Милые обманщицы. Идеальные - Сара Шепард

Ария задумалась. Ее собственная жизнь послужила бы хорошим примером. Еще недавно ее семья счастливо жила в Исландии, о смерти Элисон официально не было объявлено, и никакого «Э» не существовало. Но шесть недель назад развернулась цепь ужасных событий – Ария вернулась в идеальный Роузвуд, тело Эли обнаружили под бетонной плитой на заднем дворе дома, в котором она жила, и «Э» выболтал самый большой секрет семьи Монтгомери: отец Арии, Байрон, изменял ее матери, Элле, с одной из своих студенток, Мередит. Элла тяжело восприняла эту новость и сразу же выставила Байрона из дома. Узнав о том, что Ария целых три года скрывала от нее правду о похождениях Байрона, Элла страдала еще больше. Отношения матери и дочери утратили прежнюю теплоту и доверительность.

Конечно, все могло быть и хуже. В последние три недели Ария перестала получать какие-либо сообщения от «Э». Байрон теперь будто бы жил с Мередит, но Элла, по крайней мере, снова разговаривала с Арией. И Роузвуд до сих пор не захватили инопланетяне, хотя после всех странностей, произошедших в этом городе, Ария не удивилась бы и такому повороту.

– Ария? – не отставал мистер Фитц. – Какие идеи?

Мейсон Байерс пришел ей на выручку.

– Как насчет Адама и Евы и Змея-искусителя?

– Отлично, – рассеянно произнес мистер Фитц. Он задержал взгляд на Арии и потом отвернулся. Ария почувствовала прилив колючего тепла. Она подцепила мистера Фитца – Эзру – в «Снукерсе», баре гуманитарного колледжа, и для них обоих стало потрясением, когда он оказался ее новым преподавателем английского языка и литературы. Конец короткому роману положил сам мистер Фитц, а уже потом Ария узнала, что у него есть девушка в Нью-Йорке. Но она не держала на него зла. У нее неплохо складывались отношения с новым бойфрендом, Шоном Эккардом, добрым и милым парнем, еще и красавчиком.

К тому же Эзра был лучшим учителем литературы из всех, кого знала Ария. За первый месяц учебы он познакомил их с четырьмя удивительными книгами и поставил с учениками скетч по мотивам «Песочницы» Эдварда Олби. Вскоре класс готовился выступить с интерпретацией «Медеи» – греческой пьесы, в которой мать убивает своих детей, – которую разыгрывали в стиле «Отчаянных домохозяек». Эзра учил их думать нестандартно, а все нестандартное как раз и было сильной стороной Арии. Теперь, вместо прозвища «Финляндия», одноклассник Ноэль Кан придумал ей новую кличку, «подхалимка». Впрочем, было приятно снова предаваться школьным радостям, и она уже почти не вспоминала о том, что когда-то в их отношениях с Эзрой бушевали страсти.

Разумеется, пока Эзра не бросил в ее сторону кривую улыбку. Тут уж она не могла сдержать волнение. Ну, или что-то похожее на трепет.

Сидевшая прямо перед ней Ханна Марин подняла руку.

– А как вам такая книга, где героини – лучшие подруги, но потом вдруг одна из них показывает свое истинное лицо и уводит чужого парня?

Эзра почесал затылок.

– Сожалею… Но, кажется, именно эту книгу я не читал.

Ария сжала кулаки. Она-то знала, о чем речь.

– Последний раз повторяю, Ханна, я не крала у тебя Шона! Между вами все уже было кончено. И хватит об этом!

Класс грохнул смехом. Плечи Ханны напряглись.

– Кое-кто слишком зациклен на собственной персоне, – пробормотала она, не оборачиваясь, но обращаясь к Арии. – Кто сказал, что я говорю о тебе?

Но Ария знала, что это о ней. Когда Ария вернулась из Исландии, она с удивлением обнаружила, что Ханна из пухлой и неуклюжей «шестерки» Эли превратилась в изящную красавицу, богиню в дизайнерских шмотках. Казалось, Ханна добилась всего, о чем мечтала: вместе со своей лучшей подругой, Моной Вондервол – еще одной преобразившейся неудачницей – верховодила в школе и даже сумела заарканить Шона Эккарда, о котором грезила с шестого класса. Ария обратила внимание на Шона только после того, как услышала, что Ханна его бросила. Правда, вскоре узнала, что все обстояло как раз наоборот.

Ария надеялась на воссоединение с давними подругами, тем более что все они получали послания от «Э». Но общение не заладилось, и они снова вернулись в то прошлое, когда избегали друг друга после исчезновения Эли. Ария даже не успела рассказать девочкам о том, как «Э» обошелся с ее семьей. Единственной из бывших подруг, с кем Ария еще поддерживала более или менее теплые отношения, была Эмили Филдс – но их разговоры, в основном, сводились к причитаниям Эмили, которая винила себя в смерти Тоби, в то время как Ария твердила о том, что никакой ее вины в случившемся нет.

– Как бы то ни было, – сказал Эзра, выкладывая на первые парты для раздачи по рядам экземпляры «Алой буквы», – я попрошу всех прочитать за эту неделю первые пять глав и к пятнице представить трехстраничное эссе на любую тему, которая вас зацепит в начале книги. Договорились?

Все застонали и начали шушукаться. Ария сунула книжку в сумку из меха яка. Ханна наклонилась, чтобы поднять с пола свою сумочку. Ария коснулась тонкими бледными пальцами руки Ханны.

– Послушай, извини. Мне действительно очень жаль.

Ханна резко отдернула руку, поджала губы, молча запихивая «Алую букву» в миниатюрный клатч. Книга не умещалась, и Ханна недовольно зарычала.

Из динамиков полилась классическая музыка, и это означало, что урок окончен. Ханна вскочила со стула как ошпаренная. Ария медленно поднялась из-за парты, сложила в сумку ручку и тетрадь и направилась к двери.

– Ария.

Она обернулась. Эзра стоял, прислонившись к дубовому столу, прижимая ногой затертый кожаный портфель цвета карамели.

– Все в порядке? – спросил он.

– Извините, что так вышло, – сказала она. – Между мной и Ханной есть кое-какие недоразумения. Это больше не повторится.

– Нет проблем. – Эзра отставил кружку с чаем, который пил с молоком и специями. – А все остальное в порядке?

Ария прикусила губу и задумалась, стоит ли рассказать ему о том, что происходит. Но зачем? Насколько она знала, Эзра такой же бабник, как и ее отец. Если у него действительно есть девушка в Нью-Йорке, выходит, он ей изменял, когда путался с Арией.

– Все хорошо, – выдавила она из себя.

– Вот и славно. Ты здорово работаешь в классе. – Он улыбнулся, сверкнув очаровательным дефектом двух нижних зубов, растущих внахлест.

– Да, мне нравится ваш предмет, – сказала она, делая шаг в сторону двери. Но, не устояв на высоких каблуках, полетела прямо на стол Эзры. Он схватил ее за талию и вернул в вертикальное положение… прижимая к себе. От его тела веяло теплом и покоем, а еще приятным ароматом, в котором смешались запахи острого перца, сигарет и старых книг.

Ария быстро отстранилась.

– Ты в порядке? – спросил Эзра.

– Да. – Чтобы занять руки, она принялась поправлять школьный блейзер. – Извините.

– Да ладно, – ответил Эзра, засунув руки в карманы пиджака. – Что ж… до встречи.