Заговор - Александр Мокроусов

— Я же говорила, он наш человек, крепкий, и морально, и физически. Прям жаль, что не по сценарию все пошло, я бы с удовольствием его окучила, — улыбаясь сказала Ирина Николаевна.

— Ну, ничего еще для тебя, дорогая, не потеряно, — мужик оценивающе оглядел меня с ног до головы. — Может мы еще на вашей свадьбе погуляем, — с усмешкой добавил он, — вот правду говорят, мы то, что мы едим. По тебе Максим сразу видно, что ты хорошо питаешься, орехов наверное много ешь? Говорят, орехи для мозга полезны. А овощи для нервов. Вообще, завидую я тебе Макс, ты можешь едой злоупотреблять, алкоголем там всяким, а ты, судя по фигуре и по поведению — прям здоровый образ жизни ведешь, прям гордость за российских олигархов появляется, когда на тебя смотришь.

Я не слушал этот чес. Я думал. Выстрел был достаточно громким. Возможно мой водитель и не услышал бы его находясь во дворе, а вот дзантиевские охранники должны были его услышать и всполошиться. Или они в домике охраны сидят, на въезде в участок? Тогда могли и не услышать. А вообще, что с охранниками и с водителем? Я сам выстрелов не слышал, значит гости попали на территорию и в дом без боя. Или с боем, просто я этого за работой не заметил? Судя по одежде мужика, моего двойника и Ирины — в драке они не участвовали. Но кто вообще сказал, что они единственные мои гости, что они приехали втроем? Очень мало информации, а не понимая всю картину предпринимать какие-либо действия слишком опасно.

— А как вы через охрану прошли? — Перебил я разглогольствования Зимы.

— А что, думаешь нас могли бы задержать? Два охранника и водитель могли бы задержать меня, не пустить? — И он продолжил театральным басом, — не пустил меня солдат, поймал меня, запер. Меня! Меня — мою бессмертную душу! Ха, ха, ха!.. Ха, ха, ха!.. Максим, тебе Толстой нравится?

— Как человек нет, не нравится, но «Войну и Мир» я люблю, хотя школа и сделала все возможное, чтобы я этот роман возненавидел. Мы не о литературных пристрастиях говорим, ты только что убил человека, мне нужно знать, что с другими моими сотрудниками?

— Да не переживай, спят они, очнутся часа через три. Это прям анекдот был, представляешь их лица, когда они к воротам выскочили, а тут ты им рукой машешь, мол, отворяй ворота, барин едет, — Зима скорчил грозную рожу и замахал рукой с пистолетом, — ну твой-та водитель, ясное дело, он что, он баранку крутить по должностной инструкции обязан, а вот бойцы твоего дагестанца-безопасника меня разочаровали, мало того, что они все вместе к воротам выскочили, так еще и хлороформом себя усыпить дали, я на них пестик навел, они и поплыли, их вон Ирочка с Максом за пять секунд всех троих усыпили, ха ха…

Я думал. Я очень напряженно думал. Адрес моего ночлега мог знать любой из участников вчерашнего собрания. А вот знать, кто в доме, сколько человек и кто есть кто, мог только мой помощник Сергей Давыдов и хозяин дома, Руслан Дзантиев. Очень маловероятно, что мероприятие в которое меня вовлекают уже находится на финальной стадии и мои противники ликвидировали бы сейчас своего человека в моей команде. Значит Давыдов — не их человек. Следовательно, их человек Дзантиев. А это худший из всех возможных вариантов. Что может быть хуже, чем продажный начальник службы безопасности? И при таком раскладе действительно ли охранники спят, усыпленные химией, или они исполнили приказ своего непосредственного начальника и впустили гостей без каких-либо вопросов?

— Тогда зачем ты убил моего помощника? Если ты справился с профессиональными охранниками, чем тебе был опасен мой ассистент?

— Эээээ, нет, дорогой, не надо тут передергивать, — Зима почесал дулом пистолета подбородок. — Я же тебе уже объяснил, это не я, это ты его убил. Это ты начал меня подначивать, мол, достал пистолет — стреляй. Так что Сергей — полностью на твоей совести.

Зима покрутил головой и продолжил:

— А вообще мы что-то засиделись тут, давайте-ка прокатимся. Максим Александрович, ты фильмы про мафию любишь? Лицо со шрамом, Крестный отец, Гоморра, нет? Давайте в мафию поиграем, мы вам мешочек на голову наденем, а вы тихонько с нами в машине прокатитесь. И сразу тебя мил человек предупреждаю, не зли меня. Помнишь, я тебе уже говорил, что следующая твоя ошибка не испортит тебе жизнь, а отберет ее. Так шта, соколик, подь сюды да лезай у мешок.

С этими словами мужик махнул левой рукой Ирине и жестом отправил ее ко мне. Правую руку с пистолетом он поднял и навел мне в живот. Второй раз за неполные сорок восемь часов мне в живот смотрело дуло пистолета.

Я отметил про себя, что мужик знает имя Давыдова. Ничего удивительного, готовились, мои визави очень хорошо готовились, прям пятерка им за домашнюю работу. А себе я ставлю крепкую двойку. Второй день меня крутят в танце непонятные партнеры, а я не то, что не веду в этом танце, я даже не могу понять, что мы танцуем. Но это явно не романтический медляк, это уж точно.

— А если я в мешок не полезу? — Я обратился к своему двойнику. Судя по поведению он тут самое младшее оно же слабейшее звено, может он что и сболтнет интересное, хоть какая пища для анализа будет.

Мой двойник растерянно посмотрел на Зиму, потом на Ирину, чем еще раз подтвердил мои догадки о существующей между ними иерархии. Ирина тем временем, усмехнувшись, подошла к столу и встала у меня за спиной, я снова почувствовал легкий флер ее духов.

— Ну вот что ты за человек, Максим Александрович, ну вот как ты с такими инстинктами самосохранения до своих лет дожил? — Зима направил пистолет куда-то в район моих ног. — Ты одну мысль дурашка запомни, нам ты уже целый не нужен, для представительской функции ты у нас есть, — он мотнул головой в сторону двойника, — ты нам теперь исключительно как источник информации нужен, хотя и тут, думаю ты уже все просчитал и понимаешь, что доступ к любой твоей информации у нас давно есть.

Зима как бы в раздумье приподнял левой рукой стул, на котором недавно сидел, и поставил его к столу.

— Хочешь, я скажу тебе чистую правду? — Он прищурившись смотрел мне в глаза. — Кстати, знаешь, Оскар Уайлд говорил, что правда никогда не бывает чистой, а еще он говорил, что она