Просроченное убийство - Миранда Джеймс

– В отделе справок? – Джулия побледнела.

– Ага, – кивнул Вилли. – Так что с трех до пяти я работал на глазах у кучи народу. Потом встретился с заведующим кафедрой истории и вышел от него ближе к шести.

Судя по всему, у Вилли было неплохое алиби на время убийства. Мне Джулия говорила, что покинула отель около трех часов. Это шло вразрез с тем, что только что сказал Вилли. Но если она солгала насчет встречи в дверях, может, она соврала еще о чем-то?

Воцарившуюся в гостиной тишину нарушила Канеша.

– Миссис Уордлоу, памятуя о ваших прошлых показаниях, я вынуждена спросить вас: мистер Кларк говорит правду? Вы видели его, когда заходили в отель?

– Возможно, я что-то напутала, и действительно столкнулась с Вилли перед встречей с Годфри. Но он вполне мог вернуться и убить его потом.

– Чушь собачья, – фыркнул Вилли. – После встречи с заведующим кафедрой я пошел в кафе, там перекусил, а после отправился в книжный магазин на поэтический вечер. У меня не было времени возвращаться в отель и кого-то убивать.

Теперь все повернулись к Джулии. Все, кроме Джастина. Крепко прижав к себе кота, он смотрел прямо перед собой.

– Миссис Уордлоу, напомните мне, пожалуйста, куда вы направились после того, как поговорили с мистером Пристом? – Канеша шагнула к дивану.

Джулия напряженно следила за помощницей шерифа. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке.

– Я пошла в банк, чтобы внести деньги по чеку, который дал мне Годфри. Оттуда поехала в больницу, там как раз была пересменка где-то после трех часов.

– Миссис Уордлоу, в банке вам дали квитанцию?

Да что здесь происходит? Канеша вела себя так, будто решила, что Годфри убила Джулия. Я почувствовал, как желудок скручивается в тугой узел.

– Да, наверное, – Джулия пожала плечами. – В банках вроде бы всегда дают квитанции.

– Верно, – кивнула Канеша. – А на них обычно указывают время. Вы знали об этом, миссис Уордлоу?

Помощница шерифа произносила фамилию Джулии с неумолимостью человека, вбивающего гвозди в крышку гроба. А Джулия молча смотрела на Канешу. Очевидно, до сих пор она не задумывалась о времени, указанном на банковской квитанции.

– Думаю, вы также знаете, что в будние дни банки работают до шести, – продолжала Канеша. – Я могу связаться с банком и узнать, в котором часу вы внесли деньги на счет, миссис Уордлоу. И я уже пообщалась с персоналом больницы, чтобы проверить, когда вы уходили и приходили.

Канеша замолчала; тишину в комнате нарушало лишь тяжелое дыхание Джулии. Она выглядела испуганной, причем до такой степени, что ее страх был практически ощутим.

– Может, вы все-таки уточните, во сколько именно внесли деньги на счет, миссис Уордлоу? Я все равно узнаю правду, это лишь вопрос времени.

Джулия глубоко вдохнула.

– За несколько минут до шести.

Джастин поднял голову и посмотрел на мать.

– Мама, что происходит? Почему ты соврала про этот дурацкий поход в банк?

– Да я просто перепутала время. В тот день столько всего случилось, – ответила Джулия, но даже Джастин ей не поверил. В его глазах было столько боли, что у меня разрывалось сердце.

– Мистер Прист хотел забрать Джастина в Калифорнию, верно? Вы испугались, что потеряете сына? – Канеша буквально забрасывала Джулию вопросами. – И решили, что не позволите этому случиться.

– Нет, все было не так, – Джулия замотала головой. – Мы с Годфри все обсудили, и он пообещал, что не будет увозить Джастина, по крайней мере, пока тот не закончит университет, – голос Джулии звенел от отчаяния, но сейчас все уже сомневались в искренности ее чувств.

– Могу я спросить? – вдруг заговорил Рик Такетт.

– Да, мистер Такетт, в чем дело? – Канеша удивилась, что их прервали, но тем не менее ободряюще кивнула Рику, который все никак не решался заговорить.

– Джастин, когда у тебя день рождения? – наконец спросил он. Пальцы Рик сцепил в замок с такой силой, что побелели костяшки.

– Четвертого августа, – ответил Джастин, прочистив горло. А потом назвал год.

– Спасибо, – сказал Рик. – Он же родился в срок, да, Джулия?

Глаза Джулии наполнились слезами.

– Да, – едва слышно ответила она.

Рик кивнул, потом глубоко вздохнул и снова посмотрел на Джастина.

– Его отец не Годфри. Джастин – мой сын.