Каменщик - Ной Бойд

— Здесь больше смысла, чем вам кажется. Еще что-нибудь?

— Нет, это все. Расплатился кредитной карточкой и улыбнулся так, что меня бросило в дрожь.

— Почему?

— Улыбка фальшивая, словно раньше он никогда это не делал.

— Спасибо, что уделили мне время.

Вэйл вернулся к столу, на котором стояла новая бутылка.

— Ну и ловкач же ты! Еще одна бутылка с комплиментами от владельца.

Она подняла бокал, словно собираясь выпить за здоровье Вэйла.

— Я сказал ему, что от тебя трезвой ничего не добьюсь.

— А эта Нина моя соперница? — лукаво поинтересовалась Кэт.

— Разве кто-то может с тобой соперничать?

— В этом ресторане не хватит вина, чтобы я попалась на эту удочку.

— Я предупреждал тебя, что не мастер на комплименты.

— Не паникуй раньше времени, каменщик, ты все правильно делаешь.

— Поддразниваешь меня, чтобы я рассказал о своем визите на кухню?

Она туманно улыбнулась:

— Ты думаешь?

Вэйл взглянул на нее, словно принимая решение.

— Ладно, на тот случай если это поможет довести дело до конца… Помнишь мусорный контейнер на заднем сиденье?

— Вряд ли история, которая начинается с мусорного бака и кончается в кухне, может быть интересной.

— То-то и хорошо, что она совершенно неинтересна.

Официант принес телятину, и Вэйл дождался, когда он отойдет.

— Возможно, было бы увлекательней поговорить о том, что у нас будет на десерт. Или на десерт после десерта.

— Хммм, уж лучше посвяти меня в скучные подробности.

Вэйл сообщил, что Нина опознала по фотографии Радека как человека, заказавшего вчера две порции лингуини с большим количеством чеснока и заявившего, что не собирается их есть.

— Значит, одну порцию он оставил в тайнике с деньгами, а вторую в том здании.

— Для чего?

— Хотел, чтобы их заметили. Из-за вчерашней чесночной еды мы должны были обратить внимание на сегодняшнюю. В том случае, если бы вчера вечером уцелели.

— Значит, он хотел, чтобы мы обнаружили прачечную. Но зачем ему держать там деньги и направлять нас туда?

— Он не собирался умирать. Если бы мы уцелели в перестрелке, он отправился бы в прачечную, забрал два миллиона и оставил металлический ящик, чтобы одного из нас убило током. А на тот случай, коли этого не произойдет, подкинул вторую чесночную нить.

— Ведущую нас куда?

— Не все ли равно? Он мертв.

— Что ж, в уничтожении денег есть кое-что хорошее.

— И что же? — спросил Вэйл.

— Можно не сомневаться, что Радек мертв, иначе он ни за что не позволил бы сгореть этим деньгам.

— Я об этом не подумал.

— Но анализ ДНК уже подтвердил его смерть. Зачем ты берешься за эту нить?

— Я только хотел убедиться, что это был Радек, а не кто-то другой, о ком мы не знаем, — пояснил Вэйл. — Вот почему мне понадобились фотографии.

Кэт улыбнулась.

— Давай разберемся. «Пентад» минус пять преступников и пять миллионов минус пять миллионов — мы опять на нулях, как того и хочется Бюро. Пожалуй, я выпью еще этого невероятно дешевого вина.

Вэйл наполнил бокалы и поднял свой:

— За стремление бюрократов к нулю.

Лежавший на столе сотовый телефон Кэт завибрировал. Она взяла его и взглянула на экран.

— Колкрик.

— Не отвечай.

— Увы, я обязана.

— Тогда быстро придумай ложь. У тебя температура; ты боишься, что у тебя инфицировались швы. Брось, Кэт, ты сейчас абсолютно свободна, — сказал Вэйл, — потому что пьяна.

— Меня впервые так привлекает безрассудный мужчина… Да, Дон. — Она поглядела на Вэйла и стала поддразнивать его нарочито неопределенными ответами: — Ага… Ладно… Конечно… ага… Хорошо, я буду там.

Она отключила телефон и, выждав несколько секунд, рассмеялась.

— Видел бы ты свое лицо. Колкрик сообщал мне, что пепел из стального ящика совпадает по весу и компонентам бумаги и краски с сорока-сорока пятью фунтами бумажных денег США. Думаю, столько весят два миллиона в стодолларовых купюрах.

— Не сказал он…

— Извини, Стив, хватит. Я не на службе. И очень хочу провести оставшийся вечер без ФБР. Кроме того, мне требуется сорок восемь часов отдыха после ранения, так что давай поужинаем в свое удовольствие.