Цена бесчестья - Чингиз Абдуллаев

— Я не хотела вас обидеть, — поняла Вера, —сказала то, что думаю. Наверное, немного бестактно.

— Ничего. Я привык. Вы сказали правду. Мнедействительно платят гонорар, чтобы я вас нашёл и привёз живой в Москву. Толькоя обычно выбираю, чем именно заниматься и кого защищать. Даже если мне платят.

Вы видите, как они все суетятся? — горько спросилаВера. — Каждый думает только о своём кармане. Обидно. Я полагала, чтоПавел относится ко мне совсем иначе. А сейчас понимаю, что всегда была для неголишь удобным помощником. И не более того.

— Почему они привлекли к работе именно вас?

— Я хорошо знала эти проблемы, могла просчитатьфинансовые возможности компании «Стил-М» на первоначальном этапе, когда ониимели уставный капитал в полтора миллиона долларов. И потом, когда им продалина залоговых аукционах большую часть сталелитейных предприятий и довеликапитализацию до трех миллиардов долларов.

— Такие темпы роста не свились ни одномумиллионеру, — посчитал Дронго, — с полутора миллионов долларов дотрех миллиардов. Рост в две тысячи процентов.

— И учтите, что первые полтора миллиона тоже были несамыми праведными, — улыбнулась Вера, — хотя мне все равно. Я отдалавсе свои данные Репникову, он все обобщал. По-моему, ему нравилось заниматьсяподобными проблемами. Теперь я думаю, что напрасно согласилась помогать ДенисуВикторовичу по просьбе Феоктистова. Это была моя большая ошибка.

— Ничего, — попытался успокоить её Дронго, —скоро все закончится.

— Только не для меня, — упрямо сказалаВера, — я буду помнить об этом всю свою жизнь.

Он не стал комментировать её слова.

— Можно, я задам вам личный вопрос? — вдругостановилась она, глядя на него снизу вверх.

— Какой?

— Вы сознательно меня избегаете?

— В каком смысле?

— В физическом. Все эти дни и ночи вы ведёте себя так,словно я прокажённая. Входите в ванную комнату, пятясь спиной, лежите рядом впостели, отодвигая ноги, приносите вторую кровать. Вам неприятно со мнойоставаться?

Он не успел ничего ответить.

— Вы, наверное, помните об этом вибромассажере, сотвращением сказала она, — и вам противно со мной общаться?

Он наклонился и осторожно поцеловал её. Она улыбнулась.

— Вы даже целуетесь осторожно, словно опасаетесь, что явам отвечу. Не бойтесь. Насчёт замужества я шутила. Вы не в моем вкусе. Пожилойи лысеющий мужчина с отвратительным характером и глупыми шутками. Нет, господинДронго. Мне нужен красавчик типа Александра Линдта, богатый, как Олег Быстрянский,влиятельный, как Павел Феоктистов, и умный, как… — Она усмехнулась: — КакБорис Каплунович.

В таком случае не сомневаюсь, что вы скоро найдёте свойидеал, — кивнул Дронго, — идёмте быстрее. Два раза попадать под дождьв одном городе — это уже непростительная роскошь.

В этой части города он знал каждую улицу, почти каждый дом.И поэтому повёл её самым коротким путём. Много лет назад в любви к этому городуему признавалась пани Моника, польский дипломат, работавшая в посольстве Польшив Испании. Она тогда показывала ему Мадрид. Сколько лет с тех пор прошло?Может, Вера права. Он действительно пожилой человек. Или он кажется пожилым длятридцатилетней женщины, когда в свои сорок семь он старше её почти на целуювечность?

Кажется, Моника тогда мечтала выйти замуж за богатогочеловека, бросить работу и на всю жизнь остаться в Испании, в которую былавлюблена. Интересно, что с ней произошло? Сумела она найти себе такого мужа?Или вернулась в Польшу?

— Вы о чем-то задумались? — спросила Вера, когдаони вошли в здание отеля.

— Подумал о нашем возвращении в Москву, — ответилДронго, — надеюсь, что послезавтра все закончится.

Вечером за стойкой дежурил уже знакомый сеньор АнтониоСертада. Дронго кивнул ему, пропуская вперёд Веру.

Они поднялись к себе в номер по лестнице. В коридоре Дронгоувидел молодого человека, осторожно выходившего из их номера. Тот закрыл дверьи обернулся к ним. В руках он что-то держал. Дронго оттолкнул Веру и досталоружие. Незнакомец испуганно охнул. В руках у него были две банки пива. Онпроверял их мини-бар.

— Все в порядке, — сказал Дронго, убираяоружие, — извини.

По-испански это слово произносится почти так же, как ипо-французски. Только если французы говорят «пардон», испанцы говорят «пэрдон».Ошалевший от неожиданности парень закивал головой, роняя банки пива на пол.Дронго шагнул к нему, помогая их поднять и собрать. Затем дружески хлопнул егопо плечу. Когда они вошли в отель, она повернулась к нему, не давая протянуть рукуи включить свет.

Он почувствовал её губы на своём подбородке.

— Нет, — решительно сказал Дронго, чутьотстраняясь, — так нельзя.

Она замерла.

— Только через два дня, — предложил Дронго, —когда у нас не будет никаких других отношений. Я думаю, так будет честнее.Иначе получается, что я воспользовался своим положением. И вместо того чтобыохранять вас…

— Вам никто не говорил, что нельзя быть такимстаромодно добропорядочным? — поинтересовалась Вера.

— Никто, — ответил Дронго, включая свет.

Она направилась к своей кровати. Села на неё.

— Честное слово, это просто возмутительно, —заявила она, — получается, что я вас домогаюсь. Никогда не была в такомидиотском положении. Даже немного странно.

— Я тоже, — сказал Дронго, усаживаясь на своюкровать, — никогда не работал в роли телохранителя. И пока я таковымявляюсь, то обязан охранять ваше тело от всяческих посягательств. В том числе иот собственных.

— Все, — сказала она, поднимаясь с кровати, —иду в ванную. На сегодня достаточно.

Она прошла в ванную комнату. Дронго сидел на кровати,полагая, что все их приключения закончились. И в этот момент зазвонил телефон.Он устало взглянул на аппарат. Наверное, кто-то из сотрудников отеля. Может,тот парень рассказал, что встретил в коридоре сумасшедшего гостя с пистолетом?Дронго поднялся и подошёл к телефону. Снял трубку.

— Добрый вечер, сеньор, — услышал он знакомыйголос сеньора Антонио Сертады, с которым разговаривал вчера вечером, — ядумаю, что мне нужно вас предупредить. Дело в том, что несколько минут назадсюда позвонил неизвестный, который расспрашивал меня о вас. О вас и о вашейспутнице. Он уточнял, в каком номере вы живёте и сколько у вас кроватей. Такихсправок мы не даём по телефону, но он точно знал, что вы в нашем отёле. Он дажепопросил меня задержать вас, если вы вдруг решитесь покинуть наш отель. Мне неочень понравился этот сеньор. И я решил, что мне лучше перезвонить к вам.

— Спасибо. — Дронго бросился в ванную комнату.Вера уже успела снять свои джинсы и стояла перед зеркалом в нижнем бельё. Оноткрыл дверь.