Ларец Лунной Девы - Наталья Солнцева

Как только Виринея ушла, Астра уселась за ноутбук. Интернет отказывался работать, она подключилась только с третьей попытки.

– Что тебе поведал Борисов? – спросил Матвей.

– Он раздобыл фотографию Элизы и переслал мне. Попробую открыть файл.

– Той самой девушки?

– Да. Побывал у ее родственников. Вдруг кто-нибудь из наших дам похож на нее?

– Версия мстительницы все еще в силе? Я думал…

– Я тоже думала! – отрезала она. – Но Алруна показала мне образ Эринии, греческой богини мщения. Пока ты спал, я сидела перед зеркалом и увидела…

– …свое собственное отражение! – захихикал Матвей.

– Как ты угадал?

– Это легко, дорогая. Ты долго всматривалась в зеркальную поверхность, которая отражала твое лицо, и тебе показалось…

Она подняла голову, оторвавшись от клавиатуры:

– Мне показалось, что в моих волосах шевелятся змеи, а мои глаза метают молнии.

– Ничего удивительного. Когда ты сообщишь Юдину, что его сын – убийца, это будет почище ночных вздохов и странных шагов.

– Хватит язвить, – добродушно улыбнулась она. – Я не склонна слепо верить госпоже Нагорной. Она возомнила себя единственной свидетельницей и решила заработать денег, а потом испугалась. Но это не доказывает вину Спиридона.

– Полагаешь, Виринея обозналась? Или сознательно вводит нас в заблуждение?

– Пока не могу сказать… Она твердит о Прозерпине. Приятель Ушакова тоже говорил про дольмен Ларец Прозерпины.

– По-моему, это разные вещи. Пророчество Теплищевой никак не связано с дольменами…

– Зато оно связано с убийством. Виринея не зря испугалась. Страх вынудил ее прийти к нам.

– Или заранее составленный план.

В комнате стояла жара. Астра возилась с компьютером – присланный Борисовым файл упорно не раскрывался.

– Включить кондиционер? – предложил Матвей.

Поскольку она не ответила, поглощенная работой, он сделал это сам. В прохладном воздухе и дышится, и думается легче.

– Виринея не лжет, – вдруг произнес он. – У младшего Юдина рыльце в пушку. Говорил нам, что ехал из Фороса в сумерках, торопился… Как же он умудрился заметить лежащую в перелеске у дороги женщину? Я о Елене. Что-то наш уважаемый хозяин от нас скрыл. Может, стоит съездить в ту частную клинику, расспросить врачей?

Астра отнеслась к его словам без энтузиазма.

– Нет времени… Я жду Акима Ивановича, негоже без него устраивать ловушку для убийцы. Вдруг это все-таки окажется Спиридон?

У Матвея пропал дар речи. Ловушку для убийцы! Такая самоуверенность чревата позорнейшим провалом.

– Нам не обязательно знать, кто убил Катю и ее брата, – пояснила Астра. – Он сам себя выдаст, когда мы объявим, что Андрей, отправляясь на ту последнюю в жизни встречу, все рассказал своему приятелю Игорю Назарову. И теперь тот обладает не только полной информацией, из-за которой погиб Ушаков, но и может дать следствию мотив для убийства. Заодно мы защитим Виринею. Узнав о Назарове, злоумышленник переключится на него как на основной источник опасности.

– Рискованно…

– Преступник обязательно клюнет. Вот увидишь!

– Нельзя использовать человека в качестве живца. Тем более без его согласия.

– Так поехали к нему. Думаю, я сумею его убедить.

Она быстро натянула сарафан, взяла шляпу и ноутбук. Матвею оставалось только последовать ее примеру.

– Зачем тебе компьютер?

– Поищем фирму, где нам помогут открыть файл. Наверное, какая-то программа не работает.

Они вышли в коридор. Матвей закрыл номер и прислушался: за двумя соседними дверями было тихо.

– Блондинка и Гаранин давно на пляже, – прошептала Астра.

Ее каблучки гулко стучали по ступенькам лестницы.

– Если Прозерпину упомянули второй раз, это подсказка, – пробормотала она, спускаясь в холл.

Во дворе сияло солнце. Пахло подсыхающей после полива травой и землей. В цветнике под кустами флоксов блаженно развалился рыжий кот. Макс стоял у раскрытых ворот, глядя на блестящий черными боками «Пассат» Матвея.

– Аким Иванович приехал? – спросила Астра.

– Ждем с минуты на минуту…

* * *

В коротких камуфляжных штанах и тенниске, стриженный под ноль, Игорь Назаров выглядел новобранцем: молодой, загорелый, крепкий, с белозубой улыбкой. Он сидел за столиком открытого кафе под навесом из вьющейся розы. Перед ним стояла бутылка пива.

– Ты взял фотографии? – спросила Астра. – Я хочу их приобрести.

– Сначала взгляните…

– Меня интересует Ларец Прозерпины.

– Дольмен? Андрей говорил, что не смог его заснять. Сделал несколько кадров, но ни один не получился как следует. То смазанный, то с каким-то пятном… В общем, не дается дольмен для съемки.

– Может, фотоаппарат был негодный?

Парень покачал круглой, как шар, головой.

– Андрюха на туристической амуниции не экономил. С деньгами у него всегда было туго, но фотоаппарат ему подарили на день рождения мать с сестрой, современный, цифровой. Не из самых крутых, правда, но другие-то кадры хорошие. Вот, пожалуйста…

Он разложил на столе веер цветных снимков – скалы, море с высоты птичьего полета, склоны гор, поросшие лесом, родничок между камней, белый храм с золотыми крестами…

– Да это же форосская церковь! – узнал Матвей.

– Точно…

– Ты говорил, Андрей случайно наткнулся на дольмен, когда шел по следам туристической группы. Что это была за группа?

– Без понятия…

Астру мучила жажда. Она подозвала официанта, заказала себе и Назарову белое вино, а Матвею – яблочный сок. Дул теплый южный ветер. Розы, которые вились по навесу, роняли на столик яркие лепестки. Одни лепесток упал в стакан с вином.

– А почему Ушаков не присоединился к туристам? – спросила она.