Загадочный перстень - Ирина Глебова

Всем известно, что в летнюю пору дни самые длинные в году. Но этот день казался Викентию Павловичу совершенно нескончаемым. Заботы о мёртвом теле он оставил директору. Тот, конечно, пребывал в полном удручении, но уже отдавал нужные распоряжения. Петрусенко же спустился вниз, решив поговорить с шофёром. Если и раньше, сомневаясь в подобном совпадении, он связывал события одного дня и одного места: кражу и нападение на девушку, то теперь он и сомнения отбросил. Убийство стало узелком. Кража перстня и гибель Аржена друг от друга неотделимы. Вот оно, тому доказательство — у него в кармане. Нападение на молоденькую горничную, как будто, из другого ряда. Но не для него, Петрусенко! Есть эта связь, есть! Просто она не на виду…

В вестибюле возбуждённый народ не расходился. Иностранцы стояли своей группкой вокруг кресла, где сидела мадам Аржен. Они уже знали подробности от спустившихся ранее Хлодвига и Деплесси.

— Господа, — обратился ещё с лестницы сразу ко всем Петрусенко. — Произошла трагедия, насильственная смерть одного из гостей отеля. Но я представитель сыскного управления, и расследование уже начато. Сейчас сюда прибудет полицейская стража, на всех этажах установим посты — для вашей безопасности, вплоть до прояснения дела.

Петрусенко понимал, что часть перепуганных жильцов тут же покинет Гранд Отель, но его это не волновало. Он подошёл к иностранцам и повторил уже для них, по-французски:

— Вам, господа, гарантирую безопасность, в отеле сейчас будут установлены полицейские круглосуточные посты. Надеюсь, вы понимаете, что переезжать вам отсюда нельзя.

— Вы предполагаете, кто-то из нас причастен к смерти нашего коллеги?

Это спросил высокий красивый блондин Эрикссон. Викентий Павлович несколько секунд глядел в его спокойные светлые глаза — до тех пор, пока швед первым моргнул. Чуть шевельнув бровями, ответил:

— Это не я сказал, а вы. Но это так, предполагаю. — И вскинул ладонь, предупреждая возгласы. — Всего лишь предполагаю. В этом нет ничего обидного. И вы поможете следствию, если будете спокойны и откровенны во всём… Мадам! — Он повернулся к женщине, ещё бледной, но уже явно оправившейся от первого потрясения. — Вам не нужно возвращаться в ту злополучную комнату. Сейчас спустится директор, он предоставит вам другой номер, вещи вам перенесут.

— Да, Клоди, милочка, — сказала пожилая супруга доктора Бергера. — Пока всё уладится, пойдём к нам, тебе нельзя оставаться одной!

Холл быстро пустел. Петрусенко направился к угловому креслу под пальмой, где всё это время сидел шофёр Коринцев.

— Расскажите мне, Александр Игнатьевич, как всё произошло. И покажите — где!

Муниципалитет, откомандировавший шофёров в услужение иностранных врачей, оплатил их питание в ресторане отеля… Александр Коринцев ужинал, сидя у самого первого от двери столика. Есть он в этот раз не хотел, потому лишь выпил чашечку кофе и съел бутерброд. В раскрытую дверь он увидел горничную Варю, которая шла через холл с большой полной бельевой корзиной. Он видел, что девушка направляется к боковому выходу во двор, и понял, что там, видимо, расположены хозяйственные пристройки, прачечная.

— Знаете, господин следователь, эта девушка мне очень нравилась. Когда я в первый день, утром, приехал сюда, зашёл в пустой холл, то немного растерялся — к кому обратиться. А она это поняла, сама подошла, спросила: не шофёр ли я для иностранцев? Отвела к директору. И потом всегда улыбалась, приветливо здоровалась… Милая, совсем ещё девочка, доброе существо! Я подумал: тащит такую тяжёлую корзину с грязным бельём, обратно тоже, небось, понесёт чистое. А у меня полчаса, как минимум, работы не будет: все мои клиенты только начали ужин.

Коринцев вышел в хозяйственный двор почти сразу за девушкой, но уже никого не увидел. Двор был невелик, образован длинной одноэтажной прачечной, мастерской и каретным сараем. Ворота, выходившие на улицу, закрыты, из распахнутых окон кухни доносился шум, в самом дворе — пусто. Шофёр пожал плечами — какая быстроногая девчонка! Задумался: уйти или подождать её? И вот тут вдруг увидел за выступом пристроенного к зданию продуктового склада краешек корзины, как будто лежащей на боку, и что-то белеющее… выпавшее бельё. Это показалось ему так странно, что он сразу рванулся туда. И увидал того бандита, прижавшего девушку к стене и душившего её. Она уже потеряла сознание…

Ну а дальше было ясно и без слов. Петрусенко видел бандита — коренастого, жилистого, не столько сильного, сколько цепкого и напористого. А Коринцев — вот он: ладно и мощно скроен, высок, развёрнутые плечи и широкая грудь. Сразу видно — силён и решителен. Он мгновенно скрутил бандита, громко позвал на помощь. Из кухни выскочили двое, здоровые мужчины. С ними он оставил бандита, а Варю, лёгенькую и безжизненную, схватил на руки и бегом понёс в отель… Сейчас уже оба, и сыщик и шофёр знали, что девушка в больнице пришла в себя, но плохо помнит происшедшее. Она просто не успела ничего понять: на неё кто-то набросился почти сразу же, потянул за угол… Дальше она ничего не помнит.