Падшие - Дэвид Бальдаччи

Он бросил взгляд на часы.

– Вообще-то примерно через час я собираюсь туда как раз с этой целью. Покалякаю с работягами, как обычно, – им нравится, когда менеджмент не задирает нос. Но дружба дружбой, а служба службой. У меня в цехе есть и другие менеджеры, и это их дело – следить, чтобы все шло как по маслу. С людей мы спрашиваем строго, потому что сверху с нас тоже строго спрашивают. Разговор короткий: не выполняешь норму – ищи другую работу. А сюда больше двадцати футбольных полей можно вместить, так что ходить тут не переходить. Приходится иногда даже на велосипедах или трехколесниках ездить, чтобы побыстрей куда-нибудь добраться и охватить максимальную площадь. А с пристройкой она станет еще наполовину больше. Хоть у нас тут и климат-контроль, по-любому весь вспотеешь.

– Думаю, что все равно хватает желающих тут работать.

– Да, платим хорошо. Сортировщики начинают с десяти «баков» в час, плюс медицинская страховка и пенсионные отчисления. Проработаешь пять лет – будешь уже шестнадцать в час получать. Сверхурочные тоже неплохо оплачиваются. Во время авралов вроде Рождества приходится вкалывать от пятидесяти пяти до семидесяти часов в неделю. С учетом сверхурочных многие здесь по сорок тысяч в год заколачивают, а то и больше. В наши дни с таким доходом попадаешь уже в средний класс, особенно если здесь работают оба супруга – и муж, и жена, а таких у нас хватает. Черт, да с такими деньгами в этом городишке ты натуральный богатей!

– Хотя Фрэнк Митчелл рассказывал мне, что у вас тут все равно проблема с кадрами.

– Тогда он наверняка и объяснил почему. Сейчас у нас около тысячи работников, но требуется гораздо больше. А с расширением площадей – тем более. Проблема в том, что сотни соискателей не могут пройти тест на наркотики. Блин, да по всей стране такая история! Дети, родители, бабки, дедки – все на этой дряни сидят. – Он сделал паузу. – Ну вот, вроде бы все рассказал и показал.

– Кроме того места, где Фрэнк Митчелл расстался с жизнью, – напомнил Декер.

Росс повел его за собой по металлической лестнице, спускающейся на основной этаж, а потом по длинному проходу, который вел к неоконченной пристройке. Отпер дверь, и оба оказались в огромном помещении, очень походившем на то, которое они только что покинули. Единственно здесь не было ни товаров, ни людей в желтых жилетах – громоздящиеся повсюду высокие стеллажи были девственно пусты.

– Обычно здесь полно строительных рабочих, но полиция закрыла помещение до окончания расследования. Надеюсь, скоро их опять сюда пустят. Мне из центрального офиса обзвонились уже. У нас очень жесткие сроки по сдаче в эксплуатацию.

– Копам наплевать, какие у строителей сроки.

– Сам уже понял… Как раз говорил с начальством, когда вы пришли. В смысле им искренне жаль, что Фрэнк погиб. Никто не заслуживает того, что с ним случилось, но бизнес есть бизнес.

– Это уж точно, – отозвался Декер, оглядываясь по сторонам. – Так где это произошло?

– Вон там.

Росс повел его куда-то вбок.

Там, задрав вверх механические руки, шеренгой выстроились стационарные роботы, хотя стеллажи, на которые им предстояло водружать тяжелые паллеты, еще не были установлены – перед роботами возвышались только голые бетонные стены.

На одной из секций стены Декер увидел пятна крови и остатки еще какого-то вещества, тоже явно человеческого происхождения. Механическая рука напротив этого места была обнесена желтой полицейской лентой.

– За ленту заходить нельзя, – предупредил Росс и тут же поспешно добавил: – Думаю, вы и сами в курсе.

– Полиция уже осматривала территорию?

– Приезжали вчера и еще сегодня рано утром. Все засняли, зарисовали, замерили, сняли отпечатки.

– Обычная процедура. – Декер кивнул. – А робота тоже проверили? Выяснили, в чем дело?

– Компания, которая его устанавливала, как раз сейчас отправляет сюда бригаду, обещали досконально все проверить. Нужно выяснить, что произошло. В смысле чтобы такого не повторилось. Ни в коем случае. Когда Фрэнка нашли, эта штука его все еще держала. Его просто размазало об стену. Эта рука может двигаться и медленно, но иногда совершает очень быстрые движения, причем с достаточной силой, чтоб оторвать вам башку.

– Почему Фрэнк оказался здесь вчера вечером?

– В его обязанности входило присматривать за тем, что делается в пристройке. Обычно прямо перед тем, как уехать домой, он заглядывал сюда с обходом. Строители появляются в семь утра и уходят около пяти. Меня самого здесь не было, когда все это случилось, но мне позвонили и все рассказали.

– Кто позвонил?

– Мэрджори Линтон. Она тоже в управлении. Вместе с Фрэнком работала. Она знала, что он ушел что-то проверить. Когда он не вернулся, попробовала позвонить ему на мобильный, но он не ответил. Пошла его искать. И нашла тело.

– И сразу позвонила вам?

– Да. В полной истерике. Я и вызвал полицию – когда немного ее успокоил и разобрался, что к чему.

Декер посмотрел на смертоносную железную ручищу:

– Так он как раз этого робота решил проверить?

– Похоже на то. Фрэнк разбирался в роботах.

– Выходит, эта штука уже в рабочем состоянии?

– Ну питание-то подведено, но робот был выключен. Мы его уже испытывали – вернее, этим занимались представители компании-производителя. Сразу после установки, где-то с неделю назад. Все вроде было нормально.

– Как же он тогда убил Фрэнка?

– Потому-то изготовитель и отправляет сюда бригаду. Пока они не проведут полную диагностику, мы этого никогда не узнаем.

– Но они-то смогут это определить? Дать четкий и определенный ответ?

Росс пожал плечами:

– Я не настолько разбираюсь в робототехнике, чтобы дать ответ. Надеюсь, что смогут, – надо же нам убедиться, что нечто подобное не произойдет еще раз.

Декер посмотрел на окровавленную стену:

– Да уж, одного раза вполне хватит.

На обратном пути к лестнице они прошли мимо длинного стола, на котором Амос заметил большой бумажный рулон.

– А это что такое? – полюбопытствовал он.

Росс обошел вокруг стола.

– Строительные чертежи пристройки. Она примерно такая же, как существующий корпус, только вдвое меньше. А что?

Декер уставился на чертежи, мысленно перелистывая сохраненные в памяти кадры. Наконец нашел нужный, наложил на него то, что видел сейчас перед собой. И сразу же в голове в прямом смысле щелкнуло.

По крайней мере, хоть память на сей раз не подвела.

– Не может быть, – пробормотал он про себя.