Необитаемое сердце Северины - Нина Васина

– В каком смысле?.. Я так не могу, – опешил Феликс. – Не надо, успокойся...

– Не можешь?.. – Голая Северина присела перед ним и начала обшаривать место внизу живота, пытаясь расстегнуть его брюки. – На тебя навели порчу? Потому что ты изменял жене?

– Какую порчу, что ты несешь?.. – Он как в бреду отталкивает руки девочки, комната кружится перед глазами. – При чем тут измены?..

– Вот же!.. – разом успокоилась Северина и поднялась с пола. – Все стоит.

* * *

К шести утра у Лики была готова почти полная разработка перемещений Феликса.

– Чего его понесло в Архангельск? – спросил куратор.

– В деревне Архангельской области недалеко от станции Шалакуша у старшего Мамонтова был дом и большой участок земли. После его смерти все досталось Феофании Крафт. Интересно, что девушка в квартире Лекса из той же деревни.

– Неплохо, неплохо, – кивнул куратор. – Когда отправляешься?

– В десять утра, если погода позволит.

– Удачной охоты, коллега.

– Какая охота? Хоть бы обыскать толково. Там наверняка снега по колено – никакой сканер по металлу не поможет. Даже если он запищит, кто будет клад выкапывать – по ночам минус двадцать?

– Об этом не беспокойся. Если запищит, я тебе пришлю копателей с бульдозером.

* * *

Насчет бульдозера куратор погорячился. Военный вертолет с большим трудом сел на окраине Полутьмы – снега много, еле нашли ровную площадку.

Лика осмотрелась. Шесть экипированных мужиков с поисковым оборудованием ждали ее команды. Деревня казалась совершенно опустевшей. Только из дома у реки шел дымок. Лика в бинокль рассмотрела довольную улыбку на лице седого мужчины, который вышел на крыльцо. Она достала из планшетки план деревни. Показала три крестика на нем. Группа двинулась к дому двенадцать, он оказался ближайшим.

Щеколда со щепкой вместо замка развеселила оперативников. Прочитав надпись на двери из сеней в дом, Лика пнула ногой в высоком зашнурованном ботинке маленький валенок. Валенок завалился набок. Осматривая дом, она задержалась у фотографии Мамонтова-старшего рядом с белокурой веселой женщиной. Девочка лет пяти с куклой на следующей фотографии была, вероятно, дочь этой белокурой. Странное ощущение западни заставило Лику тщательно осмотреть все комнаты и холодную мансарду. Ребята из опергруппы прослушивали стены и мебель, спустились в подпол. Двое отправились в сарай. Из металла, кроме садового инвентаря, топора, пилы и старой ржавой цепи, ничего не нашли.

Немец Крафт за это время оделся, поднялся с биноклем на свою смотровую вышку и хорошенько разглядел вертолет. Он видел, как служивые проверяют дом и сарай девчонки. Притопывая от возбуждения на деревянном настиле вышки, Крафт дождался, когда группа экипированных мужиков вышла со двора Северины и двинулась в его направлении. Он начал спускаться, решив, что следующим пунктом досмотра должен быть дом москвича. И угадал. Оперативная группа пропахала снег к соседнему с ним дому. Дом москвича стоял в низинке, снега – по колено. Крафт спустился с вышки и отправился домой. Готовиться к встрече гостей. Дом москвича он знал досконально, там искать некого. Судя по вертолету люди прибыли серьезные, такие по слою пыли быстро определят, что в дом никто не совался с весны. Крафт стал накрывать на стол.

Из своего окна он заметил, что служивые из дома москвича пошли к его шестиметровой смотровой вышке. Пусть проверяют, у него все надежное. Могут все сразу залезть, выдержит.

Залез только один человек, Крафт с удивлением угадал по движениям и стройности тела женщину. Тем лучше. Бабы сообразительней, когда речь идет о конце света, потому что пугливы. А вот и в дверь стучат.

Лика вошла с четырьмя оперативниками, двое остались проверять двор и хозяйственные постройки. Она удивленно осмотрелась в большой комнате, стены которой были заставлены книгами. Подавила в себе желание разуться – вставший при их появлении хозяин, был в белых шерстяных носках. Показала документы. Представилась.

– Крафт, – мужчина подтянул живот и резко кивнул головой.

Он ничего не спрашивал, только улыбался понимающе, как будто ждал именно их. Сел только когда женщина присела к столу. Показал рукой на еду.

– Спасибо, нет, – не церемонясь, отказалась Лика, сразу определив кратковременность своего пребывания.

– Ваше ведомство изучает аномалии? – спросил Крафт.

– Почему вы так решили? – напряглась Лика.

– По домам, которые досматривались. Я давно жду чего-то подобного. Я писал, кому следует. – Крафт многозначительно поднял брови.

Лика подалась к нему, положив локти на стол.

– Расскажите.

– Сейчас затишье полное, девчонка с весны тут не появлялась, – Крафт обеспокоенно привстал на звук из соседней комнаты – там шел досмотр.

– Понятно, – многозначительно протянула Лика. – А в доме Мамонтова? Рядом с вашим.

– Тоже с весны – никого. А в конце весны моя мачеха в доме Кабана была, она ждала девчонку пару дней. Не дождалась. Разминулись они.

– Вы сказали – кабана?

– Я так москвича Мамонтова называю, который тут дом моего деда купил. Его моя мачеха привозила сюда для спаривания с Варварой Полутьмой. Ничего у них не получилось! – Крафт оглянулся и перешел на яростный шепот. – Женатого мужика привезла, сводница! Настоящего кабана, представляете? У него же рыло кабанье, клыки!.. Глаза все время очками зеркальными закрывал, только нутро свое за очками не спрячешь!..

– Спокойно!.. – отстранилась Лика, вытирая со щеки слюну Крафта.

– Варвара не захотела, – продолжал шептать Немец. – Она у нас оленей предпочитала.

– Почему вы шепчете, Крафт? – спросила Лика, показав знаком обеспокоенному их беседой оперативнику, что все нормально.

– Не знаю. – Немец сел и уже спокойно осмотрелся. – Привык сам с собой разговаривать. На себя не поорешь. Все больше шепотом. Достало меня это скотоложество. У Кабана уже был взрослый сын. Наверно, от обычной женщины и потому, по мнению моей мачехи, недостаточно хорош для передела мира. Думаю, вы этого сына знаете, – Крафт метнул в Лику хитрый взгляд, – иначе не прилетели бы сюда дом его отца досматривать. Он сбежал от вас, да? Сын Кабана?

Не получив ответа, Крафт взял со стола бутерброд и зажевал его, тоскливо глядя перед собой. Лика пыталась упорядочить в уме полученную информацию.

– Варвара потом через несколько лет девчонку нагуляла в лесу, так Кабан ее крестить приехал. Думаю, у них на эту девчонку большие надежды. – Крафт, быстро оглянувшись, опять подался к Лике и зашептал: – Я знаю, чего теперь хочет моя мачеха! Скрестить сына кабана и девчонку Варвары. Надеюсь, вы его кастрировали?

– Кого? – совсем запуталась Лика.

– Сына москвича Мамонтова, которого зовут так же, как отца! – Крафт вскочил.