Ария для призрака - Ирина Градова

– Или! – взвизгнул мужчина. – Я все расскажу, все – вот попутал же черт, как чувствовал… Что конкретно вы хотите знать?

* * *

– Значит, именно этот человек поставил вам диагноз? – уточнила Рита, показывая Пушнину фото Шемякина на своем планшете. В отличие от некачественного снимка из личного дела мужик здесь вышел отлично, и ошибиться было невозможно.

– Это он! – кивнул клиент. – Вы отказались отвечать на мои вопросы, когда я только опознал его, но, может, сейчас объяснитесь? Что это за фрукт?

– Я не хотела это обсуждать, пока не буду знать наверняка. Теперь я уверена, но прежде чем просвещу вас, прошу ответить на пару вопросов.

– Ладно, валяйте, – со вздохом откидываясь на спинку стула, согласился Пушнин.

– Существует статистика, по которой девяносто процентов всех преступлений совершаются из-за денег и только десять – по другим причинам.

– К чему вы клоните?

– Расскажите о вашем партнере.

– Об Артеме? А что рассказывать? Он – второй именной партнер в нашем холдинге, мы вместе начинали буквально с нуля… Погодите, вы что, подозреваете Артема в причастности к этой афере?

– Это ведь он порекомендовал вам обратиться к Каретникову? – вопросом на вопрос ответила Рита.

– И что? Его мать лечилась у этого врача, и он не только продлил ей жизнь, но и существенно облегчил уход!

– Не забывайте, что вас «лечил» вовсе не Каретников! Это ведь Артем лично связывался якобы с Каретниковым и назначал встречу?

– Ну да, но…

– Анатолий Андреевич, погибла девушка, кандидатка на роль вашей дочери. Макс едва не отправился следом. Вы все еще считаете, что это случайность? – недоверчиво поинтересовалась Рита.

– Артем – мой лучший друг, – упрямо покачал головой Пушнин. – Он незаменим в финансовой области, а я генерирую идеи – это симбиоз, выработанный годами упорного труда и притирки друг к другу!

– Артем думает так же?

– Разумеется!

– Есть ли в вашем холдинге другие партнеры?

– Именных только двое, я и Артем.

– А что произойдет, если один из партнеров умрет – вы обсуждали такую возможность?

– Конечно. В этом случае доходы переходят наследникам, а управление осуществляется другим партнером единолично, если, конечно, он не пожелает разделить его с кем-то еще.

– В смысле, повысить кого-то из старших партнеров до статуса именного?

– Верно.

Эту систему Рита знала назубок – не зря же посвятила несколько лет именно корпоративному праву!

– Понятно, – кивнула она. – Как повел себя Артем, когда вы сообщили ему о том, что ваши анализы, скорее всего, говорят о наличии рака?

– Как друг: сказал, что не стоит отчаиваться, не выяснив наверняка – потому-то он и предложил встретиться с Каретниковым.

– И взялся устроить встречу?

– Это нормально, так как у этого врача очень плотное расписание, а времени терять было нельзя!

– А вы сами ничего такого не говорили Артему… ну, что могло бы подвигнуть его к активным действиям?

– В смысле?

– Хорошо, выражусь поточнее: вы обсуждали, что произойдет, если диагноз подтвердится?

Прежде чем ответить, Пушнин в задумчивости потер чисто выбритый подбородок.

– Тогда, – произнес он наконец, – мы это не обсуждали, но…

– Что? – уцепилась за этот союз Рита.

– Я уже упоминал мать Артема… Мы общались, и когда она заболела, я навещал ее – ей было приятно. В последние недели она сильно мучилась, и Каретников прописал какие-то убойные обезболивающие, которые Артем заказывал в США. До того, как его мама начала их принимать, она страшно страдала, и я, помнится, как-то сказал что-то вроде: если бы со мной такое случилось, я не стал бы ждать конца, чтобы умереть в страшных мучениях!

– И что же Артем?

– Он спросил, что бы я сделал. Я ответил, что дождался бы момента, когда боли станут нестерпимыми, и покончил с собой. Существует множество способов безболезненного ухода из жизни, и делать это надо, пока ты еще в силе помочь себе сам!

– По-моему, вы подали кому-то хорошую идею.

– Да нет, вы… господи, Артем не мог!

– Вы имеете дело с деньгами, Анатолий Андреевич, и мне странно, что даже мысли такой не допускаете!

– Просто вы не знаете Артема, Маргарита Григорьевна, он искренне переживал за меня! И, кстати, так же искренне обрадовался, когда я сказал, что не умру.

– Значит, вы рассказали ему?

– А как же, ведь мы работаем в одной связке – партнеры должны знать, к чему готовиться!

– Вам не кажется удивительным совпадением тот факт, что, едва вы сообщили своему партнеру о том, что у вас, обреченного на смерть, есть ребенок, как погибает Вера Ноткина, а Макс Тропинин едва избегает гибели?

– Вы что, хотите сказать, что и убийство с покушением – дело рук Артема? Знаете, Маргарита Григорьевна, это уже ни в какие ворота!

– Давайте я объясню ход моих мыслей. Вы прошли обследование в поликлинике и сдали анализы. Потом вам позвонила врач, так?

– Так.

– Как вы можете быть уверены, что звонила именно она?

– Да я уже ни в чем не уверен! – развел руками Пушнин.

– И правильно. Настало время рассказать вам, кем на самом деле является человек с фотографии, которую я вам показала в начале нашей беседы.

– Уже и так ясно, что это – не Каретников, – буркнул Пушнин. Рита видела, как сильно упало его настроение после того, как она подтолкнула бизнесмена к размышлениям о лучшем друге и партнере. Может, она чересчур сильно на него давит? Что, если Артем Лагутенко невиновен? Но тогда кто, кому выгодна смерть Пушнина и его наследника?

– Вы правы, – кивнула она. – Этого парня зовут Василий Шемякин, и к медицине он имеет весьма опосредованное отношение, работая санитаром в больничном морге.

– Что?! Мне поставил смертельный диагноз… санитар?

– А еще он выписал лекарства. Хорошо, что вам не пришло в голову их принимать, а то неизвестно, чем бы дело кончилось! А еще повезло, что случился приступ, и вас доставили именно в ту больницу, в какую надо, и вы попали в руки к хорошему специалисту и человеку, которому не наплевать на пациентов.

– Это верно, если бы не доктор Краско… Мне надо поболтать с этим парнем, Шемякиным!

– Я уже сделала это – вы же мне платите, помните?

– Ах да, разумеется. И что – он указал на Артема?

– Нет.

– Вот видите!

– Пока что я ничего не вижу. Шемякин подтвердил, что его нашел какой-то мужчина и предложил заработать. У Шемякина есть доступ в любые помещения больницы, он знает, как достать ключи, а также может выяснить расписание любого специалиста. Вот он и узнал, что Каретников по определенным дням бывает в Первом меде, поэтому можно не опасаться, что он застукает Шемякина с пациентом в своем кабинете. Кроме того, он принимал вас вечером, когда в больнице почти никого не остается, а значит, попасться не рисковал вовсе.