Обольстить Минотавра - Наталья Солнцева

Ева и Проскуров молча прогуливались по пустому скверу.

– Почему вы пригласили меня сюда? – не вытерпел он и первым нарушил это молчание.

– Хочу узнать вас. Почувствовать, что вы скрываете.

– Откровенно!

– Из нас двоих кто-то должен быть искренним, – улыбнулась Ева. – Вы не можете себе позволить такую роскошь. А я – вполне.

– Отчего вы невзлюбили меня? – спросил Проскуров. – Подозреваете в скрытности, хуже того – во лжи. Чем я заслужил вашу неприязнь?

Ева обошла лужу, любуясь плавающим в ней желтым листом.

– Золотая гондола, – мечтательно произнесла она. – Будь я художником, написала бы картину: «Венецианские мотивы московской осени». Вы умеете восхищаться пустяками жизни, Эдуард?

– Что? – рассеянно переспросил он.

Ева засмеялась.

– Почему вы не познакомили Нану со своими родственниками? Братом, теткой? – перешла она к более прозаическим вещам.

Проскуров пожал плечами.

– Нана очень скромна, застенчива, она похожа на улитку, которую приходится вытаскивать из ее раковины. Мне не хотелось ее травмировать. Со временем она привыкнет, и все образуется. Знакомство с родственниками – это всего лишь часть ритуала, каких-то общественных условий, правил. Нельзя ради соблюдения условий причинять боль и неудобства любимому существу.

Ева остановилась, внимательно посмотрела на своего спутника.

– О-о! Что я слышу! Какие речи… Почему я не могу вот так взять и легко вам поверить? А, Эдуард?

Он смешался.

– Вы довольно проницательны для женщины, – вздохнул Проскуров. – Если быть до конца честным, Нана не горела желанием представляться моей родне. Она и со своими знакомила меня неохотно. Такой уж у нее склад характера… замкнутый.

– Вас это не настораживало?

– Настораживало, – признался он. – А с другой стороны, нравилось. Женщина, которая обращает много внимания на окружающих и любит привлекать его к себе, – не мой идеал.

– Вы, значит, затворниц предпочитаете, монашенок! – съязвила Ева. – Этаких непорочных девственниц-недотрог. Чтобы только вы, единственный и неповторимый, могли к ним прикасаться.

– Не к ним, а к ней.

– Еще спрашиваете, почему я вас невзлюбила?! Сами-то вы тоже непорочный девственник?

– Я – мужчина.

– Вот! – взорвалась она. – Грех ищет в других святости, а находит…

– На что вы намекаете? – не дослушал Эдик.

– Вам не приходило в голову, что поведение Наны могло быть напускным? Не только вы играли роль добропорядочного жениха. Она познакомилась с вами, изучила вас и притворилась той невестой, которую вы хотели видеть рядом с собой.

Проскуров бросил на нее горящий взгляд, побледнел.

– Ради денег, что ли? – выговорил он, сжав зубы.

Ева использовала излюбленный прием Смирнова: ошеломить собеседника противоречивыми выкладками, выбить у него опору из-под ног, забросать дерзкими предположениями и сделать из свидетеля или потерпевшего – подозреваемого, а то и обвиняемого. «Расшатанный», потерявший уверенность в чем-либо человек невольно проговаривается, открывая свои самые потаенные мысли и намерения.

– Нана оказалась не той, за кого себя выдавала, – дожимала Ева. – Вы проморгали, не разглядели ее истинное лицо до свадьбы. Но после, оказавшись наедине с женой, проводя с ней медовый месяц, с утра до вечера, ночь, снова утро, начали осмысливать происходящее. Вы догадались или по крайней мере заподозрили…

Она сделала выразительную, долгую паузу… и Эдуард не выдержал.

– Да… я начал замечать, что Нана о чем-то часто и глубоко задумывается. А однажды от нее пахло хорошим, дорогим табаком. Хотя я никогда не видел ее с сигаретой. Более того, она утверждала, что не курит. Ну и… многое другое.

– Например, знакомство с Олегом Хованиным Нана от вас скрыла. – Ева пустила в ход основной козырь. – А вы узнали и начали следить за ней, застали жену и двоюродного брата в недвусмысленный момент. Что вы почувствовали? Решили убить их обоих?

– Нет! Уверяю вас… разве Олег и Нана…

Ева хорошо усвоила, что нельзя останавливаться на достигнутом, нельзя позволить собеседнику опомниться.

– Вы убили их обоих! И решили представить дело как похищение и несчастный случай. Вы даже обратились к частному сыщику, своему бывшему сослуживцу. А может быть, сразу к нескольким детективам? Пока один идет по ложному следу, другие подбрасывают ложные версии. Телефонные звонки с угрозами создают видимость шантажа и вымогательства. Некоторые агентства соглашаются оказывать клиентам подобные «услуги», это общеизвестная практика. Каждый зарабатывает, как умеет. Отличный вариант, не правда ли? Вот вам еще: Олег и Нана сговорились обобрать вас. И действовали весьма успешно. Но вы не лыком шиты! Заподозрив измену жены и брата, вы мстите. Олег уже заплатил по счету, теперь настала очередь Наны. Одно неудобство – вы не можете ее найти, она слишком хорошо спряталась. Поэтому вы привлекли к ее поискам Смирнова! И когда он сделает свое дело, вы доберетесь до неверной жены. А как вы поступите со Славкой? Как заставите его молчать? Предложите ему деньги? Много! Столько, что он не откажется, возьмет по дружбе. Тем более что он жизнью вам обязан.

– Прекратите! – взорвался Проскуров. – Ради бога, Ева, что вы несете? Замолчите, умоляю вас!

«Если у тебя нет четкого плана, говори все подряд, – вспомнила она наставления сыщика. – Все, что приходит в голову в связи с расследованием. Ты можешь случайно нажать на нужную кнопку, попасть в цель. Преступник сам попадется на крючок, ведь он знает то, о чем ты не имеешь понятия. Он сам проведет параллели и выдаст себя».

– Я еще не все сказала. Подземелья! Вот главная тайна! – выпалила Ева, победоносно глядя на Эдуарда.

Тот молчал, пораженный.

– По… подземелья? – наконец выдавил он. – Этого еще не хватало!

– Вы были там, не отпирайтесь! – наступала Ева. – Глупо скрывать то, что уже известно! Возможно, вовсе не ревность послужила мотивом для убийства Наны и Олега!

– А что? – завороженно следя за ее жестами, спросил Проскуров.

– Алчность! Ужаснейший из человеческих пороков.

– Но позвольте… вы что, нашли… тело? Где? В подземелье? Боже мой, я ничего не понимаю! – в отчаянии воскликнул он.

– Не разыгрывайте тут наивного простачка. Не понимаете! Чего, прошу уточнить? Как мы догадались про подземелья?

– У меня голова идет кругом. Подземелья… это все