Толстушка под прикрытием - Дарья Донцова

родители учителя, жили в столице. Отец преподавал математику с физикой, мать – русский

язык и литературу. Закончила с золотой медалью школу, поступила в институт легкой

промышленности, потом работала в разных местах конструктором одежды. Отовсюду

увольнялась по собственному желанию из карьерных соображений: в одном месте была

простым сотрудником, во втором – старшим специалистом, в третьем – начальником отдела.

В середине девяностых, когда многие российские предприятия развалились, Селезнева ушла

в ателье простой портнихой. Около пяти лет назад она бросила иголки и нитки с наперстком, стала вести в школе уроки домоводства, подрабатывала преподавателем студии детского

творчества в частном детском саду. Вышла замуж за Андрея Ильича Леонова. Супруг был

старше Лоры на двадцать лет, детей в браке не получилось. Фамилию она не меняла, осталась с девичьей. В девяностых Леонов скончался. Ничего криминального, банальный

инфаркт. Обычная женщина, правильная, работящая, таких тысячи в России.

– Но совсем не все связаны близкими отношениями с начальником особой засекреченной

структуры, – заметила я. – Скажите, Иван Никифорович, Лора не жаловалась, что за ней

следят?

– Нет, – отрезал он, – никогда.

– Может, кто-то затеял с ней скандал в магазине? – продолжала я. – Вы говорили, что

Селезнева гиперэмоциональна. Она ни с кем не конфликтовала? Например, в школе или в

детском саду?

– Лора прекрасно воспитана, небольшой фейерверк зажигался лишь для меня, – сухо

ответил босс. – С посторонними она всегда держалась вежливо. И родители учеников, и сами

дети к ней прекрасно относились.

– А за последнюю неделю с ней не произошло ничего из ряда вон выходящего? – не

утихала я. – Не обязательно некое крупное событие, так, какая-нибудь ерунда. Скажем, колесо у машины проколола?

– Никаких неприятных сюрпризов, – после небольшой паузы сообщил шеф. – И Лора не

водит автомобиль.

– Ваня, бывают и приятные неожиданности, – отметил Глеб Валерьянович. – Внезапно

подарили цветы. Выиграла в лотерею кофемолку. Получила сувенир от какой-то фирмы.

Нашла на улице золотое кольцо.

– Нет, нет и нет, – бубнил босс. – Хотя… магазин…

– Вы что-то вспомнили! – обрадовалась я.

– Чистую глупость, – медленно произнес Иван Никифорович, – ерунду. Но раньше с Лорой

такого не происходило.

– Говори скорей! – приказал Борцов.

Начальник скрестил руки на груди, и мы услышали следующую историю…

Вечером накануне похищения Селезнева прибежала к Ивану Никифоровичу из

супермаркета радостная и рассказала, что к ней в отделе хозтоваров подошла молодая

женщина. «Ой, здрассти! – воскликнула она. – Как я рада вас видеть! Где вы сейчас

работаете? Спасибо вам за все, что вы для меня сделали! Я замуж вышла, сына родила, больше глупостей, как в школе, не делаю». Лора сообразила, что перед ней одна из бывших

учениц, имени-фамилии которой она вспомнить не может, и сказала:

– Приятно слышать хорошие новости. Так и знала, что у вас все замечательно сложится.

Незнакомка открыла сумочку, вынула небольшую статуэтку из желтого металла и

протянула Селезневой:

– Возьмите. Пусть она останется у вас на память обо мне.

Лоре сувенир показался дорогим, и она стала отказываться, но девушка настаивала. А

потом пояснила:

– Лора Павловна, я теперь художница, сама мастерю эти фигурки. Помните, вы говорили:

«Солнышко, тебе лучше заняться ремеслом, с профессией в руках никогда голодной не

останешься. Высшее образование хорошо, но не обязательно. Кто больше людям нужен: прекрасный портной или философ, не выходящий из своего кабинета?» Я вам поверила, пошла в художественное училище и сейчас не бедствую. И вы правы, статуэтка очень

дорогая. Хоть она и выполнена из дешевого материала, а стоит покруче золота. Знаете

почему? Ну, во-первых, это авторская работа, а во-вторых, богиня – заговоренная на удачу.

Вы же помните мою бабушку?

Лора растерялась от напора незнакомки, но из приличия кивнула. И девушка обрадовалась.

– Все вокруг считали бабулю еврейкой, а на самом деле она цыганка, знала море

магических заклинаний. Кстати, и меня им обучила. Поставьте богиню на комод, и очень

скоро все ваши желания исполнятся.

Незнакомка сунула статуэтку в руки опешившей Селезневой и растаяла в толпе

посетителей супермаркета.

Иван Никифорович велел ей выкинуть подарок и попросил впредь никогда ничего у

посторонних не брать. Лора рассердилась:

– Это моя бывшая ученица!

Он возразил:

– Ты не узнала девушку, не вспомнила ее имени. Почему же решила, что обучала ее

домоводству?

– Она сама так сказала, – объяснила Лора.

Наивность Селезневой и ее доверчивость привели Ивана Никифоровича в раздражение:

– Значит, если я заявлю сейчас, что владею сокровищами Монтесумы, ты будешь считать

меня богаче арабских шейхов?

– В твоем случае я усомнюсь в сказанном, – ответила любовница, – потому что знаю: это

неправда.

– Отличная позиция, – засмеялся Иван Никифорович. – По-твоему, соврать могут

исключительно близкие? Остальные честнее святых?

– Какой смысл девушке меня обманывать? – пожала плечами Лора. – Она ничего у меня не

выпрашивала, а подарила. Фигурка, похоже, не из дешевых.

– Только не говори, что водрузишь ее на комод и распахнешь окно в ожидании птицы

удачи! – расхохотался наш шеф.

Лора поджала губы и промолчала…