Реквием в Брансвик-гарденс - Энн Перри

К числу прочих мелких фактов, важных для дела или нет, относилось то, что Мэлори Парментер находился в зимнем саду один и отрицал, что видел погибшую, однако пятно на ее обуви свидетельствовало об обратном, ибо могло быть получено только в саду, причем именно тогда, когда он находился там. На подоле ее платья пятен не было, однако она могла приподнять его, чтобы не запачкать. Чем же вызвано отрицание Мэлори – виной или просто страхом?

В сумме все тянуло на подозрение, однако не настолько серьезное, чтобы Томас рискнул предстать с ним перед судом. И ему приходилось продолжать расследование, не представляя, что именно он ищет и даже существует ли это искомое неизвестное.

Остановив экипаж, суперинтендант назвал кебмену полученный от Рэмси адрес.

– Прямо дотуда, папаша? – удивился тот.

Питт собрался с мыслями:

– Нет… нет, лучше довезите меня до вокзала. Сяду на поезд.

– Вот и ладушки, – с облегчением проговорил возница. – Садитеся.

Питт сошел с поезда на станции Чизлхерст и под ясным ветреным дневным небом направился к перекрестку возле крикетной площадки. Там он осведомился о том, где находится ближайшая пивная, и его направили по правой дороге, где он, пройдя пять сотен ярдов, увидел по левую руку пожарную часть и церковь Святого Николая, а по правую – паб «Голова тигра».

Там суперинтендант превосходно позавтракал свежим хлебом, крошащимся ланкаширским сыром, маринованным ревенем и бокалом сидра. Дальнейшие расспросы позволили ему найти путь в Айсхауз-вуд, к дому, до сих пор занятому группой эксцентричных и несчастных людей, которых он, очевидно, и разыскивал.

Поблагодарив хозяина заведения, Томас направился дальше. На поиски нужного места он потратил не больше двадцати минут. Нужный ему дом располагался среди пока еще голых деревьев и мог бы показаться прекрасным. Цветущий терновник покрывали белые облачка лепестков, по земле были рассыпаны звездочки ветреницы, однако сам дом имел вид запущенный, говоривший о годах нищеты и пренебрежения.

Каким образом элегантный и умудренный Доминик Кордэ попал сюда? И что заставило Рэмси Парментера оказаться на его пути?

Пройдя по заросшей лужайке, Питт постучал в дверь, над которой нависали еще не набравшие бутонов ветви жимолости.

На стук его вышел молодой человек в плохо сидевших на нем брюках и жилете, расставшемся с несколькими пуговицами. Длинные волосы нависали на его вполне доброжелательное лицо.

– Вы пришли чинить насос? – спросил он, с надеждой посмотрев на полицейского.

Тот припомнил свой приобретенный в молодости на ферме опыт:

– Нет, но я могу попытаться, если у вас неприятности.

– В самом деле? Это чертовски благородно с вашей стороны!

Парень пошире открыл дверь и повел гостя неопрятными и холодными коридорами на кухню, где на деревянной скамье и в большой фаянсовой раковине стояли стопки грязных тарелок. Не обратив никакого внимания на беспорядок, молодой человек указал на чугунный, явно заклинившийся насос, очевидным образом абсолютно не представляя, что с ним можно сделать.

– Вы живете здесь в одиночестве? – начал Питт разговор, приступая к изучению насоса.

– Нет, – непринужденно проговорил парень, садясь сбоку на стол и с интересом присматриваясь к его действиям. – Здесь всегда находится пять или шесть человек. Бывает по-разному. Люди приходят и уходят, понимаете?

– А как давно здесь этот насос?

– Много лет. Дольше, чем я.

Суперинтендант посмотрел вверх и улыбнулся:

– А это сколько будет?

– O, лет семь-восемь, точно не помню. Неужели нам потребуется новый? Боже, надеюсь, что нет! Мы не сможем позволить себе такую покупку.

Судя по окружающему разгрому, Питт вполне мог в это поверить.

– Насос изрядно проржавел, – заметил он. – Да и чистили его, на мой взгляд, давно… Наждак у вас есть?

– Что?

– Наждак, – повторил Томас. – Мелкий серо-черный порошок для полировки металла. Может быть, есть наждачная ткань или бумага?

– А… возможно, найдется у Питера. И если найдется, то здесь, на буфете. – Местный житель послушно посмотрел вверх, забрался на стул и победоносно спустился вниз уже с куском наждачной ткани в руках.

Взяв ее, суперинтендант принялся тереть ржавые детали.

– Я ищу друга. Родственника, если честно, – заметил он по ходу дела. – Он был здесь года четыре назад. Его зовут Доминик Кордэ. Вы помните его?

– Конечно, – без колебаний ответил молодой человек. – Он попал сюда в еще том состоянии. Никогда не видел человека, более разочаровавшегося в себе и в мире… за исключением Монти, так ведь он-то и утопился, бедняга…

Он вдруг улыбнулся:

– Но за Доминика не беспокойтесь. Ушел он отсюда совсем другим. Сюда приехал за Монти какой-то священник, и они с Кордэ превосходно поладили. Не сразу, конечно. Так всегда происходит. Священник этот, он черта креститься уговорит, но Доминику тогда ничего другого и не было нужно.

Сняв сюртук и закатав рукава, Питт взялся за насос.

– Ну, славное дело с вашей стороны! – с восхищением проговорил его собеседник.

– А как Доминик дошел до такого состояния? – поинтересовался суперинтендант, стараясь говорить по возможности непринужденно.

Молодой человек пожал плечами:

– Не знаю. Скорее всего, из-за женщины. Но только не из-за денег, я это знаю, и не из-за выпивки или проигрыша, потому что с этими занятиями сразу не порвешь, a он, находясь здесь, не обнаруживал к ним склонности. Нет, я совершенно уверен в том, что причиной была женщина. Он жил в Мейда-Вейл с другими людьми, там были и мужчины, и женщины. Он особо не рассказывал об этом.

– А вы не знаете, где именно он жил, а?

– Холл-роуд, как мне кажется. А вот номера не знаю. Простите.

– Не важно. Думаю, что сам найду этот дом.

– А он кто вам? Брат? Кузен?

– Свояк. Не передадите ли мне вон ту тряпку?

– Так вы его запустите? Это будет чудесно!

– Наверное. А пока подержите…

Домой Питт явился уже достаточно поздно и ничего не рассказал Шарлотте о своей поездке в Чизлхерст. На следующий день, шестой после смерти Юнити, он взял с собой инспектора Телмана и отправился разыскивать тот дом в Мейда-Вейл, где Доминик жил до знакомства с Рэмси Парментером и обретением своего духовного призвания.

– Не понимаю, что вы намереваетесь здесь узнать, – кислым тоном проговорил его помощник. – Какая для нас разница, где он жил пять лет назад и с кем водил знакомство?

– Сам не знаю, – огрызнулся суперинтендант, продолжая путь к железнодорожной станции. Их ожидала прямая поездка до станции Сент-Джонс-вуд, a потом короткая прогулка до Холл-роуд. – Но один из них троих – убийца, и Доминик тоже может им быть.