Зеркало Елены Троянской - У. Уилер

Дверь распахнулась, в проёме мелькнуло испуганное лицо секретаря, а затем появился средних лет господин в недорогом твидовом костюме, крепко сложенный и осанистый.

— Мисс Ива? Прошу простить моё вторжение, но, увы, дело не терпит отлагательств. Старший инспектор Скотланд-Ярда Суон.

— Сегодня я не принимаю, инспектор. Я уезжаю и возобновлю приёмы не ранее чем через месяц, — сдержанно произнесла Ива, с неудовольствием глядя на незваного посетителя.

— Увы, мисс Ива, боюсь, что вам не придётся сегодня уехать. Дело серьёзное и отлагательств не терпящее. Сегодня утром миссис Робинсон была найдена убитой у себя на квартире.

— Я не знаю никакой миссис Робинсон, — проговорила ясновидящая холодно, поправляя пуговицы на перчатке.

— Ах, да. Это вполне естественно. Должно быть, вам она известна как мадмуазель Зулейка, — усмехаясь в усы, поправился инспектор.

— Зулейка? — Ива была, вне всякого сомнения, удивлена, но отнюдь не потрясена, и, почти мгновенно взяв себя в руки, продолжила недовольным тоном. — Это, вне всякого сомнения, ужасно. Но чего вы хотите от меня? Чтобы я нашла убийцу? Не думаю, что могу вам помочь. Я не занимаюсь поиском преступников.

— Собственно, я не собирался просить вас о таком одолжении; полагаю, с этим вполне справится Скотланд-Ярд, — снова сдержанно усмехнулся инспектор, — но мне хотелось бы задать вам несколько вопросов. И, конечно, попросить вас не покидать Лондона до окончания расследования.

— Вот как? Вы подозреваете меня? Очень интересно. Что же, проходите, инспектор.

Обратившись к Алоизу, маячившему бледной тенью за спиной инспектора, Ива распорядилась разобрать вещи и отогнать авто, а затем элегантным жестом пригласила инспектора Суона войти и расположиться на козетке. Несмотря на этот жест, полный естественного изящества, прорицательница даже не старалась скрыть недовольства.

— Что же вы хотите узнать? — немного надменно спросила она, разглядывая посетителя. Инспектор Суон был джентльменом лет пятидесяти или чуть менее того, с мужественным лицом и проседью в тёмных волосах, аккуратно подстриженными усами и проницательными глазами. Это последнее особенно отметилось Иве: Инспектор обладал характером твёрдым и явно был неглуп.

— Насколько я знаю, вчера вечером вы давали сеанс у графа Бёрлингтона?

— Именно так.

— Не будете ли вы так любезны сказать, как вы провели время после сеанса? — с подчёркнутой учтивостью осведомился инспектор.

— Я ушла сразу. Я была утомлена. Алоиз, мой секретарь, отвёз меня домой, и я легла в постель. Проснулась нынче около девяти, и рассчитывала отправиться в Бат поездом в 12.30.

— И кто-то может подтвердить это?

— Разумеется. Мой секретарь и моя горничная. Секретаря вы только что видели, а горничную найдёте наверху, если вам угодно.

— Да, ваш секретарь именно так и сказал. Позвольте спросить — а чем вызван ваш спешный отъезд?

— Он отнюдь не спешный, инспектор. Я собиралась провести весну на водах, но настойчивые приглашения графа несколько отсрочили мой отъезд. Я могу поинтересоваться, есть ли у вас основания подозревать меня?

— Никаких, никаких, — покладисто и поспешно заверил Суон. — На самом деле, я рассчитывал на что-то вроде консультации. Видите ли, я никогда не сталкивался с представителями вашего рода занятий. Я имею в виду людей, обладающих специфическими способностями.

— У мадмуазель Зулейки были весьма посредственные способности, — без особого почтения к почившей заметила прорицательница.

— Разумеется, разумеется, мисс Ива, — иронично улыбнулся инспектор, давая понять, что ничего другого он и не ожидал, учитывая явную конкуренцию дам в магическом промысле. — Тем не менее, миссис Робинсон имела определённую репутацию, не так ли?

— Несомненно, она прекрасно себя подавала, — в тон инспектору, с язвительностью ответила Ива, доставая из дорожного ридикюля изящный портсигар.

Инспектор, вынув из кармана зажигалку, галантно предложил ей огня и стал с любопытством разглядывать на собеседницу.

— Что же, вы хотели у меня узнать только лишь о репутации Зулейки? — спросила Ива, легко выдерживая пытливый взгляд Суона.

— А вам не интересно, как была убита ваша коллега?

— Вероятно, она была убита ножом, в своём салоне, в час Быка, то есть около часу или двух пополуночи, — немного подумав, сообщила Ива.

— Вот как? Простите мой нескромный вопрос — вы это увидели, так сказать, внутренним взором? — не без любопытства спросил инспектор.

— Если вам так будет угодно, — совершенно ледяным тоном отчеканила Ива.

Пока их разговор походил на встречу двух опытных фехтовальщиков. Противники обменивались выпадами, изящные вольты и предупредительные блоки чётко указывали дистанцию, безопасную для рекогносцировки возможностей противника, но — ни капли крови!

Повисла неприятная пауза. Суон, помолчав, неожиданно покачал головой с некоторым сожалением.

— Простите, мисс Ива. Мне бы вовсе не хотелось, чтобы мы оказались непримиримыми врагами. Я понимаю ваше недовольство, но я лишь выполняю свой долг, и, признаться, сейчас его выполнение кажется мне затруднительным. Я чувствую себя на довольно тонком льду.

— Что же, тогда вам стоит сразу приступить к тому, ради чего вы пришли, — чуть спокойнее произнесла Ива и вновь посмотрела инспектору в глаза. Взгляд её, ещё вспыхивавший не вполне остывшим возмущением, был открытым и безбоязненным.

«Какая женщина!»— подумал инспектор, невольно восхищаясь.

— Хорошо, тогда начнём по порядку. Я хотел бы знать подробнее о клиентуре миссис Робинсон, или мадмуазель Зулейки, если вам так будет угодно. Меня, конечно, интересуют имена, но, в общем и целом, мне хотелось бы понять — какому кругу она оказывала свои услуги?

Ива пожала плечами, потушила папиросу и не без пренебрежения ответила:

— Мелкие буржуа, запутавшиеся игроки, опустившиеся отпрыски аристократических семейств, любители пощекотать себе нервы эффектными трюками.

— Каким же образом она попала в столь блестящее общество, как то, что вчера собралось у графа Бёрлингтона?

— Не имею понятия. По правде говоря, я также была удивлена, увидев её. Но граф сказал, что, вероятно, она приглашена кем-то из членов Хэмпстедского клуба. Члены клуба всегда получают по три приглашения на все вечера, которые организует граф Бёрлингтон, и могут распоряжаться ими по своему усмотрению.

— Значит, никто из вчерашних гостей графа Бёрлингтона не мог быть клиентом или хорошим знакомым мадмуазель? — спросил инспектор.

Теперь, когда он был занят делом, когда не пытался сломить сопротивление собеседницы, а шаг за шагом двигался по одному ему известному маршруту логических умозаключений, он совершенно отбросил иронический тон. Взгляд инспектора стал острым, глаза немного прищурились как у охотника, следящего за зверем из засады, и он невольно потянулся к карману за портсигаром. Помедлив, чтобы получить рассеянное разрешение хозяйки, он закурил. Ива медлила с ответом.