каблуках и устремился к лестнице, ведущей на шестой этаж.

Дверь кабинета Орлова была открыта. Через пустующую комнатку секретаря Гуров прямиком прошел в приемную.

– Рад приветствовать, – произнес сыщик, оказавшись в кабинете.

– О! Полковник Гуров! Спасибо тебе, Лева, что так быстро, – произнес хозяин кабинета, вставая из-за стола. Гуров невольно окинул взглядом письменный стол, который привлек к себе внимание не свойственным его хозяину беспорядком. На столешнице высокими пачками лежали пронумерованные тома дел, пластиковые и картонные папки и отдельные, несброшюрованные листы бумаги.

Орлов, наклонившись над столешницей, протянул гостю ладонь и случайно задел рукавом стопку документов. Пирамида качнулась, и, беспорядочно кружа, бумаги повалились на пол. Генерал беззлобно выругался, махнул рукой, и мужчины обменялись крепким рукопожатием. Орлов приятельски слегка потрепал Гурова по плечу.

– Здравствуй-здравствуй, Лев Иванович. Садись. Разговор не скорый. – Генерал жестом показал Гурову на кресло, находившееся рядом с письменным столом.

Верочка, секретарша и бессменная помощница генерала, кинулась собирать бумаги, отложив в сторону шнур большого пластикового вентилятора, который она прилаживала к столу начальника.

– Верочка, прикрой-ка дверь, пожалуйста, и никого не пускай, если придут. Пусть ждут в коридоре. Я занят, – произнес генерал, тяжело дыша, и, выйдя из-за своего рабочего места, уселся рядом с Гуровым во второе кожаное кресло, расположенное ближе к столу. Генеральский стул за письменным столом Орлова часто пустовал, когда тот вызывал к себе полковника. Достав носовой платочек, он смахнул градом стекающие с висков крупные капли пота.

– Ближе к столу садись. Сейчас я тебе кое-что покажу, – произнес Орлов, роясь в бумагах на письменном столе.

Гуров придвинул кресло и устроился поудобнее.

Верочка тем временем закончила собирать разбросанные по полу листы бумаги. Аккуратно уложив собранные папки на стол, она удалилась в свою комнату, прикрыв дверь кабинета.

– На, почитай пока. – Генерал протянул полковнику пачку потрепанных газет, извлеченную из кипы бумаг на столе.