Пилюля - Артур Жейнов

– Но мы ведь еще увидимся? – спросил Саня.

– Куда ж от вас деться? Еще деток ваших понянчу. Надоели вы мне, но так как других родственников не наблюдается, придется терпеть.

– А он меня бросил, – с обидой в голосе объявила Рита.

– Опять? – спросил Кубинец.

– Нет, еще с того раза.

– Ну, может, увлекся какой-нибудь… Столько искушений, столько голых задниц по телевизору показывают. Потерпи: перебесится, вернется.

– При чем тут это? – возмутился молодой человек. – Просто, если люди не доверяют друг другу, они не должны быть вместе.

– Не надо было давать повода! – заявила Рита.

– Это не любовь! Так не любят! Клясться в любви до гроба, а через пять минут отречься! Это твоя любовь?

– Ой… ой… – подняв руки к груди, причитал Кубинец.

– Да! Все или ничего! – сказала Рита. – Я ни с кем не собираюсь делиться. Если побежал к другой, то уходи и не возвращайся!

– Все! – решительно сказал молодой человек. – Если я бабник и вор, то лучше нам больше не разговаривать.

– Она мне солгала. Откуда мне было знать?

– А я бы знал.

– Эй, дружок! – позвал продающего сувениры парня Кубинец. – Что там у тебя, карты? Давай сюда.

Рита и Саня больше не смотрели друг на друга. Кубинец потасовал колоду и положил перед Саней две карты.

– Говори «еще» или «хватит»?

– Я не играю в карты, – ответил он.

– Я тоже решил бросить. Давай, в последний раз. Я загадал на свой выигрыш.

– Может, со мной? – услышал Кастро за спиной знакомый голос.

Саня сердито посмотрел в сторону говорившего. Во взгляде Риты читался испуг.

– Садись, – не оглядываясь, ответил Кубинец, взял Санины карты и снова принялся тасовать колоду. Напротив него на свободный стул сел Рэм.

– Очухался все-таки. Ну почему я знал, а? Нет, все-таки кто-то сверху шепчет мне в ухо.

Кубинец положил перед ним две карты.

– Еще?

Рэм приподнял, заглянул снизу и бросил обратно.

– Давай. Сколько у тебя жизней, Миша? Мне бы твою удачу. – Он взглянул на третью карту, вернул на стол. – Хватит.

Кастро сдал себе, взял карты в руки.

– И снова мне везет, – объявил он.

– А вот блефовать ты не умеешь, – упрекнул Рэм. – Хочу подмять под себя агентство. Собрал хороших ребят. Много наших. Добрым словом тебя вспоминают. Вот, сперва в Канаду, потом по Африке прогуляемся. Напомним Совету утро стрелецкой казни.

– На хозяев попер? Смело.

– Я разведчик, Миша. Я игрок. Тут и черт не разберется, кто мне хозяин, а кому я. Ну что, поехали, везунчик, постреляем.

– Отстрелял я свое. А у тебя стрелки и без меня найдутся.

– Мда… – задумчиво произнес Рэм. – Фил ушел. Тоже, говорит, счастье обрел, ничего не хочет. Мир – это любовь, говорит. В Египет намылился. Овощи, говорит, выращивать будет, морковь там, капусту разную…

– Вот почему ты пришел, – сказал Кубинец. – Тебе грустно. За один день ты потерял и лучшего друга, и лучшего врага.

– Может быть, – согласился Рэм. – Старею, становлюсь сентиментальным. Ну что, еще карты берешь? Нет? Подумай, что на кону. Это тебе не в казино рулеткой баловаться. Тут ставка – целая империя. Такое раз в жизни.

– Я – пас, – сказал Кубинец и бросил карты на стол.

Рэм перевернул его карты. Червовый и пиковый тузы.

– Думал, что знаю тебя лучше, – с удивлением произнес он. – С такими картами и не хочешь продолжить? Ты, одержимый, свихнувшийся на игре кретин, пасуешь с двумя тузами?

– Я всегда мог остановиться. Просто не хотел.

Рэм постучал пальцами по столу.

– Знаешь, я пока подожду отдавать флэшку этому жлобу. Моя теория снова подтвердилась. Я – слепое орудие вселенского добра. Знаешь, сколько на острове было заключенных? Журналисты понаехали. Меня в новостях показывали. Совместная операция каких-то там спецслужб… Так-то. Про меня, наверное, книжку напишут. А про тебя напишут книжку? Вряд ли… Ты еще придешь ко мне, Кубинец.

– Нет, – ответил тот.

Рэм поднялся со стула.

– До встречи, Миша. Скоро увидимся.

– Прощай, Рэм. Навсегда.

Человек в черном плаще ушел. Кубинец еще долго, не отрывая взгляда, смотрел на своих выигрышных тузов.

– Ты ведь не пойдешь за ним? – спросил Саня.

Кастро улыбнулся ему в ответ, но ничего не ответил.