Свиток дракона - И. Дж. Паркер

На углу Акитада спешился и привязал лошадь к голой иве. Дрожа на холодном ветру, он прислушивался и ждал, когда к нему присоединится Тора.

— Вы кого-нибудь видели? — шепотом спросил тот.

Акитада покачал головой.

— Тсс!.. Тихо!

Ветер гнал опавшую листву, шумел в кронах деревьев. Где-то вдалеке ухала сова.

— По-моему, я слышал голоса, — сказал Акитада. — Пошли. Попробуем пробраться внутрь. Главные ворота наверняка заколочены. Только тихо!

Тора еще крепче вцепился в свою палку.

— Только бы мне поскорее добраться до этих подонков!

Они пересекли улицу и двинулись вдоль стены, надеясь отыскать пробоину в каменной кладке. Из-за стены донесся странный шипящий звук, заставивший их замереть. Потом все стихло, и они уже собирались двинуться дальше, когда вдруг услышали приглушенные ругательства и треск ломающихся кустов. Вдалеке прозвучал командный мужской голос, и шорох в кустах стих.

— Они там! — шепнул Тора.

Акитада кивнул.

— По-моему, только ищут. Возможно, мы вовремя.

Они продолжали обследовать стену, но та, как назло, была в отличном состоянии — даже ногу не на что поставить, чтобы вскарабкаться; к тому же Акитада не имел ни малейшего желания еще раз подставлять Торе свои плечи. Сейчас он не выдержал бы и ребенка, не то что крепкого молодого парня.

— Давай-ка попробуем через главный вход, — предложил он.

В этот момент безмятежную тишину прорезал пронзительный женский крик.

— Они добрались до девушек! — крикнул Тора, беспомощно поглядывая на стену.

— Это кричала Аяко! — Акитада уже сломя голову несся к сторожке.

Ее воротца были распахнуты настежь. Они вбежали во двор — пустынный, тихий и зловещий. Справа высилась пагода, крыльями раскинув широкие карнизы; слева приютилась какая-то гробница, а прямо перед ними возвышался главный храм, который они видели с дороги. Его раскрытые двери, черневшие пустотой, напоминали разверстую пасть смерти.

— Крик был на заднем дворе! — на бегу бросил Акитада. — Давай через храм. Так быстрее.

Они взбежали по ступенькам — печати сломаны, дверь нараспашку. С улицы проникал слабый свет. У входа, справа, стояла будочка церковного служки, принимавшего подношения у паломников и продававшего благовония и свечи. Впереди чернел молельный зал. Они остановились и прислушались — никаких звуков.

— Пошли! Они, видимо, на заднем дворе, — сказал Акитада.

— Да разве мы что увидим без фонаря? — возразил Тора. — Я поищу вон в той будке.

— Не надо. И времени нет, и свет нас выдаст.

Они осторожно ступали по темному залу, выставив вперед руки. Вдруг что-то с грохотом упало.

— Что это? — спросил Акитада.

— Ногой зацепился за что-то и уронил пачку.

Было слышно, как Тора шарит руками по полу.

— Да черт с ней!

Тора бросил поиски и догнал Акитаду. Когда тот уже коснулся руками задней стены. Тора вдруг выругался, послышался гулкий удар, после чего воцарилась тишина.

— Ну а теперь-то что?!

Ответа не последовало, только приближающийся шорох. Акитада безрассудно двинулся на этот звук. Вдруг кто-то вцепился в его колени мертвой хваткой, резко дернул, и Акитада упал плашмя, в последний миг пригнув голову, чтобы не удариться об пол затылком.

Нападавший навалился на него всем телом, хватая за руки и пытаясь добраться до горла. Это был стандартный борцовский прием. И хотя Акитада вряд ли мог выдержать схватку с матерым головорезом, борцовские навыки пришли на выручку. Он защищался инстинктивно, но противник, хоть и худой, боролся отчаянно и двигался проворнее. Они беззвучно катались по дощатому полу.

К счастью, сопернику тоже мешала темнота. Благодаря этому Акитада успевал уворачиваться и в конце концов умудрился нанести увесистый удар ногой. Противник с глухим звуком врезался в столб и затих. Стоя на коленях, Акитада позвал Тору. Ответа не последовало. Он проверил, на месте ли поверженный враг, и пошарил вокруг руками в поисках Горы. Наконец он нашел его и принялся трясти. Тот застонал, сел и, не разобравшись, со всей силы лягнул Акитаду, так что тот отлетел и ударился в стену.

— Фух!.. Да это ж я!

— Что-о?! — прохрипел в ответ Тора. — Ох, ну простите! Кто-то схватил меня за ногу! — пришел он в ярость. — Где эти ублюдки? Я оторву им башку и размажу по стенам!

Несмотря на опасность, Акитаду пробрал смех.

— Да успокойся ты, — сказал он, потирая больное плечо. — Тут и был-то всего один. Он и со мной пытался проделать такую же штуку, но мне повезло, и я его отключил. Значит, снаружи осталось всего четверо. Только этого надо связать и заткнуть ему рот. Дай-ка мне свой пояс.

Но, пошарив в темноте там, где лежал поверженный враг, они обнаружили, что тот исчез. Поискав вокруг еще немного, Акитада сжал Торе плечо. Они прислушались. Тихий шорох удалялся в направлении главного входа. Напрягая зрение, Акитада разглядел на фоне дверного проема движущуюся тень и бросился на нее сзади. Обхватив противника обеими руками, он повалил его наземь.

Но раздавшийся крик боли принадлежал женщине, да и руки Акитады, державшие хрупкое тело, тоже чувствовали это. Он скатился в сторону и тут же понял: Аяко!

Он уже хотел окликнуть ее по имени, радуясь, что нашел живой и здоровой, уже протянул руки, чтобы обнять, как вдруг какой-то тяжелый предмет обрушился ему на голову. Темнота вспыхнула ярким светом, и все померкло.

Тора, услышав крик Аяко и падение Акитады, бросился на помощь и вступил в схватку с кем-то очень большим и сильным. Ругаясь последними словами, он уже занес кулак, чтобы пригвоздить к земле нового врага, как вдруг услышал голос Хидэсато:

— Тора! Это ты?

— Хидэсато! — опешил тот. — Что ты здесь делаешь?

— Я пошел за вами следом. И правильно сделал. Я подумал, что какой-то ублюдок, схватил Аяко. Аяко! Где ты? Вот чертова темень! Разве можно тут что-нибудь, разглядеть?

Тора чиркнул кремнем. В коротенькой вспышке света он увидел Хидэсато с длинной бамбуковой палкой в руке и Аяко, склонившуюся над распростертым телом Акитады.

Дурак! — прошипела Аяко. — Ты же ударил Акитаду! Может, даже убил!

Тора ощупью пробрался к выходу и вскоре вернулся с мерцающим фонарем.

— Ну как он там? Плохо?

— Дышит. — Аяко подняла с пола окровавленную руку Акитады.

— А где Отоми? — спросил Тора.

— Я ее спрятала. Смотри, сколько крови!

Тора опустился на колени и принялся рвать на полоски рубашку.

— Не надо было ему сюда идти, — вздохнул он, глядя на бледное лицо Акитады.