Забытый грех - Диана Бош

Последовал суд, и он оправдал Аффана «за недостаточностью улик». В отчаянии Фаина бросилась к судье Васечкину, но у него был неудачный день – он просто накричал на нее, даже не выслушав, а потом буквально вытолкал из кабинета. Причина была проста: ему не нужны были те деньги, которые могла предложить Фаина. Во-первых, потому что ему уже дали намного больше, а во-вторых, в том, чтобы дело закрыли, были заинтересованы такие важные люди, с которыми ссориться он бы не стал.

Следователь Нолицкий тоже получил солидную взятку и на эти деньги купил себе загородный дом в дачном поселке. Именно тот, в котором был позже убит.

Так что он тоже не захотел слушать Фаину, как она ни пыталась уговорить его. А ей очень нужно было добиться повторной экспертизы, чтобы признали: убийц было двое. И хотя о том же говорили показания свидетелей, их почему-то не приобщили к делу и в пересмотре его отказали.

Когда Фаина поняла, что Аффан с Азуром остались на свободе и правосудие не восторжествует, она решила мстить. Единственный путь, который она знала, – кровная месть. Тут надо сделать отступление и пояснить: Фаина родилась на Кавказе и прожила там до восьми лет.

– Именно это было недостающим звеном, которое позволило объединить все убийства. Ранее я никак не мог понять, что связывает с тремя убитыми Юсуфа. Но когда узнал, где родилась и жила несколько лет Фаина, все стало на свои места, – пояснил Лямзин.

Итак, Фаина находит Юсуфа и платит ему пятьдесят тысяч долларов, пообещав выплатить еще столько же, как только работа будет выполнена. Но Юсуф взял деньги и скрылся. Позже она узнала, что вместо того, чтобы выполнить то, за что взял плату, Юсуф приехал в столицу и отправился играть. Проигравшись в пух и прах, он нашел Аффана и Азура и потребовал с каждого по пятьдесят тысяч, намекнув, что это плата за молчание и за жизнь. Игрок до мозга костей, он раздал скопившиеся долги и снова сел за карточный стол. Так Фаину обманули еще раз.

– Куда вы дели арбалет, из которого убили Юсуфа? – спросил Лямзин.

– Я выбросила его.

– Где?

– В лесу. У меня в Верее живет престарелая родственница, недавно она приболела, и я поехала к ней. По дороге мою машину остановила милиция, и один из постовых, дотошно осматривая багажник, нашел в нем арбалет. Лейтенант так долго крутил его в руках, что я испугалась. Мелькнула мысль: а что, если есть какая-то информация и об оружии, и обо мне. И хотя все обошлось, страх не покидал меня. Тогда, свернув с дороги, я выкинула арбалет в ближайшем лесу.

Когда Фаина поняла, что кровной мести не будет, она снова поехала к Нолицкому. Уже прошел год после смерти Милены, но безутешная мать хотела добиться наказания обидчиков. У Нолицкого был отпуск, и он жил в загородном доме, где затеял ремонт. Телевизор орал на полную громкость, Нолицкий сидел за низким столом, накрытым клеенкой, и ел. Руки и губы его были жирными, и весь он казался неопрятным и сальным. Фаина предложила следователю деньги за пересмотр дела, но он только посмеялся над ней, заявив, что есть люди, которые дали ему больше. А потом в циничной форме предложил заняться любовью.

– Он повалил меня на диван и, дыша перегаром и гадко улыбаясь, посоветовал все забыть. После фразы: «Зачем тебе экспертиза? Хочешь, новую девочку сделаем?» – у меня в глазах потемнело. Кажется, я нащупала на столе бутылку с шампанским и изо всей силы опустила ее на голову Нолицкого. Когда очнулась, решила, что он мертв. Сначала бросилась бежать, потом остановилась. Испугала мысль: а что, если он только оглушен? Тогда я подтащила его тело к подвальному люку и сбросила вниз. Затем надвинула на крышку люка шкаф, вернулась к столу и, взяв баллончик краски с распылителем, написала поверх всего, что было на столе: «Gula».

– Вполне возможно, что Нолицкий был еще жив, – сказал Лямзин, – и вы, Фаина, тоже предполагали это. Иначе бы не приняли таких мер безопасности.

– Может быть, – бесцветным голосом сказала Фаина. – Так и запишите в протоколе: я ненавидела его и не раскаиваюсь в том, что сделала. В тот момент, когда захлопнула крышку люка, я поняла: мне никто не поможет. Я сама должна отомстить за дочь.

– Скажите, Фаина, вы следили за Юсуфом? – задал вопрос Лямзин. – За две недели до смерти он вернулся из города сам не свой. Это с вами он тогда виделся?

– И да, и нет. У нас не было встречи, мы не разговаривали. Но я видела его, и он видел меня. Да, я хотела, чтобы он меня заметил, мне нравилось чувствовать его страх.

– На стреле, которой был убит Юсуф, выжжено слово «avaritia», что означает алчность. Кстати, как вы сделали надпись, вам кто-то помогал?

Фаина саркастически усмехнулась:

– Это знает любой школьник. А я неплохо училась. Металл покрывается лаком, и по нему пишутся буквы. Потом к нему присоединяются электроды, и стрела опускается в кислоту. Там, где лак поврежден, кислота выедает металл.

– Красиво звучит. Просто пророчески, – пробормотал Плановой. – Что было с Азуром?

– Азура я ненавидела больше других. В его силах было помешать смерти Милены, но он из зависти к барту Аффану не сделал этого.

– Откуда вы знаете, что он завидовал брату?

– Я видела его глаза. Он завидовал. А зависть – смертный грех, он ведет душу в преисподнюю.

– Как вы убили Азура?

– Я долго следила за ним. Он был осторожен, но так оказалось даже интереснее. Я чувствовала, как он каждый день мысленно прощается с жизнью, и это придавало мне силы.

Фаина пришла к нему, когда в квартире была только домработница Майя. Представившись сотрудником Горгаза, Фаина вошла в дом. Она собиралась воткнуть приготовленный заранее нож-корд в дверь, но тут увидела на стене куклу-оберег. Решение созрело мгновенно: она сняла куклу и приколола ее к двери кордом так, чтобы лезвие ножа заостренной частью смотрело вверх. Фаина знала, что Азур поймет этот знак. Он означает смерть, и Азур знает это. Есть такая примета: если нож перевернулся – значит, в доме прольется кровь. Чтобы отвести беду, нужно обязательно «напоить» нож кровью: принести жертву.

– Зачем вы проникли в дом?

– Азур боялся. Он бы ни за что так просто не открыл мне дверь, – я это хорошо понимала. Для того и придумала корд и проколотую им куклу-оберег. Увидев, что над его талисманом надругались, Азур хоть на секунду, но должен был впасть в оцепенение. Так и получилось.

– Но я все равно не понимаю, – сказал Лямзин, – куклу невозможно было не заметить. Значит, едва войдя в дом, Азур должен был обратить на нее внимание.

Фаина согласно кивнула:

– Конечно. А вы что, думали, я буду ждать? – Она вдруг засмеялась. – Когда ненавидишь, силы удесятеряются. Я ждала, когда он войдет в квартиру. Вы же помните – там последний этаж. Как только Азур вошел, я спустилась и позвонила в дверь. Дальше – пистолет с глушителем и выстрел в дверной «глазок». Все произошло очень быстро.

– В доме кто-нибудь еще был, кроме Азура?