Девочка из прошлого - Брайан Макгиллоуэй

– Просто я все так вытащила из коробки. Самые последние бумаги лежали сверху. Арест Кэя был до того, как опрашивали население. – Она порылась среди бумаг и достала рукописные листы с именами и адресами, прикрепленные к официальным бланкам. – Попались! – Тара положила бумаги на стол и стала их просматривать. – Работа Мики, – заметила она, прочитала первое короткое заявление, а потом перешла к следующему. – Боже мой… Ты только посмотри на это.

Люси наклонилась и стала читать показания. Первыми были показания пятидесятипятилетнего учителя, который был в ресторане с женой и детьми. Опрашиваемый заявил, что впервые обратил внимание на подозреваемого тогда, когда тот напал на офицера полиции и убежал. Опрашиваемый видел, как по центральному проходу преступника преследовали офицеры полиции.

– Ты только посмотри, сколько времени он тратил на каждого свидетеля, – сказала Тара.

Люси взглянула на информацию внизу бланков. Между показаниями было не более десяти минут.

– Он беседовал с ними по телефону, – решила Люси. – А потом просто тупо повторял одни и те же показания.

– Ленивый сукин сын. – На лице Тары появилась улыбка. – Погоди, теперь я все расскажу Бернсу, – добавила она, собирая листки.

Люси подняла руку.

– А не лучше ли будет показать, что истинного преступника Мики тоже допросил, но не обратил на его показания никакого внимания?

Для Мики это был бы удар под дых, хотя Люси и не имела ничего против него лично. Просто она не хотела, чтобы только что обнаруженные списки свидетелей попали в лапы к Бернсу до того, как она с ними ознакомится.

Было видно, что Тара разрывается между желанием покончить с Мики прямо сейчас и возможными выгодами, которые она сможет получить, если отложит расправу на несколько часов.

– Давай просто взглянем на мужчин, с которым он беседовал, а? Посмотрим, нет ли в них чего-нибудь необычного…

Тара нехотя села и положила бумаги на стол.

– Для начала у тебя есть список имен? Мы знаем, что потенциальный подозреваемый сидел за столом вместе с женщиной с ребенком. Давай посмотрим, есть ли у нас группы по три человека, где у мужчины фамилия отличается от фамилии женщины и ребенка.

Работа была не такой уж простой: имена давались простым списком, и группы людей определить было невозможно. Однако в конце концов они обнаружили всего восемь мужских фамилий, которые не совпадали с фамилиями их возможных спутниц.

– У нас есть свидетельские показания этой восьмерки? – спросила Люси. – Надо проверить их даты рождения. Возможно, это позволит вычеркнуть кого-то из них.

Сверяя фамилии с показаниями, они смогли определить, что двое мужчин из списка были старше сорока пяти лет. Хотя это не позволяло полностью исключить их из списка подозреваемых, не стоило забывать, что Сара Финн говорила о Саймоне Харрисе как о молодом человеке около двадцати лет. Четверо из попавших в список были подростками в возрасте от четырнадцати до восемнадцати. А вот теми, что постарше, без сомнения, стоило заняться. Одному из финальной двойки, Гордону Феллону, было двадцать девять лет. Возраст второго, Питера Белла, не был указан вообще.

– Он с ним даже не говорил, – поняла Люси. – Заполнил бланк, даже не поговорив с ним.

Люси хорошо понимала Мики. Кэй, с его приговором за педофилию, был пойман; зачем брать свидетельские показания у людей, которые все говорили одно и то же?

– Давай посмотрим их водительские удостоверения. Совпадут ли их фото с изображением, которое ОИК смог получить с камеры видеонаблюдения…

Пока Тара общалась с регистрационным отделом, Люси отправилась приготовить чай. Когда она вернулась, фото уже прислали по электронной почте. Обоим было больше двадцати – Беллу двадцать пять. На фотографиях оба выглядели худощавыми, с темными волосами, хотя тени на фото не позволяли определить, был ли это их натуральный цвет или простая игра света.

Согласно адресам на удостоверениях, Феллон был местным. Он родился и вырос в Креггане, а вот Белл был зарегистрирован в Белфасте. При этом полицейскому в Фойлсайде он дал адрес в Уотерсайде.

– Не хочешь прокатиться? – спросила Люси Тару. – Начнем с Феллона, как ты на это смотришь?