Объятия смерти - Нора Робертс

Рорк наклонился к ней, заслонив собой медиков:

– Ты позволила какому-то мальчишке сбить тебя с ног?

Насмешливый тон сделал свое дело. Ева переста­ла отбиваться и сердито уставилась на него:

– Слушай, ты, умник… О, черт! – Она дерну­лась, ощутив прикосновение шприца.

– Расслабься и постарайся получить удовольст­вие, – посоветовал Рорк, чувствуя, как рука, кото­рую он держал, становится все менее напряженной.

– Думаешь, ты такой умный? – Еве казалось, что она куда-то плывет. – Но ты очень красивый. Поцелуй меня. Мне нравится твой рот – так и хо­чется его укусить…

Рорк поцеловал обмякшую руку.

– Больше она не доставит вам никаких затруд­нений.

– Похоже, я сейчас полечу. – Ева обернулась, когда ее положили на носилки. – Эй, Пибоди! Где твои туфли?

– Сбросила их на бегу. С вами все будет в поряд­ке, Даллас.

– Не сомневаюсь. Но я не хочу в их паршивую больницу! Поехали домой. Где Рорк? Ты отвезешь меня домой, ладно?

– В свое время.

– Хорошо, – согласилась Ева и заснула, прежде чем ее погрузили в фургон.

* * *

– Она озвереет, когда придет в себя, – сказала Пибоди, меряя шагами комнату для посетителей от­деления неотложной помощи.

– Не сомневаюсь. – Рорк барабанил пальцами по кофейной чашке. – Ты правильно поступила, Пибоди, вызвав «Скорую» и меня.

– Пожалуйста, упомяните об этом, когда она за­хочет вцепиться мне в горло. Я вообще не понимаю, как ей удалось начать преследование. Этот парень, здоровый, как горилла, сбил ее с ног, а потом еще и пнул. Пока я искала оружие в этой идиотской сумоч­ке, она уже приковывала его к дверце автомобиля. Мне следовало двигаться побыстрее.

– По-моему, ты действовала достаточно быстро. Как ноги?

Пибоди согнула большие пальцы ног. Она уже сняла рваные колготки в дамской комнате.

– Ничего такого, с чем бы не справились массаж и примочки. Жаль туфли – они были шикарные и совсем новые. Но я и без них не смогла угнаться за Даллас. Она мчалась, как молния.

– У нее длинные ноги, – отозвался Рорк, думая о крови, которую он видел на брюках Евы, когда она лежала на тротуаре.

– Она бы поймала Данн, если бы не этот маль­чишка с доской… – Пибоди, вздрогнув, замолчала, когда появилась женщина-врач.

– Вы муж? – спросила она, кивнув Рорку.

– Да. Как моя жена?

– В ярости. Думаю, она лелеет в отношении вас зловещие планы. Вы тоже в них фигурируете, если вас зовут Пибоди.

– Значит, с ней все в порядке? – Пибоди облег­ченно вздохнула. – Слава богу!

– Она сильно ударилась головой. У нее сотрясе­ние мозга, но хуже этого вроде бы ничего нет. Мы вправили ей плечо, но она не должна им шевелить и вообще делать резкие движения минимум пару дней. Бедро и ребра будут ее беспокоить, но болеутоляющие облегчат дискомфорт. Мы подлатали ра­ны и положили холодные компрессы на ушибы – самые худшие из них на лице. Я бы хотела задержать ее для наблюдения до утра, а еще лучше – на двое суток.

– Могу представить себе ее мнение на этот счет, – заметил Рорк.

– С такого рода травмами головы шутить нель­зя. Да и другие повреждения достаточно серьезны. Необходимо наблюдение и повторное обследова­ние.

– Мы все это организуем, но дома. У нее фобия в отношении больниц. Уверяю вас, что дома она по­правится гораздо быстрее. Могу связать вас с докто­ром Луизой Диматто, которая это подтвердит.

– Ангел с Канал-стрит? – Врач кивнула. – Хо­рошо, я выпишу ее, но дам вам подробные указания насчет ухода и наблюдения. А с Луизой Диматто я переговорю.

– Благодарю вас.

– Третья смотровая, – добавила она, уходя.

Когда Рорк вошел в палату, Ева, сидя на смотро­вом столе, тщетно пыталась натянуть ботинки.

– Как только я их надену, дам тебе такого пинка…

– Дорогая, сейчас не время думать о сексе. – Подойдя к столу, Рорк приподнял ее голову за под­бородок. Правая щека имела тошнотворный цвет, а правый глаз превратился в щелочку. Губы кровото­чили.

– Здорово же вам досталось, лейтенант. – Рорк коснулся губами лба Евы.

– Ты позволил им накачать меня снотворным!

– Да.

– И привезти сюда!

– Виноват. – Его пальцы осторожно ощупали шишку на затылке. – У тебя, конечно, крепкая го­лова, но все имеет свои пределы. Считай, что я по­терял свою голову, увидев тебя лежащей на тротуа­ре, покрытой ушибами и кровоточащими ранами.

– Пибоди достанется за то, что она вызвала тебя.

– Не вздумай набрасываться на нее. – Его голос стал властным. – Она в кровь сбила ноги, гоняясь за Данн, а теперь до смерти боится тебя. Так что взы­ваю к твоему сердцу. Пибоди думает, что, если бы она бежала быстрее, ты бы не оказалась здесь.

– Чепуха. Продолжать преследование в этих идиотских туфлях – уже героический поступок.

– Вот именно. Ты случайно не знаешь, какой размер она носит?

– Что-что?

– Неважно, я сам об этом позабочусь. Ты готова ехать домой?

Ева соскользнула со стола, но не возражала, ког­да Рорк поддержал ее.

– А где мое мороженое?

– Ты плохо себя вела, так что никакого мороже­ного не будет.

– Просто ты жадина!

* * *

Ева пришла в ярость, узнав, что Рорк вызвал Лу­изу, но, подумав о том, что он мог поручить Соммерсету исполнять обязанности фельдшера, реши­ла, что это лучший вариант. Особенно она укрепи­лась в этом мнении, когда Луиза вошла в спальню, неся большую чашку с шоколадным мороженым.

– Это вы мне принесли? Дайте скорее.

– Только после вашего обещания не мешать мне во время обследования.

– Меня уже обследовали!

Луиза молча зачерпнула ложкой мороженое и положила себе в рот.

– О'кей. Дайте сюда мороженое, и обещаю, что никто не пострадает.

Передав Еве чашку, Луиза села на кровать и по­ложила на колени медицинский саквояж.

– Да-а… – протянула она, глядя на лицо Евы.

– Это ваше профессиональное мнение?

– Пока предварительное. Вам крупно повезло, что вы не сломали скулу.

– Я знала, что сегодня у меня счастливый день. Теперь мне уже не так плохо, – добавила Ева, набив рот мороженым. – Компрессы со льдом хотя и обжигают, но облегчают боль. Вот только Рорк застав­ляет меня лежать, а так как у него преимущество в весовой категории, мне с ним не справиться. Поэто­му, если бы вы разрешили мне встать и немного по­работать…