Гипнотизер для темных дел - Ольга Баскова

– Гена, ты дома?

– Да, дорогая. – Она говорила свистящим шепотом, и ему на мгновение стало не по себе. – Что-нибудь случилось?

Девушка задышала в трубку:

– Мы убили его. Тело нашли и теперь разыскивают убийцу.

Он растерялся:

– Ты о чем говоришь?

– Тот человек в парке. – Геннадий по голосу ощущал, как трепещет ее тело. – Они ищут нас. Секретарь принесла мне газету, я покажу тебе. Там целая статья.

Молчанов наконец понял, о чем идет речь, и похолодел, однако постарался взять себя в руки:

– Это ничего не значит. Нас никто не видел.

– Я в этом не уверена.

– Ради бога, успокойся, – врач старался говорить как можно мягче. – Мы все обсудим дома. А сейчас выпей валерьянки, чтобы никто ничего не заподозрил по твоему лицу.

– Хорошо, любимый. Ты действительно считаешь, что нам пока ничего не грозит?

– Я просто убежден.

– Тогда я возьму себя в руки, – девушка чмокнула трубку. – Жди меня и никуда не уходи. Я скоро.

– Жду с нетерпением.

Вера прилетела через полчаса. Не снимая босоножки, она кинулась в гостиную и тяжело опустилась на диван.

– Вот, – она протянула ему свернутую в трубочку газету. – Посмотри заметку. Я обвела ее красным маркером.

Геннадий развернул и стал читать: «Двадцатого июля в городском парке, находящемся на проспекте Победы, был обнаружен труп неизвестного мужчины с черепно-мозговой травмой. Всех, кому что-либо известно о происшествии, просим позвонить по телефонам…» – Он бросил удивленный взгляд на сожительницу:

– Но здесь нет ничего такого, что должно нас взволновать.

Женщина нервно расхаживала по комнате:

– Нас могли увидеть.

Молчанов отмахнулся:

– Каким же образом? Мы ведь никого не видели.

Вера сглотнула слюну:

– Это ничего не значит.

Он обнял ее и усадил к себе на колени:

– Поверь, нам нечего бояться.

Акулова прижалась к нему:

– Как бы я хотела тебе верить! – спрыгнув с колен любовника, она взяла сумочку и достала из нее кошелек.

– Я не останусь на обед, дорогой.

– Почему?

Вера, отведя глаза, пояснила:

– Я должна присутствовать на важных переговорах. Богатейшие люди города хотят оказать нашей фирме содействие. Не упускать же такой шанс.

Врач кивнул:

– Кстати, ты никогда не рассказывала, при помощи чего процветает ваш директор.

Продолжая что-то усиленно искать в кошельке, Вера ответила:

– У него три собственных лагеря. Каждый год он участвует в конкурсе на оздоровление детей, живущих в детских домах и школах-интернатах. Если выигрывает (а проигрышей у него еще не было), то размещает воспитанников этих заведений в свои лагеря. Департамент образования и богатые спонсоры ему хорошо платят.

– Понятно.

– Есть еще много мелких деталей, – на лбу девушки появилась складка, – но это тебе неинтересно. Кстати, ты нигде не видел моей ламинированной визитки?

– Как она выглядит?

Акулова озабоченно поправила прическу:

– Чуть больше обычного прямоугольника, размером с проездной билет. Я сделала ее специально для директора фирмы, нашего сегодняшнего визитера, – ее лицо стало покрываться бледностью. – Где же она может быть?

Дрожащими руками она принялась сбрасывать все со стола и тумбочки. Геннадий подошел к ней и положил руку на плечо:

– Ну почему ты так нервничаешь?

Она обернулась к нему, дико вращая глазами:

– Если я не положила визитку в кошелек, значит, она валялась на дне сумки. Тот грабитель, если помнишь, раскрыл ее и размахивал ею. Визитка могла выпасть в парке, даже возле трупа. Тогда мы попались.

Мужчина покачал головой:

– В таком случае с нами бы давно связались. Поверь мне, любимая, у милиции это была бы единственная зацепка.

– Я об этом не подумала, – ловким движением Вера смахнула вываленное содержимое обратно в сумочку, улыбнувшись:

– Ладно, попрошу секретаршу сделать что-нибудь подобное. До вечера, дорогой.

Он потянулся, чтобы поцеловать ее, но она отстранилась:

– Извини. Сегодня у меня не то настроение.

– Понимаю.

– До встречи.

Когда за Верой захлопнулась дверь, Молчанов впервые за эти дни почувствовал укол ревности и досады.

Вера перезвонила через два часа, попросила прощения за холодность и предупредила: она задержится допоздна, пусть любимый не волнуется. У нее все хорошо, она крепко-крепко его целует и обнимает. Геннадий поморщился: его подруга была явно навеселе.

– Как ты доберешься до дома? – поинтересовался он. – Не сядешь же ты за руль в таком состоянии?

Возлюбленная расхохоталась:

– Естественно, нет. Меня подбросит служебная машина.

Мужчину снова охватило неприятное чувство. Служебная машина, шофер, в конце концов, хозяин, с которым она спит… Нет, если он хочет оставаться с этой женщиной, нужно в корне менять жизнь. Во-первых, устроиться на работу. Но куда? От возможных работадателей был получен однозначный от ворот поворот. Значит, нужно снова открывать собственный кабинет. Только на какие, спрашивается, шиши? Геннадий наморщил лоб. Вера что-то говорила о первоначальной спонсорской помощи. Может, она действительно готова вложить в него определенную кругленькую сумму? Молчанов поднялся с дивана и направился в кухню, чтобы поставить чайник. Неожиданный телефонный звонок заставил его вздрогнуть. Несколько секунд врач в нерешительности стоял у аппарата, раздумывая, снимать ли трубку. Вера звонить не могла: она ясно дала понять, что нечего ждать ее раньше полуночи. Престарелый любовник его сожительницы наверняка находился вместе с ней. А что, если это все-таки он? Следует ли Геннадию отвечать на звонок? Не повредит ли это его возлюбленной? Он отошел от телефона, но тот трезвонил так настойчиво, что гипнотизер махнул на все рукой:

– Я слушаю.

Развязный мужской голос, хихикнув, произнес:

– Ты кто, собственно, такой?

Молчанов растерялся:

– А кто вам нужен?

Незнакомец закашлялся:

– Мне нужно госпожу Акулову Веру Семеновну собственной персоной.

– Ее нет.

В трубку засопели:

– Это очень плохо, приятель. Ты даже не подозреваешь, насколько.

Геннадий решил помочь подруге:

– Вы можете поговорить со мной, но для начала представьтесь.