Баран и новые ворота - Дарья Калинина

Юля заверила его, что яснее некуда.

– Теперь самое важное – сейф. Его код я меняю раз в неделю. На этой неделе – это год рождения моего любимого поэта – Владимира Маяковского.

Юля со страхом подумала, что сейчас он потребует от нее назвать этот год, а заодно прочитать что-нибудь из творчества поэта. А у нее на стихи отвратительная память. Из школьной программы она помнила всего несколько строчек, начинающихся со слов: «Итак, она звалась Татьяна». И это, кажется, был не Маяковский.

– Значит, набираем сначала единицу, потом восьмерку, потом девятку и последней тройку, – продолжил Засура, а Юля облегченно перевела дух. – Сейф открывается, и мы видим, что он ждет новых поступлений. Сейчас в нем всего две тысячи долларов.

И Засура на глазах у Юли пересчитал деньги и положил их обратно в сейф, после чего закрыл его дверцу.

– Все запомнила? – спросил он у Юли.

– Все, – твердо сказала Юля. – Одна тысяча восемьсот девяносто третий год.

Засура еще немного потоптался, объясняя по второму разу, как избежать обмана при расчетах. Юля слушала и злилась. За то время, что он потратил на ее инструктаж, он вполне мог принять всех трех клиентов. Мог бы и как-нибудь иначе, но все-таки с пользой провести время. Наконец Засура еще раз выразил уверенность, что все будет хорошо, что Юля достаточно разумная девочка, чтобы отличить поддельный доллар от настоящего, а сотенную бумажку от пятисотки, и ушел.

После его ухода Юля огляделась и ощутила себя совершенно новым человеком. Она поняла, что отныне осталась главной над тремя девочками – операторами, охранником и бабушкой-уборщицей, которая как раз сейчас начала убирать возле Юлиного стола.

– Протрите монитор, – потребовала у нее новая Юля и сама поразилась, какой у нее, оказывается, противный голос. – Вечно из-за пыли на нем цифр не видно. Работать невозможно!

Девочки дружно распахнули рот и уставились на нее.

– Телефоны не для вас звонят? – продолжала злобствовать новая Юля, пока прежняя в ужасе пыталась заставить ее заткнуться. – Работайте!

Чтобы окончательно не испортить отношения с коллективом, Юля опрометью бросилась к сейфу. Когда она подлетела к охраннику, ей уже удалось загнать новую Юлю поглубже и подальше, и Лешу она приветствовала ослепительной улыбкой.

– Теперь вместе работать будем? – подмигнув, спросил у нее охранник.

– Ага, – беззаботно ответила Юля.

– Очень рад, что директор тебя назначил вместо этого хмыря – Борьки. Он меня ни во что не ставил, только и делал, что командовал. Тоже мне шишка на ровном месте, – поделился своей обидой охранник.

Делать ему этого никак не стоило, потому что новая Юля немедленно вырвалась наружу.

– Вместо того чтобы жаловаться, – прикрикнула на него Юля, – подумал бы, как лучше исполнять свои обязанности. Не видишь, покупатель во дворе грязь месит? Неудивительно, что Борис на тебя нажимал.

Юля в отчаянии зажала рот руками, но было уже поздно. Смертельно обиженный Леша повернулся и ушел.

– Как бы эта стерва, что сидит внутри, не напортила мне с клиентами, – озабоченно сказала Юля. – Вдруг начнет скандалить из-за мятых или мелких денежных купюр. Что, скажет, на паперти собирали или бутылки сдавали? Вот фокус будет.

Но Юля напрасно волновалась. Новая Юля была с покупателями приветлива до омерзения. Хихикала над их глупыми шуточками, как ненормальная кокетничала напропалую и при этом успевала внимательно следить за тем, чтобы они взяли именно тот товар, за который отсчитывали денежки. Деньги она тоже тщательно пересчитывала первый раз в их присутствии, а второй когда они уходили. Затем складывала их в сейф. Охранник Леша только хмуро поглядывал на нее из-за двери, не решаясь соваться.

К концу рабочего дня в сейфе накопилось около десяти тысяч долларов и пятнадцать тысяч рублей. Прикинув, что наличные платежи составляют от силы одну десятую часть денежного оборота, она почувствовала, что начинает понимать Олега с Борисом, которым надоело довольствоваться крохами.

Засура приехал и, проверив Юлину работу, похвалил ее. Но выглядел босс не слишком веселым. А шел по коридору, покачиваясь и налетая на предметы. При этом более мелкие, к примеру, телефоны разбивались вдребезги, а те, что покрупнее, например стулья и компьютеры, после него просто располагались в живописном беспорядке.

– Какое несчастье, что сегодня только среда, – сказал он. – Впереди еще два рабочих дня. Раньше я радовался каждому часу, проведенному у нас в фирме, а теперь со страхом жду, что на меня свалится новое несчастье. Просто не представляю, как мы продержимся. Завтра снова приедут несколько клиентов и послезавтра тоже. А деньги в банк я отвожу только в пятницу вечером. Как думаешь, продержимся до пятницы?

Юле даже стало жалко директора, таким он выглядел несчастным. Однако, поглядев на кучу денег в сейфе, она вспомнила, что до конца недели сумма увеличится еще, как минимум, втрое, и подумала, что директор не заслуживает особенного сочувствия. Зато новая Юля старалась изо всех сил. Пододвинула господину директору кресло, сбегала за кофе, порывалась смахнуть с его рукава невидимую пушинку.

В общем, когда Юля уходила с работы, то чувствовала себя последней дрянью. Внизу возле ажурного металлического крылечка с лесенкой ее ждал Саша. О том, что она звонила ему сегодня и назначала свидание, Юля совершенно забыла. Видимо, это сделала новая Юля, совершенно не собиравшаяся лить слезы по Антону. К тому же теперь безработному и, конечно, мало подходившему в спутники преуспевающей деловой женщине. А вот зубной врач – протезист – на эту роль годился как нельзя лучше.

– Куда пойдем? – нежно взяв Юлю под руку, осведомился Саша.

Сегодня он снова был в белой рубашке, сером джемпере и выцветших до белизны джинсах. На ногах у него были светлые кроссовки, а на голове новая меховая шапка, при виде которой Юле смертельно захотелось куда-нибудь деться.

– Туда, где нужно снимать головные уборы, – откровенно сказала девушка.

Саша намека не понял и повел ее в «Макдоналдс», где Юля жадно слопала гамбургер, выпила пару коктейлей и почувствовала себя снова другим человеком. Общее количество Юль, которые умудрялись умещаться в ней, почти пугало.

– Беру на работе отпуск, – долетело до Юли.

– Куда поедешь? – заинтересовалась она. – Во Францию? В Турцию? В Египет?

– И там, и сям я уже был. В этот раз нужно будет ехать в Грузию. У меня ведь там остались родители. И бабушка с дедушкой. Они уже старенькие, боюсь, что могу не успеть перевезти их сюда. У тебя нет подружки?

Переход от рассказа о почти умирающих дедушки с бабушкой к вопросу о живой и полной сил Юлиной подружке был настолько неожиданным, что Юля не сразу ответила.

– Неужели нет? – истолковал ее молчание по-своему Саша.