Отель с темными окнами - Алексей Макеев

– Это возле метро «Алексеевская»? – Поняв, что на проводе «свои», Хватов заговорил бойчее.

– Да, оно самое, – подтвердил Гуров. – Что там случилось? Мне необходимы подробности.

– Вообще-то я уже рассказывал, – лениво, явно желая показать свою важность, тянул Хватов. – Парень какой-то приезжал, тоже вот подробности уточнить хотел. Это не ваш был, случайно?

– Нет. Это местный, из Останкинского района. От него дело принял я, так что теперь придется подробности пересказать мне, не сочтите за труд. Водителя «Мазды» убили почти сразу же после аварии, к тому же он оказался сыном очень важного человека. А совокупность таких факторов, сами понимаете…

– Да, такая совокупность, как говорится, обязывает, – усмехнулся Хватов.

– Вот именно. Меня, собственно, интересует только один вопрос. Насколько спонтанно все произошло? Не было ли каких-то признаков, указывающих на то, что авария подстроена?

– Пожалуй, нет, – немного подумав, ответил инспектор. – Он ведь сам на двойной обгон полез, никто его не заставлял. Из-за «Логана» вылез, а тот как раз вправо рульнул. Вот и вышло. Мужик этот, который на «Логане» был, он его и не видел даже. «Газелист», которого они вдвоем обгонять взялись, вообще не при делах. Ехал себе и ехал, никого не трогал. По крайней правой, как примерный мальчик. Сзади у «Мазды» тоже никого даже близко не было.

– А это откуда известно?

– От бабы его. Подруга эта, с которой он ехал и которую потом вместе с «Маздой» своей на дороге бросил, она сказала. Говорит, никто его никуда не гнал, никто сзади не прижимал, никто не трогал. Сам полез приключений себе искать. Все торопился куда-то.

– Да. И, кажется, успел, – невесело усмехнулся Гуров. – Так, значит, с аварией этой все чисто?

– Выходит, что так, – подтвердил Хватов. – Если бы там специально что-то подстроить хотели, они бы, скорее всего, на встречке «работали», да сзади пустили бы кого-нибудь, чтобы прижимал, не давал сбавлять скорость. Когда хотят спровоцировать столкновение, часто такой прием используют.

– Но здесь этого не было?

– Нет. Могу только повторить – никто его насильно не заставлял выезжать на двойной обгон. Вся история – исключительно личная инициатива. Да и само происшествие это не такое еще страшное. Так себе. Лак поцарапали, можно сказать. Из-за такой ерунды подставу затевать было бы как-то несолидно. Сам себе все устроил. Водят как попало, будто они одни на дороге, вот и результат.

– Понятно. Что ж, спасибо за информацию.

– Пожалуйста. Информации, конечно, не много, но, как говорится, чем богаты. ДТП, в общем-то, обычное. Если вы говорите, что парень этот, с «Мазды», чина какого-то сынок, то удивляться тут нечему. «Сынки» эти себя основными считают, думают, что они круче всех. Вот и результат. Тут даже провоцировать специально не надо. Сам себе все устроит.

– Да, это точно, – рассеянно проговорил Гуров, думая о том, что, если авария была спонтанной и решение ехать на метро Денис Зарубин действительно принял лишь в последний момент под воздействием эмоций, то здесь возможны только две версии. Либо таким же спонтанным было и это убийство в электричке и мотивы его лично с Денисом никак не связаны, либо за сыном высокопоставленного чиновника неотступно следили, подкарауливая удобный момент для того, чтобы устранить его.

«Как знать, может быть, какой-нибудь придурок так и таскался за ним повсюду с шилом в кармане. Ведь исполнение «заказов» подобного рода не всегда поручают именно снайперам. Есть и другие варианты. Шило, конечно, орудие своеобразное, но вполне универсальное и, главное, – незаметное. Подходит и для нанятого уголовника, и для неприметного маньяка, промышляющего в электричках. Второй случай, конечно, самый безнадежный. Но, похоже, наиболее вероятный. Если в деле есть заказчик, его как минимум по мотиву можно установить, а тут… Какие мотивы могут быть у маньяка, кроме больной головы? Ну, Петр Николаевич, удружил с дельцем!»

В досаде Лев резко повернул ключ в замке зажигания и поехал в морг.

В материалах дела, которые передал ему Морозов, были неплохие фотографии трупа, и рана на них просматривалась достаточно хорошо. И все же, учитывая своеобразие этого дела, Гуров хотел взглянуть на тело воочию. Да и с экспертами пообщаться не мешало. Их комментарии могли навести на какую-то полезную мысль, помочь сделать предположения о том, кто именно мог нанести удар. Так уже нередко бывало, и он надеялся, что и в этом случае замечания экспертов окажутся ему полезными.

Надежды его оправдались лишь отчасти.

Евгений Перов, эксперт, проводивший вскрытие, ограничился лишь самыми обобщенными комментариями.

– Да, на шило похоже, – говорил он. – Диаметр раны, можно сказать, миллиметровый. Кроме того, убийца явно непрофессионал. «Специалисты» в подобных делах обычно неплохо знакомы с анатомией и бьют прицельно, именно туда, куда нужно. В данном случае подобного не наблюдается. Основное повреждение после прокола пришлось на легкое, сердечная мышца задета лишь с краю, можно было бы ударить и поудачнее.

– Но тем не менее смерть, если я правильно понял, наступила сразу? – посчитал нужным уточнить Гуров, вспоминая рассказ Морозова.

– Это да, – подтвердил Перов. – Хотя не исключено, что здесь повлияли еще какие-то факторы. Если дело происходило в электричке, да еще и в момент остановки, подобное вполне вероятно. Дружественный толчок локтем или колебания вагона при торможении могли, дополнительно к основному удару, сбить сердечный ритм и вызвать мгновенную остановку. В таких условиях и малости хватит, пронзать сердце насквозь вовсе не обязательно.

– Крови не было?

– Практически нет. Небольшой подтек непосредственно возле раны. Больше ничего. Да вот, посмотрите сами.

Разговаривая, Гуров и Перов дошли до холодильника, и Евгений выдвинул один из ящиков. Там, лицом вниз, так, чтобы видно было ранение, лежал труп мужчины. Высокого роста и хорошего сложения, он имел лишь один изъян: на спине, практически в самом центре, виднелась багровая точка с запекшимся рядом с ней коричневатым кровоподтеком.

– Да, действительно, – осматривая рану, произнес Лев. – Если еще учесть, что он был в одежде… Неудивительно, что пассажиры в вагоне не поняли, что произошло, и решили, что у парня сердечный приступ.

– Именно так, – согласился Перов. – Причем обратите внимание на расположение раны. Она находится, в общем-то, довольно низко. Это можно объяснить двумя причинами: либо убийца был невысокого роста и нанести удар повыше ему было просто неудобно, либо, как я уже говорил, он был непрофессионалом. Не разбирался в анатомии и не понимал, что для того, чтобы попасть прямо в сердце и убить наверняка, нужно бить выше.

– Либо имели место оба эти фактора и преступник был низкорослым непрофессионалом, – добавил свой вариант Гуров.

– Да, или так, – чуть усмехнувшись, согласился Перов.

Замечание эксперта о непрофессионализме предполагаемого преступника заставило полковника скорректировать версию с «заказом». Сочетание необычного орудия убийства и явно непрофессионального удара наводило на мысль, что заказчик и исполнитель в данном случае – это одно и то же лицо.