Смертельный аромат № 5 - Ольга Тарасевич

Лика схватила телефон и принялась опять звонить подруге. Вся эта история так сильно ее измотала, что хотелось лишь одного – чтобы все наконец закончилось. А тут не заканчивается и не заканчивается. Наоборот, лишь больше запутывается. Новая смерть… Сидеть и безучастно за всем наблюдать – это выше ее сил.

– Абонент отключен или находится вне зоны действия сети.

«Елки-палки, да куда же она пропала?» – встревоженно подумала Лика и набрала домашний номер Сухановой.

– Мама на показе. А кто ее спрашивает? – серьезно уточнила Лерочка. – А, привет, Лика! Да нет, не скучаю. Поужинала и слушаю музыку.

У Вронской гора с плеч свалилась. Цела Ирина, работает, и то ладно.

Жажда действий распирала ее настолько, что Вронская, не найдя себе другого занятия, засела за составление плана нового романа.

Она всегда делала подробный синопсис будущей книги. Натура увлекающаяся. Может забыть на страницах парочку бесхозных трупов, изменить по ходе действия цвет волос героев и не связать концы с концами.

Набрав «Глава 1, эпизод 1», Лика закрыла глаза. Новая книга всегда начиналась с каких-то смутных картин, постепенно приобретавших четкость и превращавшихся в увлекательное кино.

В памяти всплыло лицо Ника…

– Что ж, это интересно. Про геев я еще не писала, – пробормотала Лика. – Конечно, я про них ничего не знаю. Но источник информации под рукой, надо только наладить с ним отношения.

Внезапно она треснула себя по лбу. Да книга тут совершенно ни при чем! Ник! Вот тот человек, который ответит на все ее вопросы. У него так просто выяснить, был ли у Весты навязчивый поклонник, не преследовал ли других девушек-моделей какой-то человек явно неадекватного поведения. И он не такой бука, как Наташа Захарова. Не станет бросаться на ее локоны с ножницами, как Лена Быстрова. С Ариной вообще не о чем разговаривать, у девчонки лексикон Эллочки-людоедки.

Лика еще раз перезвонила Лерочке, выяснила номер Ника и, глубоко вздохнув, выпалила в трубку:

– Привет, Лика Вронская беспокоит. У меня появились кое-какие идеи насчет всех этих убийств. Хотелось бы с вами поговорить. Можете ли вы со мной встретиться?

На том конце провода воцарилось молчание, и пришлось повторить:

– Можете ли вы со мной встретиться? В любое удобное для вас время.

– Хорошо, – со вздохом ответил Ник. – В конце концов, у меня сегодня день нелепых встреч. Приезжайте прямо сейчас. Адрес…

– Йес! – закричала Лика, отбрасывая телефон. – Получилось! Ура!

Сборы обычно не отнимали у нее много времени. Всех дел-то: натянуть джинсы и чистый свитер, накрасить ресницы, провести помадой по губам. Но теперь Лика поймала себя на мысли, что волнуется, не знает, какую одежду выбрать, как себя вести.

– Он гей, – пробормотала она, открывая футляр с тенями. – Он каждый день снимает потрясающе красивых девушек. Мне ничего не светит…

И все равно, пока добралась до Варшавки, минимум сто раз изучила в зеркале заднего вида свое накрашенное ярче обычного лицо.

«Что я за человек, – сетовала Вронская, набирая на домофоне номер квартиры Ника. – Почему мне всегда хочется того, что нельзя?»

Когда Ник открыл дверь, у Лики возникло лишь одно желание – срочно в постель. Целовать родинку над верхней губой, прижиматься к мускулистому телу, вдыхать свежий запах туалетной воды. Мужчина просто искрился сексом!

Она тряхнула волосами, пытаясь прогнать нахлынувшее мучительное вожделение, потом вспомнила противную учительницу математики, подумала о войне…

«Помогло, как всегда», – обрадованно отметила Лика, снимая туфли.

– Давай, наверное, на «ты»? – предложил Ник, откидывая с лица вьющиеся пряди. – Мне так удобнее.

– Мне тоже!

– Ты кофе на ночь пьешь?

– Литрами!

– Литров не обещаю, но чашечку сварю. Ты пройди пока в зал.

Сгорая от любопытства, Вронская завертела головой по сторонам. Фотографии на стенах. Странные. Не обнаженные мужские торсы, которые было бы логично обнаружить в квартире гея. Кусочек железнодорожной колеи, ржавый рельс, ветхая шпала. И еще один снимок – на первый взгляд, просто груда металлолома. Но стоит посмотреть на фотографию пару секунд – и проявляются звенья цепи. Фантастика – оживают, шевелятся, кажется, еще миг, и затянут в свои металлические проржавевшие объятия…

Подойдя к книжной полке, Лика с завистью присвистнула. Альбомы по фотографии ее прельщают в меньшей степени, но какая потрясающая библиотека на французском! Золя, Бальзак, Дюма, Селин, Сартр.

«Наш человек, – одобрительно подумала Вронская. – Я тоже обожаю Францию и все, что с ней связано».

Бросив украдкой взгляд на дверь – нормально, кофе еще не тащит, – Лика извлекла какие-то лежащие на книгах бумаги.

– Ого! Ник интересуется своей генеалогией. Так, запросы, а вот и само дерево… Что ж, это правильно, – одобрительно прошептала Лика. – Свои корни надо знать. Сама хочу заняться, да все руки не доходят…

Заслышав шаги, она отскочила от полки и сделала вид, что рассматривает уже изученные фотографии.

– Классные снимки. Безумно понравились, – честно призналась Вронская. – Особенно вон тот, с ржавой цепью.

– А он так и называется «Ржавая цепь». Тот, что рядом, – «Железная дорога». Это работы Дэвида Моровица, американского фотографа, – пояснил Ник, расставляя на низком столике у кресел чашки, сахарницу, корзиночку с печеньем. – Я бы сам хотел делать подобные вещи. Я и снимаю концептуальную фотографию для души. Но много денег на этом не заработаешь, а привычка ни в чем себе не отказывать уже появилась. Приходится работать с девчонками. Но ты знаешь, и в этом есть свои преимущества. У Сухановой очень любопытные лица в агентстве. Их приятно снимать. Кстати, с тобой тоже было бы интересно поработать. У тебя линзы не цветные случаем?

– Не-а. Ноги у меня, конечно, не выросли. Но я все равно считаю себя созданием неземной красоты. И глаза, говорят, красивые.

– Согласен, – Ник сделал глоток кофе. – Темно-зеленый бутылочный оттенок. А по поводу роста не переживай. Не всем же высокими быть. Если позволишь мне распоряжаться твоими фотоснимками – могу тебя бесплатно поснимать.

Лика обрадовалась:

– Здорово. Конечно, хочу. Мне для издательства нужны красивые фотографии. Чтобы на книжках размещать. Да и вообще профессиональные снимки часто требуются. У меня авторская колонка в газете. Случается, за интервью кто-нибудь обращается. Хорошая фотка всегда нужна.

– Ты что, знаменитость? – иронично поинтересовался Ник.

– Если не буду лениться, то лет через пять могу ею стать. Я пишу детективы. Меня лично эта публичность напрягает, а не радует. Но что поделаешь, не буду «светиться» в прессе – книжки не раскупят.