Жена самурая - Лора Джо Роулэнд

— Нет, не обязательно, — поспешно сказал Сано. — Что было дальше?

Кодзэри вздохнула:

— Это очень трудно…

— Я понимаю. Не торопитесь.

Он слишком поздно заметил, что они вышли к реке. На берегу стояли ивы; поникшие ветви образовывали пещеры. Спуск к реке закрывал дома; журчание воды заглушало шум города. Сано показалось, что город и вообще все в мире исчезло. Кодзэри.

Сано почувствовал постыдное вожделение и неприятное понимание одержимости Левого министра этой женщиной. Она выглядела абсолютно безразличной и при этом неодолимо притягательной. Сердце у Сано яростно стучало, дыхание участилось. Мшистая почва просела под его ступнями, когда он шагнул к Кодзэри.

— Что я хотел спросить…

Кодзэри взглянула на него; на губах играла взволнованная улыбка. Сано подумал: «Не нарочно ли она привела меня сюда?» Ее глаза лихорадочно горели, под пеньковым кимоно высоко вздымалась грудь. Сано почувствовал, что его тело начало реагировать.

— Что еще произошло? — пробормотал он, пытаясь скрыть смятение.

— Это все. — Взгляд Кодзэри стал задумчивым. — Постойте… я забыла. Когда Левого министра выпроваживали из храма, он крикнул мне… Я точно не помню слов, но смысл таков: «Скоро ты поймешь, что совершила ужасную ошибку, уйдя от меня. Я на пороге величайшего успеха. В скором времени каждый мужчина будет выполнять мои приказания, каждая женщина будет жаждать моих объятий. И ты наконец вернешься ко мне!».

— Что он имел в виду?

— Он всегда хотел быть премьер-министром. Полагаю, он вот-вот должен был занять этот пост.

«Премьерство повысило бы его авторитет при дворе, но этого недостаточно, чтобы каждый мужчина выполнял его приказания и каждая женщина жаждала его объятий, — подумал Сано. — Тут что-то другое».

Кодзэри провела рукой по шее. Ее привычка ласкать себя подстегнула вожделение Сано.

— Монахини будут волноваться, не случилось ли что со мной, — сказала она.

Сано заметил, что солнце садится, окрашивая реку в бронзовый цвет. Тень под ветлами стала гуще. Над рекой разлился хор насекомых. Сано получил информацию, за которой приехал. Или не получил? Какой-то вопрос вертелся на языке, но Сано никак не удавалось его поймать.

— Да, — сказал он, — нужно идти.

Однако ни он, ни Кодзэри не шелохнулись. Ее глаза наполнились испуганным ожиданием. «Ну же, возьми ее, — шепнул демон Сано. — Все так поступают и не чувствуют никакой вины. Рэйко не обязательно все знать». Сано поднял руки. Она испуганно охнула, но не попятилась. «Это неправильно! — вскричал разум. — Ты любишь Рэйко, ты так сильно ее обидел, разыграв свою смерть».

Мужские руки легли на женские плечи. Сано увидел в глазах Кодзэри родственное смятение. Исчезла монахиня, давшая обет безбрачия, но остался живой человек, пятнадцать лет не знавший секса. Сано внезапно осознал горькую правду: его тянет к женщинам с трагичной аурой, с такими же темными закоулками в душе, как у него. Он вспомнил Аои, которой увлекся во время одного из первых расследований. Похоже, светлые, как Рэйко, женщины никогда не смогут полностью удовлетворить, захватить его.

Кодзэри застонала. Сомкнув глаза, она потерлась щекой о его ладонь; губы раскрылись. Он принялся ласкать ее шею от затылка к спине. Она застонала громче и припала к нему. Сано едва не потерял сознание от наслаждения. Потом его охватил ужас, и он стряхнул туман сладострастия. Влечение превратилось в отвращение к самому себе. С мучительным криком он отскочил от Кодзэри.

Она удивленно посмотрела на Сано:

— Что-то не так?

Он виновато и беспомощно развел руками:

— Простите.

— Вы не хотите меня? — У Кодзэри навернулись слезы.

— Я не имею права на это, — сказал Сано и ретировался столь быстро, словно за ним гналось полчище демонов.