Миг - и нет меня - Эдриан Маккинти

Изнутри дыры почти не было видно. Даже если стоять прямо под ней и смотреть вверх, заметить ее было не так-то просто — все зависело от освещения и теней, но никто из надзирателей никогда не заходил в дальний угол камеры.

С тех пор как перед нами забрезжила надежда, наше настроение заметно переменилось. Фергал был бодр и исполнен оптимизма. У меня тоже открылось «второе дыхание». Что касается Скотчи, то он настолько вернулся к жизни, что снова начал нами командовать. Когда мы не царапали потолок, он сажал Фергала ко мне на плечи и заставлял смотреть в окно и докладывать ему обо всем — о температуре снаружи, о направлении ветра, о фазах луны, о включении и выключении прожекторов, о характере местности за проволочной оградой. Собрав наконец достаточно информации, Скотчи объявил нам, что мы готовы и что побег состоится в ближайшие несколько дней.

План был прост. Я подсаживаю Фергала, он удаляет битум и выбирается наружу. Потом я сажаю на плечи Скотчи, он подтягивается наполовину. Я хватаюсь за его лодыжки, и они вместе с Фергалом вытаскивают меня. Затем с противоположной стороны крыши мы спрыгиваем в траву и во весь дух бежим к ограде. Если вдоль нее действительно пускают по ночам сторожевых собак (а за все время наблюдений Фергал не видел ни одной), придется их убить, после чего перелезть через ограду и скрыться в лесу. Дальше Скотчи поведет нас на север (ориентируясь по Полярной звезде — как он сказал); когда мы доберемся до побережья, мы украдем лодку и поплывем на ней в Штаты.

Если судить объективно, то план, конечно, несколько сомнительный, но никто из нас в тот момент не был настроен проявлять объективность.

— Мне кажется, у нас все получится, — сказал я Скотчи. — Я боюсь только одного — что если мы не уйдем в самое ближайшее время, охранники могут обнаружить дыру. Ведь если пойдет сильный дождь, вода может размыть битумную пленку и прорвать ее там, где мы сделали лаз, потому что под ней больше нет бетона.

— Все в порядке, Брюс. Через пару дней наступит новолуние, тогда мы и сделаем ноги, — успокоил меня Скотчи.

— Мы совсем не подумали о двух важных вещах, — внезапно заявил Фергал.

Я улыбнулся:

— О каких же?

— Во-первых, мы не подумали о еде. Что мы будем есть, когда выберемся отсюда? И еще — собаки…

Я пристально посмотрел на него:

— Мы будем есть то, что нам попадется. Не забывай — мы в тропиках, и в джунглях должно быть полно всякой живности и плодов. Ну а насчет собак, Ферги-малыш, — что толку беспокоиться заранее? Вот когда эта проблема возникнет, тогда мы и будем ее решать. Если возникнет… — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал как можно увереннее.

— Это не проблема, корешок, — поддержал меня Скотчи.

— Кроме того, — добавил я по наитию, — если там и есть сторожевые собаки, то это, скорее всего, чихуахуа. Ты наверняка таких видел: крошечные собачки со смешными ушами… Такую прихлопнуть — нам, здоровым парням, раз плюнуть.

— А-а, знаю, это такие, маахонькие… — сказал Фергал, восприняв мою шутку всерьез; поскольку мои слова явно его подбодрили, я не стал его разубеждать. Вместо этого я многозначительно посмотрел на Скотчи, но он не заметил моего взгляда.

— Помнится, у твоего приятеля Джимми Дикона была такая собачка, — сказал Скотчи, вслед за нами настраиваясь на раздумчивый лад. — Он всюду носил ее с собой и все в бушлат кутал.

— Господи, Джимми Дикон! Давненько я о нем не слышал! — воскликнул Фергал.

Я так вообще слыхом не слыхивал ни о каком Джимми Диконе, но предпочел промолчать — лишь бы отойти от собачьей темы.

— Ты ведь помнишь его, Брюс, правда? Это тот однорукий парень, который спас своего приятеля, когда тому тонуть вздумалось.

— Тот был Скотчи Мак-Моу, и ты не можешь его знать, ты выдумываешь все, — возразил я.

— Нет, я его знаю! — заупрямился Скотчи.

Фергал говорил еще что-то, но я уже не вникал в смысл. Я отключился. Мне было приятно просто слышать, что парни говорят о доме. И вообще о чем угодно. Сон овладевал мною, и в полудреме я чувствовал запах дыма из дымоходов и горящего торфа, грезил о жареной картошке, шкварчащей во фритюрнице, и о порции подогретого виски в баре… Наконец-то все было хорошо. Как крэк? Нормально.

Но некоторое время спустя Фергал снова начал сомневаться. Он только что слез с моих плеч, с которых, глядя в окно, наблюдал за лучами прожекторов, и считал секунды, пытаясь обнаружить в их движениях какую-то систему. Но похоже, никакой системы не существовало вовсе. Охранники просто бросали луч куда им заблагорассудится, зато они никогда не возвращались к одному и тому же месту скоро.

— Готовьтесь, — сказал Скотчи. — Через два дня наступит новолуние. Это значит — никакой луны не будет. Вот тогда мы и уйдем.

Но Фергал покачал головой. Несмотря на то что по характеру он был скорее оптимистом, иногда на него находило, и он начинал видеть вещи в мрачном свете.

— В чем дело, Фергал? — спросил я его. — Что тебе не нравится?

Некоторое время он ничего не говорил, но в конце концов все же произнес:

— Этот ваш план… Он же дырявый, что твоя рыбацкая сеть!

По-видимому, в этих словах выразились все беспокойство и тревога, которые исподволь копились в его душе.

— Ну, одна дыра у нас точно есть, — согласился Скотчи и подмигнул мне.

Я рассмеялся, но если уж Фергал что-то вбил себе в голову, отвлечь его было нелегко.

— Если это так просто, — сказал он, — то почему они не бегут? — И он жестом показал в ту сторону, где находились другие камеры.

— Потому что эти парни содержатся здесь в предварительном заключении и ждут суда, — пояснил Скотчи. — А бежать до суда, рискуя заработать дополнительный срок, просто глупо.

В этом был весь Скотчи, и я даже не рассердился.

— Кто тебе сказал? — спросил я. — Откуда ты вообще можешь знать такие вещи?

— Но ведь так и есть! — возразил он.

— Нет, скажи — откуда?! — уперся Фергал. — Как ты можешь знать хоть что-нибудь? Что, если сторожевые собаки — маленькие или большие — между стеной и оградой все же есть? Или сама ограда под током?

— Ограда? Под током?! Не смеши меня, мы же не где-нибудь, а в чертовой Мексике! — фыркнул Скотчи.

— Ну и что, что в Мексике? Ладно, пусть у них трудности с электричеством, но ведь заминировать-то ее они могли? В чем в чем, а в минах у них наверняка недостатка нет.

— Перестань, Фергал. — Скотчи поморщился. — Ну когда ты научишься реально смотреть на вещи?!

Нам очень хотелось ему верить, но мы боялись. В самом деле, почему не бежали другие узники? Что они знали, чего не знали мы? Быть может, им элементарно не хватало сообразительности и инициативы, а может быть, и нет. Черт побери, не исключено было, что они бежали, много раз бежали, просто мы ничего об этом не слышали. Да и откуда нам слышать?