Убийство в соль минор - Анна Данилова

— Я принесла вам яблоки, — сказала она мне в нашу вторую встречу. — Врач разрешил.

Прошла неделя с тех пор, как она сделала мне предложение. Она исчезла, но ее присутствие стало ощущаться во всем. Меня перевели в палату люкс, за мной ухаживали как за младенцем, чуть ли не кормили с ложечки. Да и еда была не такой, как раньше. Теперь мне приносили меню вроде ресторанного, где надо было просто проставить галочки, что и в каком количестве мне бы хотелось съесть. Масло, сыр, йогурт, овощи, фрукты, десерты. После унылых бесплатных супчиков и серых каш у меня даже аппетит появился. Вот только не понимал я, чем и как буду расплачиваться за это с девушкой по имени Валентина и зачем я ей вообще нужен. Она говорила что-то о моем восстановлении. Быть может, она решила стать моим агентом, продюсером? Увидела во мне гения-пианиста? Но я не гений, я хорошо знаю свое место среди исполнителей и скорее склонен недооценивать себя, а не обольщаться на свой счет. Да и никто не знает, насколько я восстановлюсь, смогу ли вернуться к репетициям и гастролям.

Хорошо, пусть она решила поставить на меня как на пианиста. Но зачем выходить за меня замуж? Я так разволновался, что даже позвонил своему адвокату Саше Плужникову, попросил прийти. Мой ровесник, холеный молодой человек с порывистыми движениями и умными глазами. Войдя в палату, он невольно присвистнул от восхищения.

— Ты, Сережа, наследство получил? — Он нервно хохотнул.

— Пока нет. Но, думаю, получу. — И, опережая его, я сам спросил: — Ты не знаешь, мне никто ничего не оставил? Может, какой-нибудь дядюшка в Америке? Или в Израиле?

— Я могу узнать. А что случилось? — Он снова окинул взглядом чистенькую палату с удобной кроватью и нежно-голубыми простынями. — Тебя кто-то заставил переселиться в эту палату? Или?..

Он развел руками, и плечи его при этом поднялись. Он просто буравил меня взглядом. Людей всегда интересует, откуда у других берутся деньги.

— Да, Сергей, прими мои соболезнования, — вдруг очнулся он, вспомнив о смерти моей матери.

— Спасибо.

— Я слышал, что тебе пришлось продать вашу квартиру. И где теперь будешь жить, что делать?

— Ждать наследства, — уклончиво ответил я, желая уже как можно скорее избавиться от присутствия не в меру любопытного Плужникова.

— Так наследство все-таки есть? — Он весь напрягся, принимая мою болтовню за чистую монету.

— Поживем — увидим, — я снова напустил туману. И уж, конечно, теперь я понимал, что ему ни за что не расскажу о визите странной девушки, пожелавшей зачем-то выйти за меня замуж. Хотя, когда Плужников ушел, я даже пожалел о том, что ничего ему не рассказал. Такое вот было двойственное чувство. С одной стороны, хотелось оставить свою личную жизнь в тени, с другой — я упустил возможность услышать мнение опытного человека, съевшего собаку на разного рода человеческих ценностях и слабостях. Быть может, он вообще знаком с ней!

Девушка была красива, умна и богата. Во всяком случае, производила именно такое впечатление. И совершенно не походила на студентку-волонтера, сознательно тратящую время и деньги на разбитого, как ваза, пианиста.

Однажды утром ко мне в палату вошла сестра, протянула новые джинсы, рубашку, свитер и белье с носками и сказала, что через час я должен быть готов, меня переводят в другую клинику, где мной займется пластический хирург.

Вот, наконец-то все стало ясно. Вероятно, я немного смахиваю на какого-то человека, и именно это сходство, а никак не мои музыкальные таланты, заинтересовало эту особу. Возможно, мне предназначена роль двойника, предстоит включиться в какую-то опасную игру, в результате которой моя благодетельница получит миллионы евро. Вот тогда хотя бы все прояснится.

Когда я услышал о пластическом хирурге, который перекроит мое лицо, навалилась вдруг такая тоска, что в какой-то момент я подумал: будь что будет. Нервы мои и так были расшатаны, уже долгое время я не мог привести себя в порядок. Так, может, эта девушка послана мне, чтобы разом все закончилось? Чтобы процесс разложения моей личности довести до конца? Чтобы, сыграв свою — вернее чужую — роль, я умер?