Московский вектор - Роберт Ладлэм

Баку, Азербайджан

Широкие проспекты и узкие аллеи Баку, крупнейшего города в Кавказском регионе, тянутся вдоль побережья Каспийского моря на несколько миль. Многоэтажные здания и суета современного бизнес-центра уживаются в Баку со старинными мечетями, дворцами и втиснутыми меж мощеных улочек базарами.

На холме, у стен Старого Города, серело невзрачное строение, в котором располагались президент и его окружение. По близлежащим улицам, охраняя правительство, шныряли вооруженные солдаты.

Из центрального лифта в президентском здании вышел, катя перед собой тележку с накрытыми салфеткой тарелками, человек из обслуживающего персонала. Шло экстренное заседание Совета обороны, на котором обсуждали сосредоточение российских войск в соседнем Дагестане. Время было позднее, поэтому генералы и министры попросили принести ужин прямо в зал.

Два человека в темных форменных одеждах, хмуря брови, шагнули навстречу официанту.

– Охрана, – заявил один, размахивая удостоверением. – Дальше нельзя. Тележку завезем мы.

Официант устало пожал плечами.

– Только не перепутайте тарелки. – Он отдал офицерам перечень блюд, заказанных каждым членом Совета обороны. Зевнул и зашагал прочь.

Когда дверцы лифта закрылись за ним, охранник быстро поднял салфетку и нашел тарелку с пити – густым супом из баранины, гороха и лука.

– Оно, – пробормотал он, глядя на товарища.

– Пахнет вкусно. – Второй охранник цинично улыбнулся.

– Еще как, – согласился первый. Быстро осмотревшись и убедившись, что за ними никто не наблюдает, он достал из кармана пузырек, вылил его содержимое в суп и вернул пузырек на место. Второй охранник медленно повез тележку по коридору. Очередной вариант ГИДРЫ приближался к жертве.

* * *

Белый дом

Президент Кастилья обвел внимательным взглядом мрачные лица подчиненных, собравшихся за столом в зале переговоров Белого дома. Всех тревожил назревавший конфликт с Россией, но никто понятия не имел, каким путем можно выйти из ужасающего дипломатического и военного кризиса.

Президент знал, что неизвестность измучила всех. Доказательств по сей день не было. Лишь обрывки сведений и ничего не подтверждавшие факты: от загадочной болезни умирало все больше людей здесь, в Соединенных Штатах, и в других государствах, слухи о военных приготовлениях России распространялись, и все настойчивее звучали заявления Кремля об «опасной нестабильности» в соседствующих с РФ странах. Сложить эти обрывки в завершенную картину, которая показала бы миру, что замыслил Дударев, без более весомых свидетельств не представлялось возможным. Убедительная причина бросить Дудареву вызов у Америки и Европы до сих пор отсутствовала.

Кастилья повернулся к Уильяму Уэкслеру, директору Национальной разведывательной службы.

– А нельзя ли изменить траекторию полета уцелевшего «Лакросса», чтобы тщательнее осмотреть приграничную российскую территорию?

– Боюсь, нет, господин президент, – с неохотой признался привлекательный бывший сенатор. – «Лакросс-5» был запущен позднее. В «Лакроссе-4» на то, чтобы изменить траекторию, элементарно не хватит топлива.

– Сколько понадобиться времени для создания нового спутника? – спросил Кастилья.

– Слишком много, сэр, – твердо ответила Эмили Пауэлл-Хилл, советник президента по вопросам национальной безопасности. – По словам ЦРУ, минимум шесть недель. Мое же мнение – не менее трех-пяти месяцев.

– Боже мой… – пробормотал президент. Да за это время российские войска успели бы достигнуть Сибири и благополучно вернуться обратно. Он взглянул на адмирала Стивенса Броуза, главу объединенного комитета начальников штабов. – А вы что думаете по поводу уничтожения спутника, адмирал? Что произошло? Действительно несчастный случай или россияне специально все устроили?

– Не знаю, сэр, – ответил плечистый офицер ВМФ. – Специалисты в Командовании военно-космическими силами успели сделать лишь предварительный анализ по снимкам со спутников. Известно одно: взрыв на «Космосе-8Б» был невероятно мощный.

– Настолько, что вывел из строя другой спутник, удаленный на сотни километров?

– Если честно, я в этом сомневаюсь, господин президент. И не совсем понимаю, как такое могло произойти. – Адмирал пожал плечами. – Но это всего лишь мои размышления. Сведений, при помощи которых мы могли бы что-либо доказать, у нас нет.

Кастилья хмуро кивнул. У Соединенных Штатов не было иного выхода: следовало без слов сбросить потерю дорогостоящего спутника-шпиона со счетов. Президент поджал губы.

– Как обстоит дело со спутниками фотослежения серии КН? – требовательно спросил он.

– Мешают облака, – ответила Эмили Пауэлл-Хилл. – Погодные условия на большей территории Украины и Кавказского региона оставляют желать лучшего. Даже при помощи термодатчиков увидеть сквозь тучи, что происходит на этих участках, практически невозможно.

«Даже над лучшими снимками, сделанными со спутника, должен поработать опытный специалист, – подумал Кастилья то, о чем вслух сказать никто не отважился. – Наши же ведущие специалисты больны либо уже умерли».

– В таком случае, может, сделаем ставку на воздушную разведку? – предложил Чарльз Оруэй, руководитель аппарата Белого дома. – Отправим к российским границам оснащенные РЛС самолеты?

– Теоретически это возможно, – подключился к беседе министр финансов США. – Дипломатически – нет. На Украине, в Грузии, Азербайджане и прочих бывших советских республиках гибнет множество политических и военных деятелей. Ослабленные страны не позволят нам использовать для разведки свое государственное воздушное пространство из боязни разгневать Кремль. На все просьбы, с которыми США к ним обращаются, они отвечают категорическим отказом.

Кастилья опять кивнул. Чудовищные события, о которых они с Фредом Клейном так много разговаривали в последние дни, неминуемо приближались. Если россияне имеют к странной болезни отношение – а Кастилья в этом уже почти не сомневался, – то с удивительной ловкостью распространяют ее, готовя для дальнейших действий благоприятную почву. Какую «великую» цель преследует Виктор Дударев? Планирует ослабить и вернуть себе лишь соседние страны? Или мечтает прибрать к рукам весь мир?

Бесшумно раскрылась дверь, в зал переговоров торопливо вошла и приблизилась к Уильяму Уэкслеру секретарь – молодая женщина с тревожным взглядом.