Старшие Арканы - Чарльз Вильямс

Едва ли он признался бы самому себе, почему говорит тактихо. Просто ни к чему, чтобы все эти нечеловеческие глазастые руки слышали,куда и зачем он направляется. Слава Богу, ничего не произошло. Он сделал ещенесколько шагов и снова позвал дочь.

На этот раз перед ним тотчас же возникла туманная фигура,надо сказать, очень близко возникла! — и чей-то отдаленно знакомый голосспросил:

— Так она еще не вернулась?

М-р Кенинсби кое-как справился с приступом ужаса и понял,что облако здесь ни при чем. Всмотревшись, он узнал Генри. Страх мгновенноуступил место злости.

— Что значит «не вернулась?» А почему это ты не с ней?

— Потому что я не могу попасть туда, — ответилГенри. — Одному Богу ведомо, где она, и только Он знает, почему я не там.

— Нечего стоять тут и толковать мне о Боге, сварливозаметил м-р Кенинсби. — Скажи-ка лучше, какую еще дьявольскую штуку тысыграл с ней?

— Когда я пытался убить вас, — покорно заговорилГенри монотонным голосом, — поскольку я считал, что вы стоите на пути кпроникновению в…

— Когда ты… Что?! — вскричал м-р Кенинсби. —Пытался убить меня? Да ты в своем уме? Когда это ты пытался убить меня?

Кошмар продолжался. В голове не укладывалось: неужто это м-рКенинсби стоит в проклятой сумятице из золотых прядей тумана и рассуждает сженихом собственной дочери о предполагаемом убийстве самого себя. Неужто кто-тодействительно пытался убить его? Или даже убил?! А эта золотая мерзость — то, чтобывает после смерти? Он с трудом взял себя в руки и услышал объяснения Генри:

— Я вызвал бурю с помощью карт Таро. Я обрушил на васводы из их чаш, я призвал на вас ветер с помощью жезлов, потому что вы нехотели отдавать карты. Но она пришла и остановила ее.

— Остановила! — м-р Кенинсби уцепился за первые жепонятные слова. — Естественно, она захотела остановить ее! Да о чем тытолкуешь? — Он пристально всмотрелся в лицо Генри и осекся, прочитавправду в его потускневших глазах. Мертвенно-бледное, неподвижное лицо смотрелона него; тихий, ужасный голос ответил ему:

— Я хотел использовать ее, а вот теперь не могу найти.Она ушла туда, куда я не могу последовать за ней. Вы можете.

— Да уж, конечно, — отозвался м-р Кенинсби. —Я… Да где же она?

— Она ушла в танец, — сказал Генри, — и я незнаю, сможет ли она выдержать там встречу со своим прошлым. Раньше я былглупцом, я мечтал и поэтому пытался убить вас. Вы же мешали сбыться моей мечте.

— То, что ты был дурак дураком, это точно, —согласился м-р Кенинсби, — а если весь этот бред имеет хоть какой-тосмысл, то ты гораздо хуже, чем просто дурак. Ну и влип ты…

Генри посмотрел на него, и м-р Кенинсби прикусил язык.Человек с такой мукой на лице просто не мог городить чепуху. Буря действительнобыла хотя таких бурь не бывает! Но ведь и золотого тумана тоже не бывает. АНэнси, значит, пыталась остановить бурю — это-то он понял — и ушла в танец.Последнее, что бы оно ни значило, было связано с проклятыми марионетками идьявольской черной магией в маленькой комнатке — а туда ушла Джоанна. Так он идумал, что Джоанна в конце концов тоже окажется там.

Он отстранил Генри, несмотря на гнев и раздражение судовольствием ощущая его материальность, и сказал:

— Тобой я потом займусь. Если ты не можешь найти ее,так я смогу.

Генри ответил неожиданно покорно:

— Вы сможете. Возможно, это и будет суд. Найдите ее,найдите, если и правда сможете.

М-р Кенинсби успел сделать несколько шагов, прежде чемнеожиданно для самого себя оглянулся. Он знал, что в таком Богом забытом туманеэто глупо, а оглянувшись, понял, насколько глупо. Ему словно одновременнооткрылись две плоскости. Он видел Генри, но только вверх ногами — ужасноевпечатление. Однако глаза не обманывали его: в каком-то нелепом мираже туманпоказал Генри, висящим в пустоте вниз головой; руки словно связаны за спиной,нога — одна нога — закинута за другую, за ту, на которой он и был подвешен.Целую минуту м-р Кенинсби стоял, разинув рот и глядя через плечо на кошмарноевидение, потом золотая кисея затянула картину. Изображение исчезло. М-рКенинсби вдруг почувствовал себя больным, усталым и очень старым, и емузахотелось, чтобы рядом оказалась Си-бил. Но ее не было, и какая бы тамболезнь, усталость или старость не одолевали его, где-то в тумане находиласьНэнси. Она могла испугаться, если не хуже, этой противной старой карги,Джоанны. Он пошел дальше и впервые, не считая детских лет, начал молиться. Онмолился, чтобы не оглядываться назад, чтобы Нэнси, когда он наконец найдет ее,оказалась жива и здорова, молился, чтобы Сибил поднялась наверх, если только отнее будет хоть какая-то польза; молился, чтобы Господь укрепил его и чтобы емуудалось наилучшим образом исполнить то, что надо исполнить. Клубы туманарасступились, и он различил впереди какие-то движущиеся фигуры высокие фигуры,которые то возникали, то исчезали, и снова те самые холодные пальцы сомкнулисьна его запястьях. Голос м-ра Кенинсби, несмотря на все его усилия, предательскидрожал, когда он осмелился спросить: «Кто вы?».

Пальцы, охватывавшие его руку, внезапно потеплели при этихсловах, хватка превратилась в рукопожатие, и ему ответил знакомый голос:

— Привет, папа!

М-р Кенинсби тут же понял, что голос принадлежит Ральфу,хотя все еще мог бы поклясться, что руки, поймавшие его, Ральфу принадлежатьникак не могли. Нет, наверное, он все же ошибался. С преувеличенным облегчениемм-р Кенинсби проговорил:

— Привет, мой мальчик! Рад, что нашел тебя.

— И я чертовски рад, — ответил Ральф, и его головавдруг обозначилась в тумане совсем близко. — Во всяком случае, ты такой жетвердый, как всегда.

— Где это мы оказались? — поинтересовался м-рКенинсби.

— Надо полагать, там же, где и были, — ответилРальф. — У входа в кабинет, или как его там величают. Я с тех пор никудаособо не отлучался, точно знаю. Ну и чудные дела!

— Я бы сказал, мерзкие и опасные, — веско возразилм-р Кенинсби. — Послушай, я ищу Нэнси. Этот ее женишок сначала меняпопытался убить, а потом и ее бросил.

— Какой женишок? — озадаченно переспросилРальф. — Кто это собирался тебя убивать?

— Да Генри, ублюдок этот, — мрачно ответил м-рКенинсби, чувствуя, что, начав говорить, вот-вот потеряет самообладание. —Он сам мне сказал, что поднял бурю, намереваясь убить меня.

— Генри?! Поднял бурю? Но ты говорил… О да, до менядошло!

— Он сам так сказал, — повторил м-р Кенинсби. —И он бросил Нэнси в этой комнате со своей теткой. Пойдем со мной, надо вытащитьее оттуда.