Крах - Арне Даль

– А почему ты подумал об этом именно сейчас?

– Время, – ответил Бергер. – Он обещал позвонить, как только проснется. И, как это ни странно, указал точное время. В час.

– В час?

– По Лос-Анджелесу. У нас будет десять. Десять вечера. То есть через минуту.

– Он же был практически без сознания, – возразила Блум. – Не думаешь же ты, что…

Ее прервал громкий сигнал на телефоне Бергера.

– Talk to me[12], Кейт, – произнес Сэм в трубку.

Блум не стала слушать разговор Бергера с биржевой акулой, а вместо этого принялась листать фотографии Уолтера Дальберга. Уже не в первый раз. Снимки были сделаны в разные периоды, и казалось, что на них представлены разные люди. На более поздних фотографиях, без сомнений, проявились омолаживающие эффекты. Мужчина, который сорок лет назад женился на Матильде, имел мало общего с мужчиной, стоящим между двумя экс-президентами Соединенных Штатов – удивительная разница. Мужчина с ослепительной улыбкой был искусственно созданным продуктом, ненатуральным человеком. Трудно было объяснить, что именно не так, но казалось, что это скорее робот, нежели человек. Киборг. А вот светящийся счастьем новоиспеченный муж выглядел совершенно естественно. И был похож на своих сыновей.

Не было никаких сомнений в том, что в качестве первого подопытного кролика в своих экспериментах Уолтер Дальберг использовал себя самого.

Только ли себя?

– Вот дьявол! – прервал Бергер ход ее мыслей. – Кейт не только проснулся, но и выполнил свое домашнее задание. ООО «Hyperion Biotechnia» было выставлено на продажу в самом начале года. Уолт подписал нечто вроде обещания продать фирму. Такие бумаги подписывают в случае, если покупателю необходимо пройти процедуру проверки. То есть Уолт не продал компанию, а лишь пообещал ее продать.

– Процедуру проверки?

– У властей что-то было на этого покупателя. Видимо, даже в такой серой зоне есть свои минимальные требования.

– Ага, – произнесла Блум. – Значит, что-то не так с покупателем?

– Что-то было не так, – поправил ее Бергер. – Проверка завершилась неделю назад. Покупатель одобрен. Теперь все ждут, чтобы Уолт подписал договор продажи.

– А кто покупатель?

– Этого Кейт не выяснил, похоже, это полностью закрытая информация. Зато он узнал, кто наследует за Уолтом: его сыновья.

– Не вдова?

– Если Кейт прав, то только сыновья. Вроде бы он сказал четверо, но я, должно быть, ослышался. Как только тело пожилого мужчины с множественными ножевыми ранениями будет опознано, сыновья должны будут подписать договор продажи.

Какое-то время Блум и Бергер переваривали информацию.

– А вчера, – нарушила молчание Блум, – Радослав Блок и его банда повылезали из углов, чтобы не дать Ди подобраться к убийце. Почему?

– Потому что он нужен им живым, – на одном дыхании произнес Бергер. – Может ведь так быть? Чтобы он подписал контракт на продажу фирмы.

– Звучит довольно надуманно, – вздохнула Блум. – Но если ты прав, то убийца, вне всяких сомнений, один из сыновей. А юридическое лицо, которое пришлось проверять, это обновленная версия «Ньорда», бывшей Витенькиной империи, с Радославом Блоком в главной роли. Грязные, кровавые деньги в огромных количествах. Видимо, им удалось подкупить или запугать нужное лицо в Делавэре.

– А еще Кейт смог разузнать, что за грандиозные планы у «Гипериона».

– Думаю, что-то жуткое, – содрогнулась Блум.

– Это связано с нанороботами, – сказал Бергер. – Крошечных роботов, размером чуть больше молекулы, можно будет запрограммировать – чтобы в лучшем из миров исцелять рак. Нанороботы вводятся в организм посредством инъекции, они способны идентифицировать и уничтожать раковые клетки. Это просто потрясающе – и влечет за собой большой куш.

– В таком случае, скоро панацея от рака окажется в руках у русской мафии.

– Но нанороботы от «Гипериона», говорят, в скором времени будут способны и не на такое. Не пройдет и десяти лет, и мы сможем подключить всю биологическую нервную систему человека к облаку.

– Это же означает…

– Да, – сказал Бергер. – Что мы подключим наш мозг к Интернету.

54

Пятница, 9 июня

Бергера буквально выдернули из глубокого сна. Заспанными глазами он таращился на Блум, пока спальный мешок соскальзывал с него, как змеиная кожа.

– Ты слышал, что я сказала? – прокричала Блум прямо ему в лицо.

– Не совсем, – признался он.

– Майк, Микаэль, младший брат, он есть в полицейской базе.

– Вот черт.

Следующие минуты прошли как в тумане. Но Бергер, во всяком случае, осознал, что времени уже гораздо больше, чем он думал – почти девять. Неудивительно, учитывая, что уснул он ближе к пяти утра. По дороге к стоящей на парковке машине он, видимо, как-то умудрился одеться, сам того не заметив – по крайней мере, теперь, когда они с Блум проезжали по Центральному мосту Стокгольма, он сидел в одежде, пытаясь впервые за утро сосредоточиться. Бергер заметил, что даже прихватил с собой пистолет.

– В полицейской базе, говоришь? – спросил он.

– Оказалось не так легко откопать, – ответила Блум. – Информация была хорошо запрятана, потому что он зарегистрирован как гражданин США. Пару лет назад, будучи Майком Дальбери, он задерживался за наркотики и побои. Каким-то удивительным образом он отделался штрафом.

– Иными словами, насилие ему не чуждо, – кивнул Бергер. – Что именно он сделал?

– Во время одного из эпизодов он угрожал наркодилеру топором, – сказала Блум, прибавляя скорости на въезде в туннель в районе Сёдер.

– Вот черт, – снова произнес Бергер. – Но мы ведь не в Уппсалу едем?

– Как и следовало ожидать, Уппсала оказалась фейком. Но я запеленговала мобильный номер, который мы проверяли на месте в Стэкете. Он сейчас находится на Даларё.

– Убийца у нас в руках? – спросил напрямую Бергер.

– Шанс довольно велик. К тому же это участок с выходом к морю. С нашей теорией насчет Больсты чисто географически не совпадает, но он столько хитрил с автомобильными номерами. Он мог приехать с юга, с Даларё, добраться до Больсты, поменять номера, повернуть обратно, попасть на камеру, а затем отправиться в дом своего детства в Стэкет, чтобы убить отца.

– Но тогда сыпется наша теория о том, что он допустил ошибку перед первым убийством, – сказал Бергер. – Перед убийством отца.

– Ну, это была лишь гипотеза, – ответила Блум, еще сильнее давя на газ. – В отсутствие лучших идей.

Помолчав, она продолжала:

– Возможно, мы сейчас едем туда. На место убийства.

– К убийце. К Майку Дальбери.

Шведские пейзажи радовали глаз всей своей летней красотой. Вдоль дороги поблескивало море, островки светились светлой зеленью первых листьев. Солнце окунуло лучи в зеркальную поверхность воды, как в волшебный котел.

А они ехали на