Каролин и Каро - Мэри Шелдон

Зоэ так завопила, что Каролин пришлось отодвинуть трубку от уха.

Александру исполнилось три недели, когда Каролин принесла показать его Бартону и Мэг. Она волновалась, но Мэг вела себя приветливо. Она сидела на диване и протянула руки, желая принять в них малыша. Минутку Каролин колебалась. Ей вдруг представилось, как Мэг схватит младенца, выскочит на балкон и сбросит его с восемнадцатого этажа. “Ты убила моего сына, — объяснит она свой поступок. — А я убила твоего”.

Риск был велик, но Мэг выглядела такой умиротворенной…

Она внимательно изучила личико малыша.

— Вылитый Бартон, — сказала она и этим ограничилась, отдавая драгоценный сверток в дрожащие руки Каролин.

Зоэ приехала, когда Александру было уже два месяца.

Каролин встретила ее в аэропорту. Малыш тихонько посапывал в своем рюкзачке.

Зоэ изменилась, стала маленькой и хрупкой, это было неожиданно для Каролин.

— Вот вы где! — закричала Зоэ, прорываясь сквозь толпу пассажиров. Все сразу встало на свои места. Это уже была прежняя Зоэ. — Вот для чего я сюда летела! Посмотрите на эту образцовую мамочку и на моего внучка!

Раздались слова одобрения и приветствия.

Александр проснулся и заплакал.

— Какой милый у него голосок! — Зоэ чмокнула внука в щечку. — Не сердись на меня, детка, но я всем в самолете рассказала, что у меня родился внук.

Она пристально посмотрела на Александра, представляясь ему, как будто малыш мог ее понять.

— Я твоя бабушка, молодой человек. И я собираюсь оказывать на тебя дурное влияние. То есть портить тебя, потакать всем твоим капризам и исполнять все твои желания. Захочешь луну с неба — получишь, серебряные коньки — пожалуйста.

Она с торжеством оглядела своих попутчиков.

— Я же вам говорила, что внук похож на меня — просто моя копия. И что же? Разве я ошибалась?

Зоэ забронировала себе свой обычный номер в “Уолдорф-Астория”. Каролин была разочарована.

— Я надеялась, что ты остановишься у меня.

— И где я буду спать, дорогая? В ванной? Нет уж, спасибо. Лучше уж вы с Александром переселяйтесь ко мне в “Асторию”.

Соблазн пожить хоть немного в роскошном отеле был велик, но Каролин отказалась. Она боялась, что Александр сразу затоскует по своей солнечной комнатке с желтыми стенами и голубым потолком с легкими облаками.

Каролин получила от Трины четырехмесячный отпуск и могла все время посвятить Зоэ. Большей частью она тратилась на покупки для малыша. Оказалось, что все известные фирмы не обходят вниманием младенцев. В “Саксе” они приобрели пеленки и костюмчики от Диора, у “Бергдорфа” крохотные кожаные итальянские ботиночки. В “Блумингсдейле” Зоэ купила Александру смокинг.

— Но ведь он восьмого размера! — запротестовала Каролин.

— Не успеешь оглянуться, как у него будет восьмой размер. Тогда вспомнишь и поблагодаришь свою мать. — Зоэ при этом как-то загадочно улыбнулась.

Накануне отъезда Зоэ устроила у себя ланч для Каролин с Александром и шестерых своих давних друзей.

— У меня насчет этого мальчишки большие планы, — объявила она за столом. — Когда ему исполнится три, я возьму его с собой на Гавайи, а в пять лет он полетит со мной в Европу.

— А что по поводу его карьеры? Тут тоже все рассчитано? — спросила, рассмеявшись, ее старая подружка. — Договоры на его участие в рекламе уже составлены?

Зоэ подняла голову и уставилась в пустое пространство, будто увидела там что-то.

— Думаю, мне скоро придется уйти из бизнеса, — произнесла она спокойно.

Холодок пробежал по спине Каролин, и это было сродни тому чувству, что охватило ее при встрече с матерью в аэропорту.

Однако Зоэ с широкой улыбкой подняла бокал с шампанским и этим смела ощущение тревоги, как облачко с ясного неба.

— За моего внука! — произнесла она громко. В тот же вечер Зоэ, Каролин и Александр отправились к Бартону.

— Ты считаешь, что это необходимо? — ворчала Зоэ, неохотно собираясь.

Каролин была непреклонна:

— Да. Я хочу увидеть свою семью в полном составе. Мы не собирались вместе со дня моей свадьбы.

— Этот громадный дом меня ужасает, — шепнула Зоэ на ухо дочери, когда лифт поднял их наверх. — Все здесь так старомодно, что выглядит обветшавшим.

Бартон сам открыл им дверь.

— Бартон! — воскликнула Зоэ и звучно поцеловала его в щеку. Затем она решительно шагнула к Мэг и заключила слегка оробевшую женщину в объятия. — И как вам наш несравненный внучок?

Александр подал голос из заплечного рюкзачка Каролин. Зоэ тут же взяла его на руки, а Каролин достала из сумочки маленькую камеру.

— Хочу снять нас всех вместе.

— Кому доверят держать малыша? — спросил Бартон.

Зоэ одарила его лучистым взглядом.

— Мэг, конечно. — И она без колебаний вручила младенца оторопевшей Мэг.

— Ты была на высоте, — призналась Каролин матери в такси на обратном пути в отель.

— Я знаю, — спокойно отреагировала Зоэ. — А теперь не жадничай и дай мне еще подержать в руках нашего маленького Александра.

Мир, в котором жила Каролин, и так был тесен, а тут он уменьшился до крохотных размеров и сосредоточился вокруг ее сына. Строго соблюдался ежедневный ритуал. Уборка его кристально белой колыбели. Кормление. Переодевание. Расчесывание мягких светлых волосиков. Фотографирование. Демонстрация его соседям, совмещенная с прогулкой. Чтение сынишке вслух. Повторение слова: “Мама…, мама…” — в ожидании, когда Александр наконец повторит его.

Она со страхом ожидала дня, когда этот устоявшийся распорядок ее жизни придется сломать, и вот этот день наступил.

Александру исполнилось четыре месяца, когда ей позвонила Трина.

— Ты готова приступить к работе? — Каролин была абсолютно не готова, но все же сказала “да”. Она наняла Джин, дружелюбную, улыбчивую девчонку с Ямайки, присматривать за Александром в ее отсутствие.

Она тщательно инструктировала Джин — что, когда и как надо делать. Говорила и говорила, чувствуя, что никак не может остановиться, что наставление получается слишком длинным, подробным и потому сложным, ей казалось, что юная нянька не справится со всем.

В конце концов она усилием воли оборвала себя на полуслове и передала Александра ей в руки, а выйдя на улицу, еще долго ощущала на своей одежде тепло его тельца.

В первый раз за четыре месяца Каролин куда-то отправлялась без сынишки. Она ощущала странную пустоту без привычного рюкзачка. Рабочий день длился бесконечно.

Каролин честно старалась сосредоточиться, но постоянно отвлекалась, вглядываясь в фото Александра, которое выставила перед собой.