Кто в доме хозяйка? - Ирина Хрусталева

На следующий день Олеся с Валентином сидели в беседке, наслаждаясь чистым воздухом, ароматом цветов и приветливым солнцем.

– Что-то слишком спокойно сегодня, ты не находишь, ма шер? – спросил Валя. – Я уже так привык ко всяким нервным встряскам, что ощущаю – чего-то не хватает. Ночь почему-то спокойно прошла, я отлично выспался. Утро было замечательное, тоже никаких волнений. Скоро обед, а до сих пор ничего не произошло.

– Это ты к чему? – засмеялась Олеся.

– Скучно, – вздохнул Валя. – Мне срочно нужна «доза».

– Успокойся, будет тебе «доза». Мне кажется, что это всего лишь затишье перед бурей.

– Откуда ты знаешь? – встрепенулся молодой человек.

– Я не знаю, – пожала Олеся плечами. – Говорят, что так всегда бывает.

– А куда Серж подевался?

– Пошел какую-то траву рвать, – ответила девушка. – Вон он идет, легок на помине.

– Забыл спросить: как вчера прошли ваши «мирные» переговоры в столовой? – хохотнул Валентин. – Я надеюсь, вы порвали друг на друге одежду в клочья?

– Замолчи, трещотка! – засмеялась Олеся. – Наш доблестный рыцарь решил трусливо отступить и покинуть поле битвы.

– Короче, поступил благоразумно, решив не связываться с такой ненормальной и взбалмошной особой, как ты, – захихикал Валя. – Правильно сделал.

– Тшш, он уже рядом, – одернула друга Олеся, одновременно показав ему кулак. – Я тебе это еще припомню, так и знай.

– О, посмотрите-ка, к нам снова Екатерина Ильинична рысью чешет, – сообщил Сергей, подходя к беседке. – Вот чистотел и зверобой, посмотри на них внимательно и запомни, как они выглядят, – подал он девушке два пучка травы. – Там у забора еще одна многолетняя трава растет, называется трилистник, но я не стал ее рвать, она еще не набрала нужной силы. Сама потом сходишь и посмотришь.

– Добрый день, Екатерина Ильинична, – приветливо улыбнулась Олеся. – Что же вы вчера вечером к нам на чай не пришли, вроде обещали?

– Некогда было, вот и не пришла, – махнула рукой та. – А вы чего здесь сидите-то? Там Юрий Иванович, шериф наш, к вам пришел, я сама видела, как он в дом вошел.

– Зачем? – удивилась Олеся.

– Чего не знаю, того не знаю, – пожала плечами женщина. – Это вы уж сами у него поинтересуйтесь. Я чего пришла-то? Сережа, ты приди ко мне сегодня, посмотри лапу у Цезаря, что-то захромал мой пес.

– И вы ради этого сюда шли? Позвонили бы, я сам бы и пришел.

– Я человек пожилой, мне двигаться полезно, чтобы кости поменьше скрипели, – отмахнулась Екатерина Ильинична. – Я еще там Олесе документы на машину принесла и ключи от нее и от гаража. В терраске на стол все положила. Собираюсь к дочке в Москву съездить, вдруг захотите машину забрать, а меня не будет.

– Ой, а машину-то мы так еще и не видели, – возбужденно подпрыгнул Валентин. – Лесь, можно я прямо сейчас сбегаю посмотрю?

– Потом сбегаешь, – строго ответила та. – Ты разве не слышал, что к нам серьезные гости пожаловали?

– А, ну да, я забыл, – сразу же сник Валя. – А может, вы без меня обойдетесь? Я-то зачем ему нужен?

– Валя, прекрати паясничать, – сморщилась Олеся. – Я тоже не знаю, зачем ему понадобилась, однако никуда убегать не собираюсь.

– Да скорей всего Юрий Иванович познакомиться с вами пришел, – подсказала Екатерина Ильинична. – Вы здесь люди новые, а он как-никак шериф здешний, участковый, я имею в виду. Ему положено знать все, что в поселке происходит, и кто сюда приезжает. Когда на лето здесь дачники жилье снимают, так он обязательно ко всем приходит и знакомится. А как же? Порядок есть порядок, а наш Юрий Иванович его очень уважает. Ну, я побежала домой, собираться, а вы, как освободитесь, так и придете. Ой, чуть не забыла сказать тебе, Сережа. Ты как Цезарю лапу посмотришь, к себе его забери или сюда приведи, чтобы ему одному не оставаться.

– Хорошо, заберу.

– Ну, вот и ладно, пойду тогда собираться, чтобы на трехчасовой автобус успеть. Внук у меня приболел, младшенький, вот дочка и позвонила, попросила меня приехать, – объяснила она и такой же рысью, какой бежала сюда, понеслась в обратном направлении.

– Сереж, как ты думаешь, зачем к нам этот ваш шериф пожаловал? – с беспокойством спросила Олеся.

– Мне и думать не надо, я почти уверен в причине его визита, – недовольно проворчал тот. – Значит, все-таки сообщили, черт бы их побрал, – раздраженно сплюнул молодой человек. – Ведь просил же их, как людей, чтобы молчали, даже заплатил за это, а они... Вот и верь после этого людям.

– Ты о чем это? – нахмурилась девушка.

– Да врача этого вчерашнего, со «Скорой помощи», я просил, чтобы он не сообщал ничего в милицию о травме Виктора, а он, видишь, обманул, позвонил все-таки шерифу. А может, Илья Дмитриевич сообщил? В общем-то, это и неудивительно совсем, они же не законченные дураки, чтобы поверить моим сказкам?!

– Каким сказкам?

– Ты что, забыла, что я наговорил? О том, что травму Виктор получил посредством падения с лестницы. Если ты нормальный, опытный врач, то сразу же увидишь, что именно такую травму подобным образом получить невозможно. Мне кажется, что и дураку было понятно, что я нагло вру и что Виктора ударили по голове тяжелым предметом. Поэтому кто-то из них и позвонил нашему шерифу. Небось подумали, что это мы... Ай, да какая теперь разница, кто что подумал? Олеся, похоже, что нам придется все рассказать Юрию Ивановичу.

– Все-все?

– Ну, про нападение на Виктора – это стопудово, про выстрел, мне кажется, тоже стоит рассказать.