Портрет смерти. Холст, кровь - Алексей Макеев

Зубы Варвары выбивали маршевую дробь. Она попятилась, хотела выбежать из номера, но я схватил ее за руку.

– Стой на месте. Ни к чему не прикасайся.

– Я уже прикоснулась…

– Черт… – я выдернул носовой платок, чтобы протереть дверную ручку.

– Андрюша, не сходи с ума, – зашептала она слабым голосом. – Нас все равно видел портье… Ты только хуже сделаешь…

Простая сермяжная правда. Я на цыпочках дошел до двери, заперся. Заглянул во вторую комнату гостиничного номера, в туалет, ванную. Опустился на корточки перед художником. Это точно был Гуго, инсценировка исключалась. Подавился кровью и умер. Он таращился в потолок с большим недоумением: дескать, ни хрена себе, абсурдец. Я коснулся его руки – она была теплая. Сместился к Эльвире, дотронулся до шеи. Тоже теплая. Недавно убили. Гуго мнил себя в полной безопасности, дверь была не заперта, супруги сидели в дорожной готовности и ждали российских детективов, которые должны были подойти к двенадцати.

Российские детективы опоздали на пять минут – всего лишь потому, что некоторые российские женщины слишком долго собираются…

– Андрюша, а это точно они? – тягучим шепотом вопросила Варвара.

– Точно они, – кивнул я. Поднялся, с хрустом распрямил ноги. – Прописная истина, Варвара, никогда не следует расслабляться. Напрягись. Мы должны твердой поступью выйти из номера, улыбнуться портье и, не выдавая волнения, покинуть гостиницу. Если схватит полиция – это конец. У Сандальи уже не будет интереса вытаскивать нас из дерьма. Ты сможешь?

– Смогу… – яростно затрясла она головой. – Я все смогу, Андрюша… Послушай, а мы не можем забрать… наши деньги? Они их наверняка держали где-то наготове…

– Не можем, – отрезал я. – Опомнись, Варвара.

И тут мой взгляд уткнулся в один из предметов багажа. Плоская штуковина в полиэтилене напоминала картину. Гуго Эндерс обещал нам показать свою последнюю работу… Я не мог избавиться от соблазна. На осмотр уйдет не больше минуты. Я бросил штуковину на кровать, принялся лихорадочно ее распутывать. Содрал завязки, развернул упаковку.

Картина обожгла обилием красок. Ослепительная, поистине впечатляющая. Можно упрекать художника в схематизме, детской наивности, броскости, плакатности, даже вульгарности, но вот он – весь талант наружу. Волнующая игра красок, лунный пейзаж, небо, взорванное разноцветными сполохами… Огнедышащий шестиглавый змей зажал в тиски окровавленного воителя в ободранных доспехах. Все шесть голов разверзли пасти, готовясь рвать воителя на куски. Им осталось лишь мгновение, чтобы добраться до жертвы. И у него есть только миг. Он наносит последний удар, протыкая извилистую шею одной из голов… У ног воителя свернулась раненая женщина, с ужасом смотрит на одну из составных частей дракона. А та уже в броске. Воитель и его дама – это Гуго с Эльвирой. Их лица объяты страхом, покрыты кровью, но узнать их можно. А остальные шесть…

– Талантище, – зачарованно бормотала Варвара. – Это ж надо так суметь – воплотить лица своих домашних в мордах дракона…

– Не могу на это смотреть, – бормотал я, упаковывая картину обратно в полиэтилен.

– Да, Андрюша, дрожь по коже, – вторила Варвара, подплясывая от нетерпения. – А ты представь, сколько денег за это можно слупить? А если снабдить еще картину подробным жизнеописанием семейки Эндерс…

Картина обжигала руки. Я пристроил ее, как была, взял в охапку Варвару.

– Поздно, матушка, забудь. Из страны нас с этим несчастьем не выпустят. Самим бы убраться. Приготовься, мы почти уходим…

Убегая из номера, я снял с вешалки табличку «Do not disturb» (не беспокоить), прикрепил на дверь с обратной стороны. Варвара держала меня под локоть. Чинно, нога в ногу, улыбаясь из последних сил, мы спустились в холл, поплыли мимо портье.

