Кровь нерожденных - Полина Дашкова

Внутри сходство со станцией метро «Площадь Революции»полностью исчезло. Здесь все выглядело именно так, как в полицейскихучреждениях из американских боевиков.

Лена вошла в большой зал, разделенный стекляннымиперегородками на кабинеты, между которыми сновали могучие американские молодцыв белых рубашках, с перекинутыми через плечи ремнями, на которых держаласькобура. Стрекотали компьютеры, кто-то из молодцов пил кофе из бумажныхстаканчиков, сидя в кресле с закинутыми на журнальный столик ногами.

Мак-Ковентри встретил Лену широкой улыбкой.

– Я не хотела говорить при мистере Поллите, – начала Лена,усаживаясь в предложенное ей кресло, – он пожилой человек, не стоит еговолновать. Дело в том, что у меня есть основания подозревать, что взрыв егомашины связан с покушением на меня.

Черное лицо Мак-Ковентри стало непроницаемым. Улыбкарастаяла, черные немигающие глаза уперлись в Лену, как два пистолетных дула.

"Наверное, так он глядит на подозреваемых, которыхдопрашивает, – подумала Лена, – хочется убежать или спрятаться под стол скриком:

«Не стреляйте, сэр, я все скажу!» Вот сейчас вдохну глубокои скажу".

– За мной охотились в России и, вероятно, продолжаютохотиться здесь, решилась она.

Коротко и внятно, не вдаваясь в подробности, Лена изложиласуть дела. Детектив смотрел на нее своими глазами-дулами, слушал не перебивая.Лене вдруг показалось, что он вообще не понимает ее, будто она говорит с ним непо-английски, а по-русски, и она постаралась скорее закончить свой рассказ.

– Насколько мне известно, в США производство такогопрепарата запрещено законом. Вероятно, люди, охотившиеся за мной в Москве,имеют здесь свой канал сбыта, а стало быть, свою структуру в Нью-Йорке. Онивыследили меня. Возможно, это люди из русской мафии с Брайтон-Бич.

– Вы все сказали, леди? – спросил Мак-Ковентри после паузы.Лена кивнула.

– Так вот, – детектив встал и заходил по кабинету, – никакойрусской мафии на Брайтон-Бич нет. Все это выдумки журналистов. Муж погибшейСаманты Робинсон, домработницы мистера Поллита, год назад был арестован заторговлю наркотиками и в данный момент находится в тюрьме. Мы полагаем, чтовзрыв связан с этим, и только с этим, фактом. Сейчас ведется расследование. Атеперь ответьте мне, пожалуйста, леди. Препарат, о котором вы говорите, –наркотик?

– Нет, – тяжело вздохнула Лена. – Это не наркотик. Само по себеэто лекарство опасности не представляет, но производят его из живых, еще неродившихся младенцев. И вот это уже представляет реальную опасность не толькопо моему мнению, но и по мнению законодателей США. Простите, мистерМак-Ковентри, мне кажется, мы с вами не совсем поняли друг друга. Может быть,мне стоит объяснить еще раз?

– Не трудитесь, леди. Я вас отлично понял. Вы оченьвпечатлительны, как я успел заметить. Вы приехали читать лекции в Колумбийскомуниверситете? Вот и читайте. Пусть каждый занимается своим делом.

Детектив сел за компьютер и, уставясь в пустой экран,забарабанил пальцами по пластмассовому боку клавиатуры. Он давал понять, чтобеседа окончена.

– Благодарю вас, сэр! – Лена встала и приветливо улыбнулась.– Вы отличный полицейский.

– Я знаю, – кивнул Мак-Ковентри, – мне это уже говорили. Вотчто я вам скажу, леди: если бы за вами в России охотились серьезныепреступники, они бы вас там и убили. А не убили – а значит, не охотились.Повторяю, вы очень впечатлительны. Расслабьтесь. Говорю вам как полицейский:серьезные преступники, если хотят убить, всегда убивают. Сразу. Возможно,кто-то и преследовал вас там, в России. Но сейчас вы в Америке. И вы живы.Значит, за вами охотились не такие бандиты, у которых могли бы быть связи здесь.Следовательно, никакого покушения на вас не было.

– У вас железная логика и отличная карьера впереди, –заметила Лена.

– Спасибо, леди. Всего доброго. Рад был с вамипознакомиться.

Он встал и крепко, по-дружески пожал ей руку.

"Значит, все продолжается! – Лена тяжело опустилась налавку в вагоне сабвея. – Только не раскисай, пожалуйста, – попросила она себя исамой себе ответила:

– Постараюсь".

Она стала с любопытством разглядывать пассажиров. Возможно,кто-то ведет ее сейчас.

Прямо над ней стоял высоченный, весь в черной коже негр. Егодлинные войлочные волосы были заплетены во множество косичек. Он быстро вертелтяжелую связку ключей на длинной цепи – вот-вот заедет кому-нибудь пофизиономии.

Веселая толстуха напротив Лены уплетала макароны изкартонной коробки. Рядом белесый маленький господинчик в чиновничьем костюмеаккуратно кушал гамбургер.

Лена давно заметила, что в нью-йоркском метро, или сабвее,как его называют, все едят. Причем не просто мороженое или банан – едят суп изпластиковых мисочек, макароны, жареную картошку, хот-доги, огромные пирожные ивсе это запивают колоссальным количеством ледяных «спрайтов», «кок» и «фант». ВЕвропе такое не принято. Французы, например, никогда на ходу есть не будут, темболее в транспорте. Они зайдут в кафе и просидят два часа за чашечкой кофе. Кеде они относятся с почтением. А американцы – без всякого почтения, но сшальной любовью. Очень любят покушать – где угодно и когда угодно. При этом какбы следят за своим здоровьем, не курят, бегают трусцой в Центральном парке.Житель Нью-Йорка втиснет в себя гору чизбургеров, потом побегает, потом опятьнабьет живот до икоты.

Думая обо всем этом, Лена продолжала рассматриватьпассажиров. Вдруг она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Прямонапротив нее, возле толстухи с макаронами, сидела молоденькая девушка, типичная«колледж-герл»: короткие рыжие волосы, широкий свитер, джинсы, кроссовки.Что-то показалось знакомым в этой девушке, где-то Лена видела ее совсемнедавно.

А не вчера ли на университетской площади, когда чуть непопала под машину? Нет. Та, что оттащила ее за плечи, была черноволоса. Длинныечерные волосы свисали из-под кожаной кепки. Не могла же она за одну ночьпостричься и перекраситься?

Та вчерашняя девушка спасла ей жизнь. Вполне возможно, тогдатоже было покушение… Господи, сколько раз она могла умереть в Москве и здесьуже дважды!

Они попытаются и в третий, и в четвертый раз, пока неприкончат ее. Ведь сказал же мудрый чернокожий детектив: «Если серьезныебандиты хотят убить – они обязательно убивают». Здесь у них шансов больше. Онаодна, и никто не защитит. Но самое ужасное – из-за нее может погибнуть Стивен.Нельзя у него оставаться.

Однако где жить в таком случае?