Шаги по воде - Инна Бачинская

– Да я его сразу же вывернул наизнанку, – ответил капитан с досадой. – Он отдал все записи передач за последний год… Пока я смотрел, чуть крышу не снесло. Включая вопросы.

– А о чем спрашивают? – заинтересовался Савелий.

– Дубли, астральные тела, сны, предчувствия, телепатия, барабашки, полтергейст, ясновидение. Всякая херня, одним словом. Просто удивительно. Но нашего клиента я не почуял…

– Да, наш Мистик – парень серьезный, – заметил Федор. – Следов не оставляет. И все же, все же… Я думаю, Урбан знает больше, чем говорит. Надо бы и за ним походить.

– Да ходим… уже, – ответил с досадой капитан. – Сами не дураки. Ничего.

Наступила пауза. Говорить, казалось, больше не о чем. На лице Савелия отражались мучительные раздумья – видимо, зрел очередной вопрос. Он даже рот открыл, но тут вдруг зазвонил мобильник капитана. Он выдернул крошечный телефончик из кармана, нетерпеливо произнес:

– Да? Да, я! Ксения? Что случилось? Прямо сейчас! Вы в порядке? Заприте дверь!

Сунув мобильник в карман, капитан коротко взглянул на друзей, задержался взглядом на Федоре и сказал:

– Накаркал! Сколько раз просил придерживать язык и не философствовать!

– Что произошло? – испуганно спросил Савелий.

– Кажется, этот псих нашел новый способ связаться с… анапелис, – ответил капитан, поднимаясь. – Пошли!

* * *

Девушка сидела на изящной кушетке с гнутыми ножками неподвижно, глядя в пространство перед собой пустым взглядом. Казалось, она глубоко задумалась о чем-то. Из раздумий ее не вывели ни шаги в прихожей, ни голоса. Она даже не шевельнулась…

– Ксения! – капитан Астахов потряс меня за плечо. – Почему вы не заперли дверь?

Я, не взглянув на него, дернула плечом, освобождаясь. Какая разница?

– Это мои друзья и коллеги, Савелий Зотов и Федор Алексеев. Что случилось?

Я молчала, словно не слышала. Капитан уселся рядом на кушетку. Ножки хлипкого сооружения угрожающе затрещали. Астахов поспешно встал. Я рассмеялась. Мой смех был похож на всхлип.

– Что случилось? – повторил капитан. – Вас кто-нибудь напугал? Вы его видели? Он был здесь? Белоглазый? Он вам угрожал? Где Урбан?

Вопросы сыпались один за другим, но ни на один из них я не ответила. Капитан переглянулся с Федором.

– Ксения, – мягко вступил тот, – он напугал вас, но сейчас здесь никого нет, кроме нас. Мы ваши друзья, можете нам верить. Капитана Астахова вы уже знаете, а мы с Савелием много слышали о вас… Это Савелий Зотов, главный редактор… Что случилось, Ксения? Ксения… – он повторял мое имя снова и снова, стремясь вывести из транса.

– Может, валерьяночки? – заботливо спросил капитан. – Савелий, посмотри в ванной! А где Сашка? – снова спросил он, и снова я промолчала.

– Где… это? – вдруг произнес Федор, беря меня за руку.

Я внимательно посмотрела на него, отняла руку и кивнула в сторону спальни…

…Неяркий свет торшера заливал центр комнаты, углы тонули в тени. Федор включил люстру. Темно-красное стеганое покрывало неровно лежало на кровати. Капитан осторожно потянул за край и тянул до тех пор, пока оно не сползло на пол, открыв взгляду то, что лежало в углублении меж двух подушек.

– О господи… – выдохнул Савелий, отпрянув.

Федор, наоборот, подался вперед. Астахов застыл с покрывалом в руках. Даже для видавших виды Федора и капитана зрелище было страшноватым. В полупрозрачном полиэтиленовом мешке, утопая в ржавой, почти черной, крови, лежала человеческая голова – женская. Просвечивали светлые волосы и длинная, ажурная, белого металла сережка. Тусклый синеватый глаз, казалось, уставился прямо на них, красный рот прижался к пленке изнутри…