– Уже уходите? – этот парень не был наблюдательным. На наши лица он почти не смотрел. Больше всего ему нравилась обтянутая джинсами попа Варвары.

– Да, любезный, уже поговорили, – учтиво кивнул я. – Кстати, супруги Торрес решили немного отдохнуть перед дальней дорогой и просили в ближайшие пару часов их не беспокоить. Они решили покинуть ваш отель после обеда – по причине легкого недомогания госпожи Торрес.

– О, разумеется, – отозвался портье. – Мы не будем их беспокоить. Пусть отдыхают. Удачного вам дня.

– И вам. Да, – вспомнил я, слегка сжимая Варварино запястье. – К супругам Торрес сегодня до нас кто-нибудь приходил? Может быть, за несколько минут до нашего прибытия… Вспомните, пожалуйста.

Физиономия портье выразила недоумение. Вопрос действительно нелепый. Почему бы не спросить об этом у супругов Торрес?

– Возвращаться не хочется, – улыбнулся я.

– М-м, – задумался лысоватый портье. – Нет, господа, до вас к супругам Торрес никто не приходил. Правда, крутился тут один мальчишка…

Конвульсивно задрожала рука Варвары. Я покрывался инеем, но заставил себя вежливо улыбнуться.

– Всего лишь мальчишка?

– Да, он вошел минут за десять до вас. Странный мальчуган. Лет тринадцать-четырнадцать. На нем был черный плащ, причем немного не по размеру… Он так пытливо на меня смотрел… Я спросил, куда он собрался, он ничего не ответил, прошел мимо, поднялся по лестнице. Я не стал его догонять. Мальчик не похож на бродяжку. Вероятно, это родственник или знакомый кого-то из постояльцев…

Самое скверное, что так и было.

– Он уже ушел? – прохрипел я.

Портье насторожили интонации моего голоса. Он нахмурился, как-то озадаченно почесал оттопыренное ухо.

– Признаться честно, господа, за пару минут до вашего прихода мне пришлось отвлечься, позвонил хозяин, просил проверить кое-что в журнале регистрации…

Мы забыли попрощаться. Борясь с ознобом, вышли из гостиницы, спустились с крыльца. Улица людная, на углу стояли несколько машин с шашечками. Мы припустили на стоянку, забрались в машину. Водитель отложил газетку, уставился в зеркало заднего вида. Что-то спросил. Варвара ответила. Водитель пожал плечами, завел мотор.

– О чем вы говорили? – спросил я.

– Едем на южную окраину. Опыт частного сыска нам подсказывает, что нужно сменить машину. Там и сменим.

– Умница, – похвалил я.

Мы проехали мимо гостиницы. На крыльце стоял мальчик в черном плаще, смотрел на нас исподлобья. Просто стоял, смотрел, не вытаскивая пистолет с глушителем, не стреляя навскидку. Но от этого взгляда все страхи планеты вцепились в нас жилистыми лапами, затрясли. Варвара закрыла рот ладошкой, чтобы не закричать. Какое счастье, что этот мстительный упыренок начал не с нас. Как ему удалось подобрать в холле пистолет? Ведь там хозяйничал садовник с канистрами. Где теперь садовник?..

Мы въехали в переулок, свернули на Аристаду. Водитель переключился на третью скорость. Мимо окон бежали пальмы, нарядные азалии, усеянные ароматными цветами, кукольные домики из белого камня. Мы проехали зеленый светофор, водитель свернул в очередной переулок. Варвара отпустила мою руку, закрыла глаза. Водитель покосился в зеркало. Я приветливо ему улыбнулся. Оставалось ехать несколько минут. В запасе час, может, два. Потом начнется. Добраться на такси до Мадрида нереально. Здесь шестьсот верст. Половина Пиренейского полуострова. Таксист не повезет даже за бешеные деньги. Где у нас ближайший международный аэропорт? В Барселоне? Доедем. Билетов на обратную дорогу все равно нет. Нужно покупать. Купим. Улетим. Прорвемся.