Игры скорпионов - Марта Таро

Долли молча кивнула и, просунув руку под его локоть, прижалась к плечу, как будто искала защиты.

— Может, тебя что-то испугало?

По метнувшимся глазам жены Чарльз понял, что попал в точку.

— Скажи мне, — уговаривал он. — Теперь я — твой защитник, но что я могу сделать, если не знаю, чего ты боишься?

— Ничего, — помолчав, ответила Долли. Она вскинула голову и улыбнулась, но улыбка выглядела фальшивой.

Долли явно старалась скрыть свои чувства, и, щадя её гордость, герцог отступил. Изобразив комический ужас, он воскликнул:

— Вы отказываете мне в праве стать вашим защитником?

— Я не отказываю, но я сама отлично фехтую и стреляю не хуже, — усмехнувшись, парировала Долли. — Вы уже на мне женились, так что не сбежите, а то мой крёстный в России всегда говорил, что от меня все женихи разбегутся, когда узнают, как я владею оружием.

— Вы окажете мне честь, сразившись со мной?

— Пожалуйста, хоть сегодня.

— Нет, дорогая, сегодня нас никто не поймёт, особенно принц-регент, давай найдём более подходящий момент, — отозвался Чарльз и, увидев, что его молодая жена отвлеклась и повеселела, обрадовался. Решив и дальше развлекать Долли, он спросил:

— А что тебе подарили родные, кроме коня-чемпиона?

— Тетушка Апраксина — рубиновые серьги, раньше принадлежавшие императрице Екатерине, Луиза де Гримон — это платье, а Лиза и Даша — по щенку русской борзой. Теперь у меня есть самец и самочка.

— Так кого же ты собираешься разводить? Мне казалось, что разговор шёл о лошадях.

— И о русских борзых тоже — вы даже не представляете, какая это замечательная порода, вот вы увидите их на охоте и влюбитесь на всю жизнь.

— Я уже влюблен…

— Правда? — Долли поняла, что ступает на зыбкую почву, но остановиться не смогла.

— Причём совершенно безответно…

— Но как же так?

— Сам не знаю, как это случилось, — ответил Чарльз.

Еще б пару минут, и он бы во всём признался, но карета остановилась перед домом Гленоргов.

В парадной гостиной новобрачных встретили леди Ванесса и Джон, туда же скоро пришли родные Долли, графиня Ливен и шаферы герцога. Слуги разносили шампанское, а в столовой сервировали завтрак «для своих». Звучали шутливые тосты и добрые пожелания, а новобрачные целовались под русские крики: «Горько!»

Герцог был счастлив. Он видел сияющее лицо своей жены, её искрящиеся весельем глаза, чувствовал её горячий ответ на свои поцелуи и почти поверил, что он и Долли — настоящая пара.

— Пора готовиться к балу, я провожу тебя в твою новую спальню, — шепнул Чарльз на ухо жене. Почувствовав, как задрожала в его ладони её рука, герцог тихо сжал тонкие пальцы. Долли глянула в глаза мужа, а он в ответ на незаданный вопрос лишь кивнул.

— Хорошо, — согласилась она.

— Господа, мы с герцогиней ждём вас на балу, — объявил Чарльз, обнял жену за талию и повёл к лестнице, ведущей на второй этаж.

Белые мраморные ступени, оправленные в позолоченную бронзу решёток, расходились двумя маршами, соединяясь на площадке второго этажа.

— Налево или направо? — спросил Чарльз.

— Направо, — выбрала Долли и увидела сияющую улыбку мужа, ведь тот загадал: если она выберет правый марш, то они будут счастливы.

Герцог подхватил жену на руки, легко взлетел по ступеням на второй этаж и остановился у первой же двери.

— Добро пожаловать, милая, — сказал он.

Комната оказалась большой и нарядной, с мебелью розового дерева.

— Это — спальня хозяйки дома, — пояснил Чарльз, — я обновил здесь всё на свой вкус, но, если тебе что-то не нравится, только скажи — мы сразу всё заменим.

— Мне нравится…

Долли коснулась рукой кремового шёлка стен, погладила стёганое покрывало с пышно цветущими чайными розами.

— Очень красиво!

Из гардеробной выглянула Зоя.

— Платье готово, барышня, — сообщила она.

— Не буду тебе мешать — зайду через полтора часа, — пообещал Чарльз и вышел через узкую дверь в противоположной стене.

Вот как? А спальни-то смежные! Конечно, это — дело обычное, но как же они с Чарльзом будут жить, разделённые лишь тонкой перегородкой?

Зоя захлопотала, откалывая фату:

— Давайте скорей, барышня! Времени мало, ещё с волосами возиться.

Впрочем, горничная беспокоилась зря — высокая прическа из кос и локонов получилась с первого раза, а когда в неё вплели белые цветы гардении, стала просто неотразимой. Кремовое атласное платье оттенило темные волосы и яркие глаза Долли. Довольная результатом своих трудов, Зоя расцвела:

— Ох, барышня, вы — чистый ангел!

Легкий стук в дверь предупредил о приходе Чарльза. Он только глянул на жену и шутливо прикрыл рукой глаза.

— Боюсь, что от твоей сияющей красоты я уже через неделю ослепну!

— Спасибо, — просто ответила Долли. Восхищение мужа оказалось таким приятным.

Гости уже начали прибывать. Представления, поздравления и приветствия захватили всё внимание Долли. Впрочем, оказалось, что ей не о чём беспокоиться: герцог с помощью своего дворецкого сумел всё устроить так, что закуски и вино появлялись вовремя, бальный зал был заполнен танцорами, а ужин прошел весело — и, когда пришло время покинуть гостей, Долли показалось, что всё нынче вечером свершилось по мановению волшебной палочки.

— Прощаемся с его королевским высочеством и уходим, — шепнул Чарльз на ухо жене.

Молодожёны подошли к принцу-регенту, тот пожал герцогу руку и сообщил:

— Всё получилось просто великолепно, Гленорг, и раз теперь у вас есть молодая русская хозяйка, я думаю, что вы сможете дать для наших союзников большой приём, а ещё лучше — бал-маскарад. Через две недели, перед отъездом императора Александра. Что скажете?

— Конечно, ваше королевское высочество, — не моргнув глазом согласился герцог и попросил разрешения удалиться вместе с молодой супругой.

Чарльз обнял жену и повёл в спальню. Даже требование принца не испортило ему настроения, он был так счастлив и, когда Долли лукаво подмигнула, нежно ей улыбнулся.

— Ну что, подводим итоги нашего пари? — напомнила жена, и герцогу показалось, что в его сердце провернули нож.