Ноу-хау палача - Алексей Макеев

– Как правило, на такие мероприятия гости съезжаются не одновременно. Люди, бывает, задерживаются из-за пробок или по другим причинам. Поэтому сначала мы организовали фуршет. Живой оркестр играл нежную классическую музыку, гости пили аперитивы, закусывали и общались между собой. Потом начался непосредственно аукцион. Его вел один известный актер. Это была причуда одного из устроителей. Откровенно говоря, мы с Надей испытывали некоторые опасения, но молодой человек отлично справился, на мой взгляд. Хорошо держался, шутил, умело «заводил» публику во время самих торгов. Так что все прошло гладко и хорошо. Что касается меня, то сначала я была очень занята организационными приготовлениями. Как говорится, крутилась словно белка в колесе. Поэтому не сразу заметила, что Виталий задерживается, пока наконец не осознала, что мужу давно пора было появиться. Я обратилась к Сергею, и выяснилось, что он уже не раз созванивался с мужем и узнал, что Виталий не просто к началу опаздывает, но и намерен серьезно задержаться, так как на производстве что-то случилось. Я разнервничалась и незаметно покинула зал, чтобы созвониться с мужем.

– Сергей последовал за вами?

– Конечно. Он ведь не собирался принимать непосредственное участие в торгах. И был на работе. А его работа – быть рядом со мной. Виталий меня успокоил как мог. Заверил, что с ним все в порядке, но сказал, что на мероприятие он, наверное, не успеет. А это означало, что я буду одна до конца приема, и домой мне предстояло ехать в сопровождении Сергея. Я расстроилась и почувствовала острое желание отправиться домой прямо сейчас. Но аукцион был в самом разгаре, и я могла понадобиться Наде, поэтому приняла решение задержаться еще ненадолго.

– Хорошо, этот момент понятен. Что было дальше?

– После завершения аукциона начались танцы и снова фуршет. В ход пошли оставшиеся закуски, а вот алкоголь заказывали победители торгов. Что называется, проставлялись по поводу приобретения. Народ под винными парами перешел к более неформальному общению. Танцы, анекдоты, легкий флирт, все как обычно. Мне оставалось переговорить с Надей, организовать некоторые мелочи, встретить курьеров с алкоголем, объяснить, куда проносить заказы, и можно было отправляться домой. Оформление бумаг, проверка оплаты, упаковка проданных лотов для отправки новым хозяевам – этим всем занималась Надя, к тому же подобные вещи обычно на другой день переносятся. Правда, сразу уехать у меня не получилось. Как вы, наверное, знаете, в нашем бизнесе очень большую роль играют связи. Моя работа состоит не только в организации самого аукциона или оценке лотов, но и в непосредственном общении с людьми, будь то продавцы, или покупатели, или просто посетители, что кочуют от раута к аукциону и обратно в поисках развлечений, новых впечатлений и бесплатного угощения.

– Но, судя по протоколам происшествия, – зашелестел бумагами Лев, – до конца вечера вы так и не остались?

– Нет. Честно говоря, нужно было, но я не смогла себя заставить. Понимаете, я не привыкла, да и не люблю появляться в обществе одна, без мужа. Настроение уже было слегка испорчено, и потом, я переживала, как там Виталий и что конкретно у него на производстве случилось. Поэтому поторопилась покинуть мероприятие при первой же возможности. Подробности рассказывать?

– Если вас не затруднит, – кивнул полковник, – ничего не пропускайте. Сейчас вам так не кажется, но это может быть очень важно.

– Честно говоря, вспоминать все это неприятно и слишком волнительно. Но я понимаю, так надо. – Молодая женщина немного помолчала, словно собираясь с мыслями или настраиваясь на продолжение разговора.

– Вы приняли решение покинуть аукцион, – подсказал Гуров.

– Да, мне кое-что показалось, будто знакомое лицо мелькнуло в толпе гостей. Я расстроилась еще больше и заторопилась домой.

– Что именно вам показалось? Кого в тот вечер вы заметили в толпе?

– А?! Что, простите?! – Алина растерянно посмотрела на сыщика, словно видела его впервые, глубоко задумалась, а потом махнула рукой: – Это все неважно. Понимаете, я подумала, что Виталий все же сумел вырваться. Но я просто обозналась. А когда поняла свою ошибку, очень сильно расстроилась и сказала Сергею, что мы срочно едем домой.

– Значит, вы ошиблись, расстроились и собрались уезжать неожиданно для всех окружающих?

– Именно так.

– То есть вы хотите сказать, что в тот день ваши планы спонтанно менялись несколько раз? – уточнил Гуров, отмечая что-то в своих записях. – Сначала планировалось, что вы отправитесь домой на машине мужа и с его охраной. Потом было принято решение, что вы поедете в сопровождении Сергея Петрова на том авто, на котором обычно передвигаетесь по городу. И в тот же вечер, но немного позже, вы неожиданно перенесли время выезда на более ранний срок?

– Да, так все и было, Лев Иванович. И я понимаю, к чему вы клоните. Если за нами следили, преступнику было весьма сложно определиться, какую машину минировать и когда. В свете этих соображений все, что произошло дальше, выглядит странно и нелепо.

– А ваши переговоры с Петровым мог в тот вечер услышать кто-то посторонний?

– Ну конечно! Мы же не обменивались с ним какими-то сверхсекретными сведениями! Говорили при всех гостях, и на приеме, и во время аукциона. Нас мог слышать любой, кто находился в тот момент рядом. И боюсь, что затрудняюсь вспомнить хоть одно имя, я просто внимания не обращала. Но вы же не можете предполагать, что преступник сначала вертелся рядом, слушая наши разговоры, а потом побежал взрывчатку в машину закладывать?

– Всякое бывает, – протянул Гуров, – и этот момент на сегодняшний день остается невыясненным. Но давайте пока оставим эту тему. И поговорим непосредственно про сам момент взрыва, а также о моментах, ему предшествовавших.

– Хорошо. Я попрощалась с Надей, и мы с Сергеем пошли к лифту. А уже в самом лифте я вспомнила, что оставила сумочку в дамской комнате. Туда я заходила как раз перед тем, как собралась уезжать. Сергей хотел возвратиться со мной на прием, но я возразила – вернуться за сумкой минутное дело, и со мной ничего не может случиться за такой срок в охраняемом помещении, в котором ярко горит свет и к тому же полно людей. И еще я сказала, что будет намного лучше, если Сергей, пока я схожу за сумкой, хорошенько прогреет машину. Был уже вечер, вероятно, на улице стало еще холоднее, и мне не хотелось снова продрогнуть. Так что в этом, пожалуй, есть доля моей вины, Лев Иванович. Ведь это я велела Сергею идти в машину и включить зажигание.

– Дорогая, по этому поводу тебе не стоит переживать! – стал энергично возражать Соловьев.

– Согласен. Вероятнее всего, это просто стечение обстоятельств. Для вас – счастливое, коль вам удалось избежать гибели. А для Петрова, наоборот, несчастное.

– Ну подумай сама, что ты могла в той ситуации сделать? Наплевать на сумку и пойти в машину вместе с ним? Или вернуться с ним за сумкой, а потом пойти в машину? – горячо заговорил Виталий Егорович.

– Да, наверное.

– Но тогда ты бы тоже погибла! – вскричал он. – Даже думать не смей, что виновата! Еще не хватало – привить себе комплекс вины за то, что выжила!