Смертельный аромат № 5 - Ольга Тарасевич

«Может, она действовала в сговоре с Дмитрием Платовым? А потом они чего-то не поделили?» – размышлял Тимофей Аркадьевич и торопил водителя дежурной машины.

В лифте Ковалев втянул носом воздух и дернул оперативника Марата Кудряшова за рукав.

– Чувствуешь, чем пахнет? У меня после того, как курить бросил, обоняние стало таким сильным.

Марат шмыгнул носом и недоуменно сказал:

– Кошками пахнет.

– Да. А еще одеколон хороший, забыл название. Мне дочка на какой-то юбилей такой же дарила. Им Платов пользуется.

– Запах к делу не пришьешь, – пробормотал парень и прикрыл ладонью зевающий рот.

– Ошибаешься. Одорологические экспертизы также являются доказательной базой и направляются в суд. У меня дело было в производстве, имитация самоубийства через повешение. На веревке эксперты установили запах, не принадлежащий жертве. Руки у убийцы потные были. Теперь работать – одно удовольствие. Наука здорово вперед продвинулась, любая мелочь может выдать преступника.

На лестничной площадке возле квартиры Натальи Захаровой уже ждали эксперты. Тимофей Аркадьевич, заметив незнакомое лицо, поинтересовался:

– Это понятой? Или свидетель?

Незнакомый мужчина, видимо, решил, что вопрос адресуется ему, и сделал шаг вперед.

– Не знаю… Я нашел Наташу. Собаку выгуливал. У меня ротвейлер, девочка. И в общем коридорчике Рейчел вдруг зарычала. Дверь в квартиру Захаровой была приоткрыта, свет включен. Наташу я давно не видел. Она уезжала часто. Решил, грабители. Рейчел рычала все громче и громче, а потом как рванула. Захожу, а там…

– Мы осмотрим место происшествия, а потом к вам зайдем. Только сначала скажите: вы видели незнакомых людей, может, возле вашего подъезда или в самом подъезде? Отъезжали ли в этот временной период от дома автомобили, которые не принадлежат жильцам?

Мужчина утвердительно кивнул:

– Да, когда я возвращался, из подъезда вышел мужчина. Высокий, подтянутый. Лицо приятное, волосы с сединой. Он и уехал на черном, кажется, «БМВ», «пятерке». Но у него был такой, знаете ли, вид преуспевающего человека.

– Пользующегося хорошим одеколоном. Что, съел, Марат? – Ковалев толкнул оперативника в бок. – Давай, живо связывайся с опергруппой. Пусть едут на задержание. Внешность, машина – все совпадает.

– Ордера нет, Тимофей Аркадьевич.

– Эх, молодежь, всему вас учить надо. В таких случаях говорят: следователь поехал за ордером, сейчас подвезет. Я и съезжу. Но раз уж здесь – схему нарисую, бумаги оформлю. И эксперты пусть работают.

Пройдя в комнату, судмедэксперт Федор Борисович Зайченко констатировал:

– Удушение.

Тимофей Аркадьевич и сам это понял. На шее сидящей в кресле женщины розовая полоска со следами кровоизлияния, странгуляционная борозда. Бежевый халатик в крови. При удушении может вот так хлынуть из носа, из ушей.

– А где орудие убийства? – Ковалев оглянулся по сторонам. – Не вижу ничего похожего.

– Душили, кажется, ремнем, – Федор Борисович внимательно рассматривал шею женщины. – Да, вот слева, похоже, царапина от пряжки.

«Негусто, – думал Ковалев, оформляя протокол осмотра. – Орудия убийства нет, пальчики свои Дмитрий Евгеньевич предусмотрительно стер. Что же ему Наталья сделала? И неужели он действительно убивал девчушек из конкурирующего агентства? Ну и времена пошли…»