Грехи прошлого - Estrella Rose

— Ты пожалеешь, что так со мной обращаешься, слышишь, — громко бросает Терренс. — Пожалеешь! Однажды ты обязательно склонишь передо мной голову и будешь стоять на коленях. Просить прощения за то, как ты себя вела. За то, что надавала мне пощечин. За то, что СОРВАЛА ЭТУ ЧЕРТОВУ ФОТОСЕССИЮ!

Однако Ракель ничего не говорит и продолжает идти по коридору, вышагивая на своих стучащих по кафелю каблуками.

— Ты доиграешься, и я точно погублю твою модельную карьеру, — громко угрожает Терренс. — Сделаю все, чтобы лишить тебя возможности вновь вернуться к работе! Клянусь, Кэмерон, однажды ты никому не будешь нужна, кроме своей жалкой семейки! Ни-ко-му!

Терренс начинает намного чаще дышать от напряжения, что овладевает им, смотря вслед Ракель, которая в этот момент скрывается где-то за поворотом.

— Я уничтожу тебя, Ракель Кэмерон… — гораздо тише и спокойнее заявляет Терренс. — Клянусь, с этой минуты я не дам тебе спокойно жить. И сделаю все, чтобы ты принадлежала мне. И ТОЛЬКО МНЕ! Я не откажусь от своей цели добиться твоего внимания. И любой ценой найду тебя. Где бы ты ни была… Клянусь…

От злости Терренс крепко сжимает руки в кулаки, будучи не в силах смириться с фактическим поражением. Он не намерен так просто сдаваться в своем желании соблазнить Ракель и сделать ее своей. Ради этой цели мужчина готов на все и не сомневается, что рано или поздно он все-таки добьется своего и заставит эту непокорную красавицу стать такой же милой и покорной, как и все девушки, которые ведут себя подобным образом с самого начала.

***

Вечернее время. Погода на улице стоит довольно прохладная, а на дорогах образовались небольшие пробки. Ракель сейчас прогуливается по парку в компании своей подруги Наталии, которую сама пригласила куда-нибудь в город, и рассказывает ей, как прошел сегодняшний день. Хоть девушка и хотела самовольно сбежать с фотосессии, лишь не видеть ненавистного ею Терренса, однако после долгих уговоров Серены она все же согласилась остаться и, скрепя зубами, сделала все, что от нее требовалось.

— Я хотела сбежать с фотосессии после того, как мы с МакКлайфом разругались в пух и прах, — спокойно рассказывает Ракель. — И сказала об этом Серене. Однако она с трудом уговорила меня продолжить работу.

— И ты осталась? — интересуется Наталия.

— Осталась. Скрепя зубами, я кое-как закончила эту съемку. И потом быстро переоделась и буквально бегом ушла оттуда. Поговорила с водителем, который привез меня на место съемки, и сказала, что сама доберусь до дома. И в итоге поехала туда уже своим ходом.

— Ничего себе…

— Так что вот такие вот приключения, подруга.

— Но со второй попытки у вас с Терренсом получилось сделать хорошие снимки?

— Да, работа пошла куда лучше. Хотя этот человек продолжал до смерти бесить меня. И не упускал возможность облапать меня с ног до головы. — Ракель раздраженно рычит. — Так и хотелось врезать ему между ног. Чтобы он завыл, как голодный пес!

— Да уж, подружка… Ну и дела… — Наталия слабо качает головой. — Ну у вас там и страсти кипели! Покруче, чем в любом сериале.

— Да, я чуть не придушила этого придурка собственными руками, — хмуро говорит Ракель. — Мало того, что он везде ходил за мной, пытался всячески подкатить и закатывал мне бессмысленные сцены ревности, так еще и смел нагло лапать и целовать меня.

— Любая девчонка на твоем месте умерла бы от счастья, если ее лапал сам Терренс МакКлайф.

— Да пропади этот козел пропадом!

— Да ладно тебе!

— Клянусь, я больше никогда не соглашусь с ним работать. Ни за какие деньги!

— А я бы согласилась работать с этим красавчиком даже за бесплатно… — мечтательно вздыхает Наталия.

— Серьезно?

— Все отдала бы, лишь бы прикоснуться к нему. К его шикарному телу…

— Да ты знаешь, какой он невыносимый!

— Но какой красивый…

— Да мне плевать, насколько он красивый, сексуальный и неотразимый. Я не собираюсь закрывать глаза на его омерзительный характер. На то, что у него отсутствует какое-либо воспитание и хотя бы небольшое уважение к женщинам.

— Ну ты сама виновата. Поладила бы с этим парнем — он тоже был бы дружелюбен к тебе.

— Нет уж, я не хочу и не буду с ним дружить!

— Да ладно тебе, Ракель, чего ты так злишься, — недоумевает Наталия. — Ничего же такого не случилось!

— Не случилось? — громко удивляется Ракель. — Ты серьезно? Этот придурок чуть не сорвал фотосъемку и нагло приставал ко мне! Да еще и имел честь рассказать обо всех своих извращенных фантазиях.

— М-м-м… И какие же они?

— Омерзительные!

— Ну расскажи!

— Этот отморозок представлял меня голой, лежащей на кровати и связанной!

— Ух ты! — слегка округляет глаза Наталия.

— Ты представляешь! Представляешь, как себя вел этот наглец!

— М-м-м… Лежать обнаженной перед самим Терренсом МакКлайфом…

— Ты в своем уме? — сильно хмурится Ракель. — Неужели тебе это понравилось бы?

— Мне бы понравилось все, что сделал бы этот сексуальный горячий мужчина.

— Господи, Рочестер, да ты точно ненормальная! Раз тебе нравится ТАКОЕ!

— Господи, к тебе прикоснулось само совершенство! А ты еще нос воротишь! Да ты радоваться должна, что этот красавчик бегает за тобой.

— Больше не будет бегать.

— Представляю, как все косо смотрели на тебя, пока ты строила из себя Снежную Королеву.

— Мне плевать, как на меня смотрели. Плевать, что думали те девки, которых МакКлайф соблазнял прямо у меня на глазах.

— М-м-м, а ты, я так понимаю, заревновала?

— Что? — широко распахивает глаза Ракель. — С ума сошла что ли? Какая, черт возьми, ревность?

— Эй, а ты сама случайно не проверяла его реакцию с помощью флирта с другими мужчинами?

— Проверяла. Этот придурок постоянно выражал свое недовольство и чуть не прибил их всех. Особенно фотографа, который не жалел для меня комплиментов.

— М-м-м, смотри-ка, а этот красавчик приревновал, — загадочно улыбается Наталия.

— Я ему не подружка, чтобы ревновать меня к кому-либо. Он не имеет никакого права запрещать мне общаться с мужчинами и флиртовать с ними.

— Ну знаешь, дорогая моя, раз мужчина тебя ревнует, значит, это уже сигнал того, что ты ему неравнодушна.

— Ох, боже мой… — Ракель устало стонет. — Я сто раз пожалела, что вообще согласилась работать с этим человеком. Что не поговорила с Сереной. Надо было лишь отказаться от работы, либо требовать себе другого партнера. Но нет! Я, дура, нарвалась на неприятности!

— Но теперь уже поздно сожалеть, — отмечает Наталия. — Уже очень скоро фотографии с тобой и Терренсом появятся в журнале.

— К сожалению…

— А-а-а, я уже представляю, как обрадуются ваши поклонники, увидев вас