Серая гора - Джон Гришэм

— Не готовь никакого нового завещания. Дай им время убраться из города, а потом позвони Фрэнсин и скажи, что мы больше не хотим принимать в этом участия. Они приставили ствол к ее голове. От всего этого дела скверно пахнет. Если она хочет составить новое завещание, пусть платит. Может, и наскребут все вместе двести баксов. Мы и без того потратили на нее уйму времени.

— Согласна. Так мы едем в суд?

— Да. Мне вчера вечером позвонили. Фиби и Рэнди Фэннинг угодили в тюрьму, их задержали в субботу с целой уймой мета. Им светит несколько лет за решеткой.

— Вот это да! Ничего себе понедельник выдался. А где их ребятишки?

— Пока не знаю. Выясним. Всего задержанных оказалось семеро, хотя в полиции утверждали, что последуют и новые аресты. Фиби сидела рядом с Рэнди в первом ряду. По другую руку от него находился Тони — всего четыре месяца назад он вышел из тюрьмы и вот теперь мог угодить обратно лет на десять. Рядом с Тони сидел один из хулиганов, угрожавших Саманте несколько недель тому назад на выходе из зала суда. Остальные трое являли собой омерзительное зрелище — длинные грязные волосы, татуировки на шеях, небритые физиономии, красные, с опухшими веками глаза «торчков», сидящих на наркоте долгое время. Они по очереди вставали, подходили к судье, заявляли, что ни в чем не виноваты, и возвращались на свое место. Аннет убедила Ричарда, обвинителя, разрешить ей переговорить с Фиби хотя бы пару минут. Женщины отошли в уголок, поблизости маячил пристав. Фиби сильно похудела за то время, что они не виделись, на лице ее отчетливо виднелись следы разрушительного действия наркотиков. При виде Аннет глаза ее сразу увлажнились, и она пробормотала:

— Мне так жаль. Вы уж простите. Сама до сих пор не могу поверить. Аннет не выказала ей ни малейшего сострадания.

— Не надо извинений. Я вам не мать. Я здесь только потому, что беспокоюсь о ваших детях. Где они? — Все это она произнесла сердитым напористым шепотом.

— У подруги. Сможете вытащить меня из тюрьмы?

— Мы уголовными делами не занимаемся, Фиби. Только гражданскими. Через несколько минут суд назначит вам адвоката. Слезы на глазах Фиби моментально высохли.

— А что будет с моими ребятишками? — спросила она.

— Ну, если обвинения будут подтверждены доказательствами, то вам с Рэнди придется провести в тюрьме несколько лет, в разных корпусах, разумеется. У вас есть родственники, которые могли бы взять к себе детей?

— Да вроде бы нет. Точно, нет. Семья от меня отвернулась. А в его семье все сидят, осталась только мать, но она сумасшедшая. Мне никак нельзя в тюрьму, понимаете? Я должна позаботиться о ребятишках. — На глазах ее снова выступили слезы, поползли по щекам. Она даже согнулась пополам, точно получила удар в живот, ее начала сотрясать дрожь. — Они не могут отобрать у меня детей, не имеют права, — громко сказала она, и судья обернулся к ним. Саманта не могла удержаться от мысли: а о чем ты думала, когда пошла торговать наркотой? Разве о детях? Она протянула Фиби бумажный платок, похлопала по плечу.

— Ладно, посмотрим, что тут можно сделать, — сказала Аннет. Фиби вернулась на скамью подсудимых, в компанию своих соучастников в оранжевых комбинезонах. Саманта с Аннет уселись по другую сторону от прохода. Аннет шепнула:

— Строго говоря, она уже не является нашим клиентом. Наше участие в ее жизни закончилось, когда она забрала заявление о разводе.

— Тогда зачем мы здесь?

— Власти штата попытаются лишить ее родительских прав. Мы, конечно, проследим за этим, но мало что можем предпринять. — Какое-то время они наблюдали за тем, как обвинитель и судья обсуждают возможность выхода под залог. Аннет поступило эсэмэс-сообщение, она прочла его и воскликнула:

— О господи! Агенты ФБР пришли с обыском в контору Донована, Мэтти нужна наша помощь. Поехали! — ФБР?

— Тебе известно об их участии в расследовании? — спросила Аннет, вставая и устремляясь к выходу. Табличка «ЗАКРЫТО» все еще висела при входе в контору Донована. Дверь была распахнута настежь, в приемной сидела Дон, секретарша, и плакала. Потом она привстала и указала пальцем:

— Там. Из конференц-зала у нее за спиной доносился шум. Мэтти на кого-то кричала. А когда Саманта с Аннет вошли, сердито приветствовала их:

— Где вас черти носят? В помещении находились четверо молодых мужчин в темных костюмах. Они застыли в напряженных позах — казалось, вот-вот выхватят пистолеты. На полу лежали коробки с файлами, все ящики выдвинуты, стол завален каким-то бумажным мусором. Главным и самым сердитым среди них был агент Фромейер. Не успела Аннет ответить Мэтги, как он рявкнул:

— А вы кто такие, черт побери?

— Они юристы и работают со мной, — ответила Мэтги, на которой были джинсы и свитер. Раздражена она была сверх всякой меры. — Я уже говорила, я его тетка и доверенное лицо, отвечаю за его имущество.

— А я в десятый раз спрашиваю: вы назначены судом, официально? — спросил Фромейер.

— Пока нет. Моего племянника похоронили только в среду. Совесть у вас есть или нет?

— У меня есть ордер на обыск, леди, и этого вполне достаточно.

— Понимаю. Но неужели вы не могли позволить нам хотя бы ознакомиться с этим ордером, прежде чем устраивать здесь весь этот бедлам? Фромейер схватил со стола ордер на обыск и грубо сунул его Мэтти.

— У вас пять минут, леди, дальше прошу не мешать. — Агенты вышли из комнаты. Мэтти затворила за ними дверь, потом прижала палец к губам. Жест ее был ясен: «Не наговорите лишнего».

— Что здесь происходит? — спросила Аннет.

— Да откуда мне знать? Дон позвонила в панике, сразу после того, как ворвались эти жлобы. Ну и вот вам, полюбуйтесь. — Она принялась читать ордер на обыск, еле слышно шевеля губами: — «Подлежат изъятию все записи, файлы, заметки, предметы, доклады, конспекты, будь то в бумажном, видео-, аудио-, электронном или цифровом виде, имеющие какое-либо отношение к «Крулл майнинг», связанные с этой компанией или ее подразделениями. А также все, имеющее отношение к списку из сорока одного истца в деле по долине Хаммер». — Она перевернула страницу, отложила ее, взялась за следующую.

— Но если они заберут компьютеры, — заметила Аннет, — то получат доступ ко всей информации, вне зависимости от того, указана она в этом ордере или нет.

— Да, все там, — кивнула Мэтти. Подмигнув Аннет и Саманте, она перевернула еще одну страничку. Прочла несколько строк, бормоча что-то себе под нос, потом бросила ее на стол и сказала: — Все это пустые слова. Они заберут из офиса все, вне зависимости от того, имеет это отношение к иску по делу «Крулл майнинг» или нет. Фромейер постучал в дверь, затем распахнул ее.

— Ваше время истекло, дамы, — сказал он чересчур пафосным, как у плохого актера, тоном, и тут же всей толпой ворвались агенты. Теперь их было пятеро, и все настроены крайне агрессивно. — А теперь прошу на выход, будьте так любезны, — добавил Фромейер.