Голое платье звезды - Дарья Донцова

Один раз к Николаю Чернову обратился некто Андрей Филимонов. Потенциальный клиент рассказал, что целый год являлся мужем Веры Михайловны Мамаевой, вложил в квартиру супруги деньги – сделал ремонт, купил новую мебель, и только собрался спокойно жить, как жена его выгнала. Истеричка придралась к тому, что Андрей пошутил во дворе с симпатичной соседкой, обозвала его потаскуном, вышвырнула его шмотки из окна и велела убираться вон.

– Я остался без копейки и на улице, – жаловался Филимонов, – хочу вернуть потраченные средства. И вообще, на какое имущество я имею право?

– При зарегистрированном браке… – начал Николай.

– Мы без росписи жили, – остановил адвоката Андрей.

– Тогда сложно что-либо сделать, – покачал головой Чернов. – Гражданский брак не является официально зарегистрированной формой отношений, поэтому его участники не пользуются правами, аналогичными правам законных супругов. Распоряжение совместно нажитым имуществом при расставании мужчины и женщины будет зависеть в первую очередь от способностей сожителей мирно договариваться друг с другом. Много вы вместе за год приобрели? Квартиру, машину, дачу совместно покупали?

– Я ремонт сделал, – повторил Андрей.

– Чеки сохранились? Есть документы, подтверждающие, сколько вы заплатили рабочим? – продолжил юрист.

– Ничего этого нет, – сник Филимонов. – Я нанимал гастарбайтеров, материалы на рынке брал.

Николай развел руками.

– Тогда попытайтесь с Верой общий язык найти. Иного пути нет. Давите на совесть, авось она проснется. Но судя по моему опыту, с обиженными женщинами это редко происходит.

– Поговорите с ней вы, припугните, – попросил Филимонов. – За плату, конечно. А я дам компромат на бабу. Мне известно, что у нее спрятаны миллионы. Причем не в рублях.

– Звучит фантастично, – усмехнулся адвокат.

– Нет, нет, это правда, – возразил Андрей. – Понимаете, тут такая история… До Веры я жил с Татьяной, которая Мамаеву ненавидела. Ее отец, Леонид Воронин, был когда-то начальником отделения милиции и вместе с папашей Веры, какой-то шишкой в муниципалитете, вещи из квартир одиноких покойников продавал. Один раз они обшарили апартаменты какого-то умершего генерала, тот из Германии после войны коллекцию притащил: картины, скульптуры и прочую хрень. Много чего взяли. На громадную сумму. Мамаева в воровстве заподозрили, но он Воронина со всеми потрохами сдал, представил все так, будто виноваты Леонид и другие люди, которые в деле участвовали, а сам он белый и пушистый, его, мол, Воронин шантажом работать заставил. Всех посадили, а Мамаев с женой на свободе остались. Потом они на пенсию ушли и на даче поселились, дочка при них росла. Татьяну же Воронину в детдом отправили: ей там ой как несладко пришлось. Собственно, это она меня к Верке отправила, велела с той спать.

Адвокат удивился.

– Странная идея. И вы согласились?

– Так ведь Мамаева знает, где ее отец награбленное спрятал, и мы с Танюхой хотели адресок нычки узнать, – пояснил Филимонов. – Вот и стал я с Веркой жить, ремонт ей сделал, а она, гадина, после окончания работ выперла меня. Поговорите с ней, припугните, скажите: «Знаю, что ты награбленное отцом заныкала. Верни Филимонову деньги, на ремонт им потраченные, и поделись с ним тем, что твой папаша спер».

Конечно же, Чернов вежливо выставил Андрея вон. А вечером рассказал супруге о визите и прокомментировал ситуацию:

– Разных подлецов навидался, но Филимонов просто главнокомандующий среди мерзавцев. Пойти на поводу у девушки, которая уверена, что ее знакомая хранит награбленное отцом, и лечь с той в кровать, чтобы выведать место, где спрятаны ценности? У меня нет слов!

Ангелина тоже поразилась. Муж с женой долго обсуждали странную историю. Разговор происходил во время ужина, за столом сидел и их сын.

Вскоре после той беседы Чернов-старший скончался. А спустя примерно полгода после похорон Владимир женился. Его избранницу звали Верой…

– Мне и в голову не могло прийти, что моя невестка та самая Вера Мамаева, о которой мужу рассказывал несостоявшийся клиент Филимонов, – причитала Ангелина Сергеевна, сидя напротив Рябова. – Я невероятно обрадовалась, когда ей в голову пришла мысль о создании конторы по покупке-продаже жилья. Понимаешь, Николай умер, но клиенты-то ко мне обращались и…

Женщина ойкнула и замолчала. Но Валерий услышал фразу, которая вылетела из ее рта.

– Ты о чем?

– Да так, ерунда, – попыталась уйти от ответа Лина.

Но Рябов рассердился:

– Если не расскажешь всю правду, помогать не стану. Не желаю оказаться в идиотском положении. Во что ты меня втягиваешь? У Коли работы почти не было. А после его смерти о каких клиентах может идти речь?

– Но жили-то мы нормально, – напомнила Ангелина Сергеевна. – Я домашняя хозяйка, Володя ничего не получает, зато тратит много. Откуда у нас деньги, как ты думаешь?

Валерий Федорович пожал плечами.

– Никогда не интересуюсь содержимым чужих карманов. И у людей есть накопления.

Ангелина улыбнулась.

– На самом деле Коля пахал не покладая рук, но никто об этом не знал.

– Чем он занимался? – удивился Валерий.

Его собеседница опять увильнула от прямого ответа:

– Всяким-разным, в основном документами.

– Все, до свидания! – отрезал Рябов.

– Не хочешь мне помочь? – испугалась Ангелина.

– Хочу. Но ты не желаешь быть откровенной, – возразил друг. – А раз так…

И Черновой пришлось рассказать все.

Правда повергла Рябова в оторопь. Оказалось, Николай был Чистильщиком, жена ему помогала. А после смерти мужа вдова занялась нелегальным бизнесом в одиночку. Но ей требовалось какое-то прикрытие. При жизни Николая вопросов, откуда у Черновых деньги, не возникало – глава семьи адвокат, понятно, что он хорошо зарабатывает. То, что Коля почти не вел никаких дел, знало малое количество людей, остальные не сомневались в немалых доходах юриста. А вот после его смерти окружающие могли удивиться тому, что образ жизни семьи фактически не изменился.

Может, Ангелина Сергеевна и перестраховывалась, но она почти перестала тратить деньги, складывала заработанное в носок и постоянно твердила Володе с Верой:

– Николай умер, мы теперь нищие.

Конечно же, вдова несказанно обрадовалась, когда невестка сообщила, что продала свою квартиру, решив открыть риелторскую контору. Дела у Веры шли ни шатко ни валко, но ведь никто, кроме налоговой инспекции, финансовое положение бизнеса не проверяет. А Чернова-старшая громко рассказывала про успехи невестки и сына. Но вдруг супруга Володи оказалась под следствием. Свекровь чуть инфаркт не заработала, услышав об аресте невестки. Владимир же демонстрировал полное спокойствие.