Без лица - Мартина Коул

Сэйди застегивала блузку, когда кто-то сел на заднее сиденье машины. Она обернулась и увидела девушку, которая улыбнулась ей.

— Она отлично подойдет, Патрик.

Сэйди переводила изумленный взгляд то на одного, то на другого и увидела, что Патрик улыбается.

— Так, значит, она тебе нравится, Мэйзи?

Девушка рассмеялась:

— Очень.

— Что за черт, о чем это вы? — удивленно спросила Сэйди.

— Ты будешь жить в квартире вместе с Мэйзи, моей подругой.

Он представил их друг другу с подчеркнутой вежливостью:

— Мэйзи, Сэйди. Сэйди, Мэйзи.

До девушки дошло, что Мэйзи и Патрик что-то замышляют. Ей стало страшно. Внезапно она осознала, что Патрик обманывал ее.

— Я хочу домой, — сказала она.

Патрик глубоко затянулся крэком. Эту дурочка думает, что раз выглядит такой взрослой, она и есть взрослая. Кроме того, она без уважения относится к своей матери. С другой стороны, у девушек, подобных Сэйди Бисли, как правило, имеются веские причины бунтовать против своих матерей. Он понял это еще тогда, когда встретился с Луизой Картер. Мать Сэйди вела себя точно так же. Если эти глупышки хотят доказать своим матерям, что те не правы, им следует найти хорошую работу и чего-то добиться в жизни. Однако, в отличие от их мамаш, он точно знал, как контролировать их заблудших дочек.

— Я хочу пойти домой! — повторила Сэйди.

Патрик ухмыльнулся:

— Ты послушай ее! Она еще чего-то требует.

Сэйди была по-настоящему напугана и знала, что ей нужно выбраться из этой машины. Все, что говорила ее мать о Патрике Конноре, вдруг вспомнилось ей, нахлынув на нее потоком ужаса.

— Ты будешь делать только то, что я тебе скажу, поняла?

Сэйди не ответила ему, просто смотрела на него своими огромными глазами, и Патрик ударил ее по лицу.

— Тебе говорят, сука!

Она кивнула.

— А теперь Мэйзи научит тебя всему, что ты должна знать, чтобы быть одной из моих девочек, договорились? Начиная с того, как нужно одеваться, и заканчивая тем, как устроить хорошее шоу. Ты будешь ее слушаться и делать все, что она тебе скажет. И чтобы никаких историй я о тебе не слышал, потому что в случае чего я отправлюсь прямиком к твоей мамаше и вытрясу из нее душу. Ты меня поняла?

Сэйди кивнула, лицо ее застыло от ужаса. Патрик ласково улыбнулся, и улыбка снова сделала его лицо привлекательным и добрым.

— Будешь делать то, что я тебе скажу, и тогда будешь зарабатывать хорошие деньги и получишь все, чего хотела: независимость и репутацию в районе. Если пойдешь против меня, я рассержусь, а ты ведь не хочешь, чтобы я сердился, правда?

Его голос был вкрадчивым и мягким. Он ласково пощекотал пальцем ее грудь.

— Ну, улыбнись, Сэйди. Ты ведь просто получила, что хотела, дорогуша. Немногим это удается, а? Помни старую пословицу, лапочка: осторожнее с мечтами, они могут сбыться. Что ж, твоя мечта сбылась, девочка. Радуйся.

У Сэйди было чувство, будто самый страшный ее ночной кошмар стал реальностью, и, несомненно, так оно и было.

* * *

Детектив Палмер выслушал поставленный доктором диагноз и вздохнул. Палмер был тучен и сильно потел. Убийство Пити Блэка не стало большой неожиданностью. Рано или поздно его все равно бы пристукнули или дали ему большой срок. Получается, Кевин Картер всем оказал услугу.

— Если вкратце, Картер в настоящий момент совершенно невменяем и нуждается в надлежащем психиатрическом лечении. Лечение придется организовать во время предварительного заключения. На свободу его выпускать нельзя, он опасен для окружающих.

Палмер вздохнул. Он жестоко страдал от жары в офисе. Ему не терпелось поскорее уладить все вопросы и лечь подремать. Он снова шумно вздохнул.

— Извините, если я вам надоедаю, — сказал доктор. — У меня как у профессионала спросили мое мнение, и я вам его сообщаю. — Он поднялся. — Позвольте откланяться…

Палмер тоже поднялся.

— Прошу прощения, доктор Дженнет. Меня просто измучило наше отопление. Оно сломалось, и мы не можем отключить эту чертову штуку. Прошу вас, садитесь и скажите, что нам делать.

Доктор снова сел.

— Картер страдает тяжелой формой депрессии, это очевидно. Он срочно нуждается в помощи психиатра. Он представляет опасность для себя и для окружающих.

— Он вам признался в убийстве?

Доктор Дженнет улыбнулся:

— Вы и так все знаете, Палмер. Когда ему станет лучше, вы сможете его допросить. А пока он нуждается в уходе и лечении.

Палмер снова вздохнул. Он всегда недолюбливал докторов, и высокомерный индюк, сидящий напротив, нисколько не изменил этого мнения.

— Так, значит, мы не можем сейчас его допросить?

— Ему необходим покой и наблюдение врачей. Я не рекомендовал бы сейчас отправлять его в тюрьму, если только это возможно.

— Стало быть, категорическое «нет»?

— Категорическое.

— Все ясно. Но мы знаем, что это он убил Блэка, Картер признался в этом в полицейской машине. Его точные слова были: «Я разберусь со всей их семейкой, их нужно вытравить, как поганых крыс». — Палмер ухмыльнулся и добавил: — Хуже всего, что он прав. Блэки сожгли его жену, но на их семейке еще целая куча преступлений. Жена убитого находится в следственном изоляторе по обвинению в поджоге и по подозрению в нападении на дочь Картера.

— Это ваши проблемы, Палмер. Его необходимо перевести в больницу, и как можно скорее. У меня все.

Доктор ушел, и Палмер снял пиджак. На нем была синтетическая рубашка, и он весь пропах потом. Он нажал на кнопку и вызвал своего подчиненного.

— Дайте Картеру еды и питья, что он там захочет. Его переводят в больницу, и мы никак не можем сейчас его допросить. Но он неплохой парень, проследи, чтобы о нем позаботились. Только осторожнее, судя по всему, с ним могут быть проблемы.

— Хорошо, сэр. Звонила его дочь, она хочет знать, когда можно его увидеть.

— Да черт его знает, когда! В данный момент он самый безумный псих из всех психов. Мы переведем его, а потом поглядим.

* * *

Сэйди осмотрела квартиру и с облегчением вздохнула. Квартирка была класс, с телевизором, видеомагнитофоном и крутым музыкальным центром. Глаз ласкали светлые стены и дорогая мебель. Приятно представить себя живущей в этой роскоши. Ванную комнату украшали зеркальные стены и оригинальные плафоны. Девушка приободрилась. Она боялась угодить куда-нибудь в трущобы, но это совсем другое дело. Здесь можно жить.

Патрик внимательно следил за ее реакцией. Сколько раз он уже видел все это.

— Нравится?