Код возвращения - Данил Корецкий

— Начальник уголовного розыска Центрального района майор Рожков.

— Оперуполномоченный Петров, — синхронно предъявил такое же удостоверение молодой рыжеволосый паренек.

— Вы Лапин, он же Карданов? — спросил майор.

По взгляду, который бросил на вошедших бармен, Макс понял, что он и вызвал милицию. Но все происходящее его совершенно не волновало. И если он отодвинул тарелку с недоеденной отбивной, то не потому, что пропал аппетит, а потому, что он насытился.

— В чем дело, господин майор? Вернее, товарищ майор, — поправился Макс. В обиход сотрудников органов новомодное «господин» так и не вошло. — У меня есть несколько имен, но подробности этого являются государственной тайной. Я не смогу говорить с вами об этом.

Рожков кивнул, а Петров только развел руками. Он на каждом шагу наталкивался на государственные секреты.

— К вам нет никаких претензий, — сказал майор. — Речь идет о свидетельских показаниях по давнему делу. Перестрелка здесь, в ресторане. Помните?

— Конечно, — кивнул Макс и вытер губы салфеткой. — Но похоже, что сейчас те события трактуются совсем по-другому.

— В уголовном деле все задокументировано предельно точно, — пояснил майор. — Вы можете проехать с нами?

— Почему нет? — Макс встал и положил на стол несколько купюр.

Все трое вышли и сели в служебную «шестерку». Почти сразу заговорила рация:

— Четвертый, я «Океан», перестрелка на Мануфактурном, девять, есть убитые.

— Я понял, выезжаем! — ответил Рожков. — Вы не против заехать в адрес? Это почти по дороге.

— Конечно! Я ведь жил в том доме. И сегодня заходил туда!

Его согласие особого значения не имело, потому что Петров, включив сирену, уже гнал машину в сторону Богатяновки. Через несколько минут они прибыли к адресу.

Место происшествия окружала пестрая толпа зевак. Богатяновская хевра бурно обсуждала происшедшее.

— Да это нахичеванские, зуб даю, — божился Кружок. — Они с нашими пацанами уже стрелялись в Театральном.

— Я сама видела, как трое убежали. Во-о-он туда. Милиционеры привычно врезались в толпу.

— Быстро расходимся! Только свидетели остаются! Быстро, я сказал!

Возле подъезда лежали два трупа, валялись десятки гильз. Неподалеку стояла расстрелянная «Волга». Человек в черных очках вышел из подъезда навстречу милиционерам.

— Ба, знакомые все лица! — воскликнул Рожков. — Круто вы тут развернулись! Что произошло?

Вампир подошел вплотную, обнял его за плечи и отвел в сторону.

— Мы работаем по «Руке Аллаха», — понизив голос, сообщил он, и Рожков кивнул. Уж кто-кто, а он понимал, что стоит за этими словами. — Здесь когда-то жил интересующий нас фигурант, некий Лапин. Мы пришли проверить адрес, а тут неизвестно откуда появились эти типы и открыли огонь. У нас двое контуженых.

Нижегородцев запнулся, уставившись взглядом в лицо вышедшего из машины Макса. К тому тут же подошел Кружок.

— Брателла, ты живой! Я думал, это тебя замочили! Давай выпьем на радостях!

— Это кто? — Вампир напрягся. — Он очень похож…

Вампир снял темные очки и тут же надел обратно. Теперь он выжидающе смотрел на начальника УР. Тот кивнул.

— Да. Это Лапин. Мы нашли его в «Маленьком Париже».

Вампир больше ничего не слушал.

— Я должен его забрать.

— В качестве кого? — поинтересовался майор.

— В качестве оперативного контакта, разумеется.

— Но мне он нужен как свидетель. Нижегородцев устало смежил веки, но из-за темных очков никто из окружающих не мог этого заметить.

— Потом я направлю его к тебе. Нам он нужен очень срочно.

— Договорились, — согласился Рожков. — Но тебе надо будет уговорить его.

Карданов рассматривал лица убитых и задумчиво морщил лоб. Его внимание привлекла татуировка на запястье у коренастого: оскаленная волчья пасть. Потом он увидел точно такую же и у второго убитого. В это время из подъезда вышла Антонина в красном «выходном» халате. Она была сильно пьяной и едва держалась на ногах.

— Эй ты, Чокнутый, ты что здесь творишь? Почему хулиганишь? А ну, быстро домой!

Вампир улыбнулся.

— Думаю, с этим проблем не будет, — сказал он и оказался прав.

* * *

Тиходонск,

3 октября 2004 года,

17 часов 10 минут.

Изрешеченная пулями «Волга», как ни странно, ехала вполне нормально. Если можно считать нормальным движение по центральной улице города машины с простреленной дверью, капотом и выбитым лобовым стеклом. Карданов, сидя на заднем сиденье рядом с Нижегородцевым и соприкасаясь плечом с грязной и порванной на рукаве курткой майора, ждал, что каждую минуту их будут останавливать, однако если гаишники и встречались по дороге, то делали вид, что не замечают непорядка.

Макс пребывал в растерянности. Нападение трех неизвестных, теперь эта перестрелка. Все это, несомненно, каким-то образом связано с ним. Таких совпадений не бывает.

— Зараза, все внутри болит, будто палкой саданули! — морщась, произнес сидящий за рулем Бурик.

— И у меня, — сказал Молотов. — Если бы не жилеты, нас бы не было в живых.

— А кто заставил их надеть? — спросил Нижегородцев, и его тон сам по себе мог служить ответом на этот вопрос.

Но настроение у всех было довольно мрачным, и всю дальнейшую дорогу они ехали в молчании.

Через полчаса Нижегородцев завел Макса в Управление и провел прямо в приемную начальника.

Генерал поднялся навстречу вошедшим. Это был крепко сбитый, но уже начавший полнеть мужчина с отработанными манерами руководителя. На нем был строгий приталенный костюм черного цвета, розовая рубашка и темный клетчатый галстук. Максу этот наряд показался безвкусным.

— Здравствуйте, Макс Витальевич!

Голос у Лизутина был зычным и властным. Из него вполне мог выйти хороший певец. Конечно, не тенор, а баритональный бас.

— Здравствуйте, — Макс пожал протянутую руку, продолжая рассматривать хозяина кабинета.

Реденькие светлые волосы зачесаны через лысину справа налево, но не могут ее скрыть, однако выдают скрытые комплексы генерала. И уши смешно оттопырены в стороны, почти как у Чебурашки. Однако комичный вид хозяина кабинета компенсировали его глаза. Маленькие, глубоко посаженные, они обладали почти гипнотическим действием. Карданов почувствовал это сразу, едва пересекся взглядом с этим человеком. А уж сам Макс о гипнозе знал немало, и не понаслышке!

Лизутин взял Карданова под руку и провел к двум креслам у журнального столика в углу кабинета.